Измена. Простить, отпустить, отомстить? (СИ) - Шевцова Каролина - Страница 74

- Я в подобном костюме женился. Тетя Роза мне такой по блату достала. Может это, попросить моих, чтобы прислали? Мама бы точно его не выкинула, а мне зачем второй такой же покупать?

Я устало опустила лицо на сложенные перед собой руки. Хотелось есть, спать, плакать и немножко в туалет. Если мужчины проживают все это, когда мы – девочки – пропадаем в магазинах, то как же мне их жаль! Каждому по памятнику, тарелке горячего борща и в танчики играть в качестве реабилитации! Лично у меня гудели ноги и взрывалась голова, а мы так и не выбрали, в чем мой принц пойдет на бал.

- Ладно, примерь еще раз серый почти свадебный и на этом все.

И в этот момент, когда шторка за Тимуром закрылась, а я почти легла на диван, чтобы немного вздремнуть, в магазине на всю мощь раздалась песня Pretty Woman.

«Красотка, извини меня.

Красотка, я не могу не смотреть.

Красотка, ты выглядишь сногсшибательно.

Ты одинока как и я – вау!» - голосило из динамика. А к нам, пританцовывающей походкой от бедра приближался Гавр. Лучистый и сладкий, как блин с повидлом.

- Всем котикам привяу! – мурлыкнул он и плюхнулся рядом со мной. Я подвинулось, чтобы освободить ему чуть больше места. И чтобы не задохнуться в облаке чужого парфюма. – Начали без меня, проказники? Настенька, вообще у меня к тебе большая обида, до того как ты меня с Тимурчиком разлучила, у нас все было хорошо. Я вот мечтал облагородить этого скакуна, объездить, переодеть, в конце концов. Но тут пришла женщина и все испортила. Тимурчик, ты чего там застыл, покажись!

Тяжелая ткань с шумом разъехалась в стороны, и перед нами показался мрачный как туча Тимур. В сером как предгрозовое небо костюме.

- Дефиле, я так понимаю, не будет?

- Гавр, - на лице Тимура играли желваки и взгляд был самый зверский, - бить буду один раз, и очень аккуратно. Так что никакой мент следов не увидит и ничего не докажет.

- Понял. Эта женщина тебя испортила окончательно, мой неандертальский друг. – Гавр равнодушно пожал плечами, а потом бросил в сторону: - Артурчик, принеси ребятам то, что я просил. – И потом уже отдельно для нас. – Неужели вы думали, что я вас несмышленых оставлю выбирать костюм самостоятельно? Удивляюсь, как он тебя на адидасики не склонил. Тоже костюм, хоть и спортивный.

Я не успела ничего ответить, потому что увидела его. Нет, не его, а ЕГО. Великолепный, угольно черный костюм в руках консультанта. Тот не шел, а парил, как ангел над землею, неся нам это чудо.

Идеального цвета. Идеального фасона. Идеального размера. Все в нем было безупречно, так что я, не тратя времени на примерку, выдохнула:

- Берем!

Тимур с подозрением потрогал ткань, будто та могла быть пропитана каким-нибудь ядом.

- Насть, подожди брать, надо бы примерить, - в его голосе звучало сомнение, но даже оно не могло испортить мой настрой. Я знала, что мы нашли тот самый костюм! Идеальный, самый лучший, такой, какой нужен Тимуру! Да я мужа выбирала меньше чем этот злосчастный кусок тряпки и сейчас была уверена – это ОНО!

Из-за широкой бархатной ширмы доносилось копошение. Тимур недовольно сопел, так что я решила не ждать его и вернулась обратно на наш диван. От нетерпения и предвкушения у меня зачесались ладони.

- Да нормально там все будет, - Гаврила поморщился, когда я шкрябала ногтями кожу, - не чешись, чай не блохастая! Чего ты боишься? Это же Армани, хоть и старая коллекция, все будет чики бамбони!

- Чики… что?

Договорить я не успела. Сбилась и, кажется, забыла, как дышать, потому что увидела Тимруа. Как там… чики-пики? Чики-пухи? Не помню и вряд ли вспомню когда-нибудь снова.

Передо мной стоял самый красивый мужик из всех, из всех, из всех! Он был даже красивей молодого Боярского и повзрослевшего Тома Харди!

Плечистый, большой, мужественный. С твердым, волевым подбородком и ледяной тьмой в глазах, один в один такой же черной, как и костюм на нем.

Конечно, он оказался идеальным! И костюм и мой Тимур в нем! От восторга я даже захлопала в ладоши.

- Я люблю тебя! – кинулась Тиму на шею и поцеловала его, не стесняясь посторонних. Хотя нет, все-таки чуть-чуть стеснялась, и щеки покраснели как маков цвет, когда Гавр присвистнул от наших нежностей.

