"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Залата Светлана - Страница 712

— Короче, — молвил Церес. В самом деле, Лоза долго медлила с визитом вежливости — или боялась монаршего гнева, — но вот, выслала сановного лозовика наладить отношения. Что это значит? Лоза решила поставить на двух лошадей сразу? кто бы ни победил на скачках, «люди воды» будут в выигрыше?..

«Возможно, что и так. Я же унаследую не только трон, но и долги батюшки, а банкирам нужна гарантия по их треклятым процентам. До них дошло, что я суров к процентщикам и дружен с Отцом Веры?.. Ну, да — победа, у правителя большая обученная армия, народ горой за трон, и тут указ — „Выплата долга отменяется“. Смогу? ещё как! Посмотрим, что скажет гере Муртэн…»

— Чтобы увеличить оборот финансов, — заговорил тот вкрадчиво, ощупывая брелоки потными перстами, — и дать нам возможность лучше помогать империи, Ваше Высочество могло бы, как командующий округом… по законам военного времени… один указ, и золото рекой польётся в казначейство! Ваша подпись — великая сила! кто посмеет возразить дракону?

— Яснее, — потребовал принц, наблюдая за темнокудрой красоткой. Та с любопытством озирала кабинет, затем мелкими шажками подошла к шкафам и зеркалу, оказавшись у Муртэна за спиной. Поправила шляпку перед зеркалом, повернулась правым боком, левым… модница!

— Вам подвластны четыре провинции — Южно-Кивитская, Лация, Эренская и Гурская. — Муртэн загибал короткие пальцы в перстнях. — Все права — в ваших царственных руках. Если бы Ваше Высочество соизволило даровать нам пропинацию в Западном округе…

«Ах, вот оно что! пропинация!.. исключительное право на винокурение и пивоварение. Поистине золотое дно. И крышка всем громовникам, кто здесь с этого живёт… с девизом: „Принц распорядился“. Чёрная слава — и дружба с Лозой…»

— …всего на полгода! — тотчас поправился Муртэн, заметив тень на челе Цереса. — Со своей стороны мы клянёмся Матерью-Луной, — он перешёл на шёпот, потянувшись к наследнику, — употребить всё наше скромное влияние, чтобы склонить государя к примирению.

В холодной задумчивости Церес отвёл глаза — и увидел нечто странное. Темнокудрая правой рукой вынула стальную шляпную булавку — как клинок из ножен! — и, держа её остриём вперёд, воздушной поступью стала приближаться сзади к говорящему Муртэну, что-то неслышно шепча одними губами. Принц, не меняясь в лице, с интересом смотрел, как она направляет шип прямо в затылок верховному купажисту. В жизни Цересу доводилось видеть, как медиум наводит цепенящий сон — но мориорка делала это при нём впервые.

С каждым её шагом лозовик говорил всё медленней, как фонограф с ослабшей пружиной, речь его вязла во рту, глаза стекленели — и, наконец, он застыл на полуслове, отвесив мокрую от слюны толстую губу, обмякнув на стуле с остановившимся взглядом, словно спящая наяву жаба.

Убедившись, что Муртэн не реагирует на щелчки перед самым носом, девушка проворно вернула булавку на место, затем по-мориорски коснулась своих губ кончиками пальцев и сложила ладони перед лицом:

— К вашим услугам, Синий повелитель. Я Лунолика, посланница господарей киалибу файнес. Мы можем говорить без опасений.

От восторга Церес готов был подняться из кресла, но сдержался — лишь улыбнулся и поощрил её кивком:

— Говори.

— Господари шлют вам поклон и привет. Они подтверждают верность данным вам клятвам. Воинская сила станов готова выступить на вашей стороне там, где это возможно, и тогда, когда потребуется. Здесь, на острове посреди воды, это неосуществимо. Но вам ведом сигнал призыва, и господари ждут его всегда.

— Хорошо! Передай им, что я высоко ценю их верность и готовность. Пусть ждут. Я вернусь. Но скажи… кто ты и как оказалась вместе с этим человеком?

Улыбнувшись без тени кокетства, девушка легко ответила:

— Лоза купила меня у солдат Синего царя, когда была битва за стан Гиджа. Я девка из вольных, но Лоза обратила меня в рабство. Я всегда буду мстить за это.

— Из моего стана, из-под Бургона… как там дела?

— Тишина и мир.

