"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Залата Светлана - Страница 603

— Еще глупее! — рассердилась Лисси.

— Надо перейти речку вброд. Здесь неглубоко. Где-то вправо лежит овраг. Мы пройдем по нему и выйдем за оцепление. Но сначала пошарим вдоль берега вон там, у плакучих деревьев. — Нащупав револьвер, Лара обессилевшей рукой приложила ствол к виску. — Хайта, в том месте лежит сверток. Пакет. Завернутая еда. Искать. Делить поровну.

— Да, госпожа Лара.

— Иди ты вон, какая госпожа! Госпожа это Лисси…

— Зря ты так говоришь, мы сейчас наравне, — обиделась графинька.

— …а если величать по правилам, то «барышня». Повтори — ба-рыш-ня.

— А-я-джа. Ю-ни-ца…

— Во, дурында заморская! Говори по-людски — барышня, барышня!

— Аяджа, аяджа, — кивала Хайта.

Отчаявшись чего-нибудь добиться, Лара опустила руку с револьвером:

— Упертая, умучишься с тобой!..

— Гиди, аяджа дайва ри?

— По-моему, она повторяет не слово, а смысл… — в раздумьи проговорила Лисси, а потом с хитрецой взглянула на Лару: — Ты училась в школе?

— Да, а что, не похоже? — бросила та, обозлившись.

— Просто я не знаю, как вас учат.

— Грамота, счет, Закон Божий, домоводство. Что еще надо? Юбкам больше не положено.

— А электричество? Законы природы?

— Ой, не надо. Кто много знает, таких замуж не берут.

— Я читала в журнале…

— Скажи все это Хайте.

— Хайта, Хайта! — просияла златовласка, счастливая, что ее не забывают.

— Есть учение, — продолжала Лисси, не обращая внимания на то, как Лара отвергает ее, — про электрические токи в воздухе. Вроде бы они притягиваются, как молния к громоотводу. Я не знаю, правда ли это…

— Вранье! Читай меньше, голова болеть не будет.

— Но твои занятия с револьвером кажутся мне странными. Голоса, лесные духи, откуда-то свертки с едой.

— Просто мне показалось, что он там лежит. Его кто-то уронил.

— Ладно, я больше не стану допытываться.

Спать на земле очень плохо. Лара твердо это знала. Один из ее дядек, любитель выпить, однажды спьяну продрых ночь на земле и нажил чахотку. Поэтому Лара заставила Хайту с Лисси собирать все ветки и сучья, которые можно найти в овраге, чтобы устроить хоть какую-то постель. Получилось не очень уютно, зато бока не застудишь.

После пакета с едой всем стало веселей, даже Хайта разговорилась. Она поглядывала искоса на Лару: не приложено ли страшное оружие ко лбу? Лара не дергалась переводить ее речи, и златовласка болтала без опаски в свое удовольствие. Она доверилась Лисси и старательно учила слова: «есть», «пить», «ты», «я», «небо», «земля». Найденыш оказался способный, быстро ухватывал.

То, как Лара угадывает, где лежит еда, удивляло Лисси больше, чем находка в лесу спящей иностранки.

Судя по всему, эту еду не уронили, а оставили нарочно. Иначе почему Лара первая бросилась разворачивать сверток, выхватила что-то из него и спрятала?

Всего она спрятать не могла. На толстой бумаге даже в слабом отсвете прожектора четко читались буквы: «ГАЛЕТЫ АРМЕЙСКИЕ». А еще в свертке оказался коробок спичек, кусок мыла, моток бечевки и раскладной нож. Тот, кто все это уронил, знал, что надо ронять!

Самое интересное сыскалось под пачкой галет: мятая, потертая цветная карточка из тех, какие дарят в день Духа Любви. Ирисы-цветочки, птички, мальчик дарит девочке вазочку, а девочка жеманится и прячет глазки. Лара сердито хмыкнула и торопливо сунула карточку за пазуху.

Но главное, там было вдоволь еды! Галеты, завинченная банка с тушенкой, кусок колбасы, сыр, бутылка компота, заткнутая пробкой.

— Ложки нет, — заметила Лара, навернув галетину с мясом толщиной в два пальца.

— Мня, — отвечала Хайта. Она старательно вылизывала свои жирные пальцы. Никакого воспитания. Она бы и в банку рукой влезла, не отдерни ее Лисси.

