"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Залата Светлана - Страница 623

— Вы, должно быть, думаете о приличиях? — сурово спросила сестричка.

— Ну, да.

— Разве я похожа на девушку, которая может позволить себе что-либо недостойное?

— Нет! Конечно, нет!

— Тогда…

Между ними совсем было установилось понимание, когда в дверь постучали. Эрита порывисто встала, Огонек упал в постель и закрылся одеялом до носа. Вошел старший парень в мундире поручика, очень знакомый, а с ним один из наставников.

— Лежите, кадет, как положено, — жестом успокоил офицер. — Мое почтение, милосердная сестра. Я только задам кадету Хаверу несколько вопросов.

— Вы Крестовик? — узнал Огонек поручика.

— Так точно. — Офицер, присаживаясь, дружески улыбнулся ему. — Знаешь, друг кадет, тебя чуть не сочли умершим! Я рад, что ты уцелел в переделке. Дьяволы небесные, да у вас там было адское пожарище! Едва не рота полегла, целое кладбище вырыть пришлось. Но я хочу узнать о другом…

— Я в вашем распоряжении, гере поручик. — Оживившись, Огонек присел.

— Девчонка-медиум, — по имени Ларита Динц — она тебе знакома?

Огонек с мукой взглянул на Эриту. Ну, так и есть, заревновала! Глаза холодные, губки поджаты, стан прямой, не подходи.

— Да, — едва выдавил он.

— Где ты ее встретил и что у вас с ней было?

— Ничего! — выпалил Огонек, взглядом умоляя Эриту выйти. — Я… Услышал ее в эфире. Она пряталась в лесу, рядом с позицией. Я подсказал ей, как выйти из леса.

— И встретил, надеюсь? — подмигнул Крестовик.

— Да.

— Она хорошенькая?

Огоньку хотелось умереть. Эрита не сводила с него глаз, взгляд ее становился враждебным и высокомерным.

— Ну, так, не очень.

— А вот ты ей понравился. Она тебя крепко запомнила.

Эрита стала еще строже.

— С ней что-то произошло, — хмурясь, добавил Крестовик.

— Что?! — Огонек подался вперед, едва не вспрыгнул из кровати.

— Сложно сказать. Недавно от нее был голос из Бургона, причем голос не ее, а другой девушки. Я должен предупредить: если тебя будут звать от ее имени, это может быть ловушка. Впрочем, в ближайшие дни ты под арестом, так что тебе ничто не грозит.

— Она звала… меня?

— Да, вызов был на Огонька Хавера, поэтому я и пришел к тебе. Пока мы будем вести игру голосами с этой бургонской вещуньей, но будь готов включиться. Поправляйся, кадет!

Пожав вялую руку Огонька, поручик вышел, и лишь сейчас Огонек заметил, что Эриты нет в палате. Когда она успела испариться? Будто в самом деле улетела.

Но его мысли уже унеслись далеко.

«Гром господень, да что случилось? Бургон? Почему Бургон? Где она сейчас?»

Он был готов отдать что угодно, лишь бы заполучить шлем и позвать Лари, но здесь даже кровать деревянная!

А еще Огонек был готов разорваться пополам, чтобы одна половина искала подходящий медиатор для связи, а другая бежала вслед за Эритой. Надо же объяснить, что у него с Лари ничего не было!

Бези принимает гостей

На полпути к коттеджу Лара побледнела, упала на четвереньки, и ее вытошнило на газон. Она мучилась, в судорогах выдавливая из себя страдальческое «Бээээ!», кашляя, всхлипывая и со свистом вдыхая между приступами рвоты, будто в последний раз. На заблеванную травку капали слезы, с губ свисали тягучие кислые слюни.

Наконец, она отплевалась, мотая разлохматившейся головой, и сипло задышала, не веря, что осталась жива. А казалось, кишки через рот вылезут.

— Со мной после первых сеансов было то же самое, — поделилась опытом Безуминка, стоя рядом и красиво поводя зажатой в пальцах длинной папиросой. — Потом я догадалась брать в обратную дорогу фляжечку воды. Очень полезно, чтоб прополоскать рот. Будешь?

— Давай. — Лара схватила фляжку трясущейся рукой, выхлебала половину и сейчас же выплюнула. Широко утерла белое лицо, до ноздрей обметанное слюнями и соплями. Как хорошо, что аллея пуста! Ужасно стыдно, если тебя увидят такую.

— Извини, детка, что я весь порошок проглотила. Уж очень спешно пришлось выйти на связь.