— Мне везёт на девиц из Гиджи, — покивал Церес. — Одна из них была моей приближённой… жаль, я потерял её.

— Если повелитель говорит о рабыне Бези, то она жива, — спокойно сказала молодая гиджанка.

Вот тут Церес вскочил:

— Как?! откуда ты знаешь?!

— Мне передали… — Церес приметил невольный жест — темнокудрая вскинула руку, словно хотела коснуться виска кончиками пальцев, но тотчас, спохватившись, опустила её. — Она была осуждена за измену, но казнь не состоялась. Один… один канхаец помешал этому. Оба они покинули Бургон. Была весть, что теперь Бези живёт в месте под названием Гестель.

Торопливыми рывками Церес открывал один за другим ящики стола — ага! вот оно! Достав кошелёк с золотыми — его надо иметь под рукой, чтоб одаривать, — бросил его девице:

— Твоя весть заслуживает большей награды…

Лунолика ловко поймала кошель на лету, спрятала его в карман под верхней юбкой.

— …и я возьму тебя в услужение. Ты же вещунья?

— Это тайна.

— Тем лучше.

Но девушка отрицательно повела головой:

— Прошу повелителя отвергнуть и отослать меня. Я исполняю службу господарей в Лозе и… моя месть не закончена.

— Жаль… — Церес поморщился, зная, как важны для мориорцев мщение и служба. — Что же — мсти, помоги тебе Гром. Однако… если я верно понял, ты слышишь и вещаешь на своей волне? не в нашем эфире?

— Повелитель мудр. — Улыбка Лунолики была скромной… и хитрой.

— Господари не открыли мне этого.

— Они не клялись раскрыть всё своё знание до дна.

— Будем считать, что ты доверила мне тайну, и я сохраню её… или разгадаю. Теперь — буди эту тушку.

Направленный шип и бормотание колдовских формул волшебно повлияли на Муртэна — он заморгал, распрямился, прокашлялся и, как ни в чём не бывало, продолжил прерванную речь:

— …всемерно служить Вашему Высочеству везде, где есть наши общины. Можем ли мы надеяться на благосклонность Вашего Высочества?

— Я обдумаю вопрос о пропинации, — непринуждённо приосанившись в кресле, молвил Церес обнадёживающим тоном. — Четыре провинции… много! Это вызовет недовольство… Возможно, Лация. Вас вызовут, когда я приму решение. Будьте здоровы, любезный.

— Остаюсь в ожидании, — встав, раскланялся лозовик. — Что же касаемо девицы, то она…

— …я остался ею доволен. Со временем распоряжусь прислать её сюда.

— В любое время! когда Вашему Высочеству будет угодно-с! — делая гиджанке знаки рукой, Муртэн пятился, пятился к дверям, пока не исчез.

Когда створки захлопнулись, Церес — наедине — позволил себе дать волю чувствам. Порывисто встав, он быстро подошёл к окну и стиснул в ладони плотную ткань шторы. Вид бескрайнего синего моря за стеклом уже не казался ему заслонённым незримой решёткой неволи.

«Жива. Жива. Хвала Грому!.. В Гестеле, у графа Бертона… ну, разумеется, кто ещё распорядится опытной вещуньей!.. Дьяволы небесные, всё не так плохо, как казалось! Я не одинок. У меня есть невидимая армия… и я вернусь к власти, во что бы то ни стало».

Остров Якатан.

2620 миль к северо-северо-востоку от крепости Курма.

— Перед вами, барышни и господа, воздушная панорама царства Гуш! Город, что расстилается внизу — Панак, столица гушитов, святыня ста храмов и торжище ста рынков, откуда Лал Боголюб правит своими ста землями. Наше здесь — Пришлое Селище, там посольство, гарнизон, электростанция и дирижабельный причал.

Со смотровой площадки путешественники любовались видом заморской земли.

— Какая красота! — вздохнула Лисси с восхищением.

Панак переливался оттенками бело-розового, кремово-жёлтого и шоколадного цветов. Золотистые конусы баханских храмов возвышались, словно скалы среди пёстрых улиц и домов. По городу вились реки, зеркально сверкали синие озёра — всюду рябь лодчонок, лодок и речных барок. На площадях и базарах кишели толпы людей, у воды росли сочно-зелёные сады. За широким парком видны белые стены крепости, лунно-голубые купола дворца…