- А ты не смотри, - рыкнул Тимур в его сторону и повернул меня к примерочной, так, чтобы никто не заметил моего алого лица.

– Ты такой красивый, тебе ведь тоже нравится?

- Мне нравится твоя улыбка. Остальное считаю приемлемым. – Тим чмокнул меня еще раз в губы и кинул продавцу: - Альберт, мы покупаем, сколько стоит?

- Секунду, - хлипкий юноша что-то нажимал на телефоне, а потом закатил глаза вверх и прошептал на выдохе: - ммм, сто тысяч.

- Сколько?! – Рявкнул Тимур.

- Ой, я в этом больше не участвую и отправляюсь спать! – Гавр демонстративно вытянул на диване ноги и повернулся к нам спиной. Предатель! Я-то надеялась с его помощью уломать лысого купить черный смокинг.

Признаться честно, поначалу я тоже опешила, но не до такой степени как Тим. Да, сумма великовата. Да, я ждала чего-то более скромного, но Тимуру так шел этот костюм, что…

- Мы не берем, - отрезал он и тем самым разбил все мои фантазии.

- В смысле? – Запротивилась я.

- В прямом. Хоть и шили армяне, я за это сотку платить не собираюсь.

- Не армяне, а Армани, - поправила я, делая скидку на то, что он никак не был связан ни с модой, ни с дизайном. – Это старая коллекция.

- Тогда тем более не буду. Зачем мне какое-то старье? Эй, Альберт, вот этот серый, он из новой коллекции?

Тимур приподнял меня и переставил в сторону, будто я ничего не весила, и двинулся в сторону консультанта. Было в его походке что-то пугающее, даже бедный мальчик напряженно сжал плечи и затаился.

- У нас есть рассрочка.

- Вот еще, - ухмыльнулся Тим. Голос его стал злым и колючим. – Это просто костюм, не машина, не хата, даже не холодильник, а ко-стюм. Так что по серому, сколько он стоит?

- Двадцать две тысячи, - клянусь, его руки почти взлетели вверх, чтобы прикрыть голову и только силой воли Альберт заставил себя не дергаться.

- Отличная цена, Альберт, - почему-то хотелось приободрить молодого человека, но Тимур опять все испортил.

- Семь пятьсот – вот отличная цена, Настя. Двадцать две – умеренная. Торговаться, я так понимаю, не имеет смысла? – Альберт испуганно закрутил головой, - ну и ладно. Плачу картой. Там еще брюки подшить по булавкам надо, за это сколько?

-Подарок нашего бутика.

- Отлично, тогда пробивайте и заворачивайте. То есть… его ж еще укоротить… просто пробивайте. Вам недели хватит, чтобы все закончить?

Я сразу заметила, что Тимур говорит чужим, каким-то металлическим голосом. Каждое слово неприятно царапало, как нож по тарелке. Он нервничал, злился, дергал плечом, будто пытался скинуть с себя что-то. Или кого-то. Наверное, душащую его жабу.

- Тимочка, - я мягко подкралась к нему и приобняла за шею. Пальцы коснулись его плеч, но никакой жабы я там конечно не заметила. – Может все-таки тот, другой?

- За сто тысяч?

- Это очень хороший костюм. Я бы даже сказала, вложение денег.

Он повернулся ко мне и устало посмотрел прямо в глаза.

- Насть, поехать с тобой в отпуск – вот вложение денег. Снять для нас квартиру или дом, как ты хочешь – это тоже вложение денег. Отправить Томочку в языковой лагерь – чем не вложение? Но костюм это просто тряпка! За сумасшедшие, высосанные из пальца бабки. Я не могу потратить на него сто тысяч.

- Но я могу…

Замолчала, когда увидела, как дернулся его кадык. Тимур тяжело сглотнул. Отстранился, убирая руки с моей талии и посмотрел на меня, как смотрят на чужих. Когда-то знакомых, но теперь посторонних людей.

- Можешь. А я нет. У тебя есть еще вопросы?

Я опустила глаза вниз, чтобы не видеть его страшного лица:

- Тим, я просто хочу, чтобы ты был самым красивым, понимаешь?

- Если честно, не очень, - он коснулся пальцами моего подбородка и потянул его вверх, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – Девочка, это не наша свадьба, и не вручение диплома. Это важный для тебя день, на котором я просто никто. Антураж. Я никого там не знаю, до меня не будет никому дела, не возражай, пожалуйста, - он заметил как я набрала воздух в легкие и остановил мою ответную речь. - Это открытие вашей клиники, а я просто сопровождаю тебя и жду, пока ты со всеми наговоришься и получишь свою порцию триумфа, чтобы через четыре, максимум шесть часов отвезти тебя с Томой домой. Я не готов тратить на это сто тысяч.