— А он услышит, ты думаешь?

— Главное, чтобы услышал кто-нибудь из двадцать второго батальона. Люди Купола друг друга знают. Если нас еще не увели на допрос, значит, я свистнула мимо принцевых ушей.

— Завтра опять придется пить микстуру? — уныло огляделась Лара. Вечерний парк темнел. Вдобавок небо затягивали сумрачные тучи, будто неподалеку упала звезда. Правда, духоты, как третьего дня перед падением, не было. Напротив, холодало, и листва шелестела под свежим ветром.

— Обязательно, родная, и Удавчик не поможет. Он будет париться рядом, в кресле. Завтра его смена вещания с утра.

— Я сроду не пила такого крепкого. Рюмочку наливки в праздник, и то мне мама Рута налила впервые только в позапрошлый год. Ну или чуток пива с девчонками на Духа Любви.

— Думаешь, Рикс платит нам от щедрости? Он старый сквалыга, у него зимой снега не выпросишь. Деньги и довольствие нам для того, чтоб мы смирились, чтобы сами шли под шлем.

Лара не знала, что ответить. Стакан с желтым пойлом словно опять возник перед глазами, и унтер вновь готовился хлестнуть ей по губам. Такое унижение стерпеть нельзя, ее не зря пристегнули ремнями. Потом хмельной накат, шум в ушах, что-то дергает внутри, словно ты взялась за электрические провода.

Но дальше! Дальше лежал неведомый простор. Слух доставал до горизонта и уходил за него. Так слышат ангелы, которые ловят людские стоны. В безжалостном кресле, насильно пьяная, Лара вдруг ощутила себя вещуньей… или ясновидящей. Словно ее чувства простерлись вдаль и коснулись чьих-то трепещущих губ. Одним усилием она смогла увидеть грустную худую Шельму, пожалеть ее и порадоваться ее деткам.

«Она умирает, — вдруг поняла Лара, вспоминая Шельму. — У нее что-то с глазами. Белки глаз желтоватые. От микстуры? А дети сытые, она их кормит хорошо. Нет, она не убьет профессора. Просто не дойдет, даже если бы ее пустили во дворец. Сядет от слабости где-нибудь на лавочку, на станции, вздохнет и… Как дядька Диль. Мама сказала: „Диль печенку пропил“».

Лара почти зримо увидела, как Шельма бледнеет, расширяет глаза, хватается за грудь, а изо рта ее начинает вытекать кровь.

— Мы все рано умрем, — жестоко заметила Безуминка, угадав мысли Лары. — Хорошо, если ты успеешь найти себе парня и порадоваться с ним. Вот если бы принц взял власть! Тогда нас перестанут травить, мы оседлаем государственный эфир. Можно будет отпиваться порошками и пилюлями.

— Принц? Власть? — Лара захлопала глазами. — Его государь-отец жив и здоров, да пошлет ему Бог молний сто лет жизни.

— Да ты еще глупышка. — Безуминка взяла девчонку за руку. — Не слушала, что я вещаю? Церес взял под свое начало все сухопутные войска, он готовит свержение Красной династии.

— Во, что творится! А как же будет?

— Будет Синяя империя вместо Двойной. Не бери в голову, политика не для тебя. Поспешим-ка домой, дождь собирается!

В самом деле, интриги принцев и министров Лару не тревожили. Она больше думала о себе.

Из тесного и серого квартала, где жили мастеровые, заводские и прислуга, она угодила сперва в сумасшедший дом, а оттуда прямиком на службу Его Высочества, да еще с приличным жалованьем. Другие стараются и добиваются такого места, а ее сюда доставили силком, в кузове.

Жизнь повернулась, будто револьверный барабан, и вот она под первыми каплями дождя бежит к светлому коттеджу, который теперь ее дом! Видела бы мама Рута, где дочурка поселилась!

«Только чтоб она не видела меня под шлемом».

— Продышалась? Давай собирай ужин. У тебя вчера неплохо получилось. А я присмотрю, из чего тебе перешить одежку. В лосинах щеголять — парней дразнить. Твои ножки уже на них действуют, судя по Удавчику. Завтра же сдам вещи портному.

— Зачем? Я сама справлюсь. — Лара небрежно дернула плечом. — Были бы ножницы да иголка с ниткой. Да и прибраться здесь успею.

Безуминка отчего-то нервно задышала и погнала на Лару:

— Делай, что сказано, а в доме не хозяйничай! Что где лежало, там пусть и валяется! Я тут главная, а ты при мне, понятно?!