— Хайта, цыц! — велела Лара, приложив нож плашмя ко лбу. — Надо оставить на завтра.

— Мня?

— Ты знаешь здешние места? Куда надо идти? — Лисси, насытившись, тоже подумала о завтрашнем дне.

— Озера в той стороне, — показала ножом Лара. — Там есть поселки, телеграф. Мы проехали миль двадцать по железке, значит, до озер идти полдня. Только не по дорогам, по ним будут ездить военные.

— О, это не страшно!

— Кому как. Мы разделимся, можешь идти к жандармам. И Хайту забирай с собой. Башмаки я с нее сниму, мне нужней.

— Хайта, мня! Я, есть!

— Хватит лопать, ты, обжора! Еда останется со мной. Вас на полевой кухне накормят.

— Очень жалко, что ты уходишь, — помолчав, с грустью сказала Лисси.

— У нас разные пути. Я из простых, ты из графьев. Тебя в беде не оставят. А я должна сама выкручиваться.

— Я могла бы помочь тебе. Батюшка мне ни в чем не откажет.

«Только твоего батюшки не хватало с его Гестелем! Лучше быть от вас подальше».

— Мне подарков не надо. Мы, Динцы, завсегда своим умом жили, взаймы не просили.

— Мы, Тор-Майда, быть в долгу не любим. — Глаза Лисси вновь заблестели упрямством. — Даже если ты откажешься, я найду тебя и отблагодарю.

Лара насупилась.

— Хорошо, один раз я попрошу, а ты выполнишь. Забудь, что видела меня, и никогда не вспоминай, вот и будет благодарность. Поклянись, что не расскажешь обо мне отцу.

— И все?

— Больше ничего не надо.

— Будь по-твоему. — Лисси вынула из-за ворота Око и сжала его в ладони. — Клянусь всевидящим Оком, Громом Господним и Молотом Гнева, что не скажу отцу о встрече с тобой.

— Рухаца будис акэсиру, — прошептала Хайта. Лара машинально приложила нож ко лбу и уловила конец фразы: «Красивая бляшка».

«Из какой же она дикой страны, если Ока не знает?»

— Скажи ей, что она пойдет со мной, — попросила Лисси.

— Хайта, нисо гиджику лимо ца Лисси.

— Лифэ! — Хайта хлопнула в ладоши. — Фа нисо, Лара?

— Что она говорит?

— Ну, радуется, что с тобой.

— А еще?

— Спрашивает, куда я пойду.

— Ты могла бы учиться на переводчицу. Бывают гости с севера, из Витена или жарких стран, где мужчин к женщинам не подпускают. К северянкам в миниты нанимают грамотных девушек.

— Спасибо, Лис, я запомню.

Едва девчонки улеглись на ложе из ветвей, как Лисси и Хайта сразу заснули. Еще бы, столько пережили, так устали! Даже холодок оврага, где на дне журчал ручей, им не мешал. Но было зябко, обе подобрали ноги, а Хайта для тепла обняла Лисси во сне.

Лара, хотя ее одолевала дремота, старалась не заснуть. Когда обе светловолосых ровно засопели, она присела, развернула записку, найденную в свертке, и прочла ее, спалив несколько спичек.

Вот что было там написано:

Тихий ужас охватил Лару.

Ее первый раз приглашали на свидание, а она была в грязных чулках, в страшно мятом платье, без ботинок!

«Как же я к нему приду? Вот в этом виде? Нет, ни за что не пойду! Какая срамота, я словно пугало! Бродяжка, и только. А он уже пишет ТВОЙ ОГОНЕК! Сейчас же соберусь и утеку, чтоб девчонки меня не догнали. Почему он не положил в сверток денег? Лик двадцать хватило бы. Это он нарочно, чтоб я у него просила! А еще подлащивается, собака, два хвоста».

Так она думала и сомневалась, пока не прилегла: «Вот отдохну чуток, и удеру».

Во сне она обняла Лисси с другой стороны, и дочери графа Бертона стало теплее всех.

Первое свидание

В середине ночи Хайта открыла глаза. Сквозь ветви кустов она увидела звездное небо над собой. Черно-синее небо, мерцающее серебряными искрами. Такое волшебное, необычайное!

Вдали дышали паром двигатели самоходок, порой слышались гудки. Рубеж оцепления жил своей загадочной механической жизнью. Над головой нависали кусты, на их листву слабо ложился желтоватый рассеянный свет, идущий от прожекторов.