"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 274

Здесь, в этом древнем капище, люди собирались, чтобы почтить своих богов, попросить помощи и защиты, поделиться радостью и горем. Место это было наполнено энергией и мистикой, связывающей прошлое с настоящим, земное с небесным…

Теперь же ничего этого не было. Стояли резные столбы, изображающие слабые копии древних, но они были сделаны уже современниками. От дуба не осталось и следа. А камень… его разбило молнией на мелкие куски, которые потом растащили на сувениры или приспособили под хозяйственные нужды.

Да и векового леса уже не было. Теперь это место в Битцевском парке называлось Лысой горой, местом, где не росли деревья…

На пеньке сидел мужчина с планшетом в руках. Он смотрел в сторону Новоясеневского тупика, иногда что-то нажимая на экране.

Кощей усмехнулся. Пусть мужчина и был один, но его охрана четко отслеживалась в редких прохожих, которые то и дело бросали на мужчину взгляды. А уж как они сканировали окружающую территорию…

Ну не могут просто так собраться три берендея, два орка и ещё три шкафчикообразных гнома просто так, ради прогулки по Лысой горе. Да, пусть один из них о чем-то увлеченно трещал по телефону и прохаживался по дорожке, но его голова была постоянно повернута к сидящему, не упуская из виду ни на миг. А другой берендей что-то искал в небе, но тоже то и дело поглядывал на сидящего. И что говорить про ходящих кругами туристов, которые запросто ручищами разогнут подкову?

— Здрав буди, светлый император Николай Сергеевич, — наклонил голову Кощей, подходя ближе.

Он видел, как напряглись прохожие, как их руки дернулись к внутренним карманам. Явно там не одна боевая палочка скрывалась в подкладке.

— И тебе привет, князь Владимир Алексеевич Старицкий, — хмыкнул император. — Что-то ты вольно себя чувствуешь, гуляя так по Москве. Или не знаешь, что находишься в розыске?

— Так мало у кого есть линзы Истинного Зрения, — ответил Кощей. — А без них меня и не узнать. Вот, попробуй, сними, а потом скажешь — похож я на Старицкого или нет?

— Ага, не для того я минут пять с этими линзами мучился, чтобы потом снова их надевать, — покачал головой император. — Поверю на слово. Что у тебя?

— Всё по плану, — кивнул Кощей. — Меч собирается, люди работают, нелюди тоже стараются.

— А что с Мареной?

— С Мареной плохо, — покачал головой Кощей. — Вышла она на семью провидицы. Родителей уничтожила, почти добралась до детей, но вовремя ведьмак вмешался.

— Про то я знаю, — поморщился император. — Сейчас она где?

— Вот этого я не могу сказать. Марена сама по себе перемещается. Силу набирает. Похоже, заподозрила она что-то…

— Заподозрила? Неужели? — хмыкнул император. — А чего же она могла такого заподозрить? Ты же стараешься, всё делаешь для истребления рода людского. Если бы не ведьмак, то давно бы всех накрыло одним большим и медным тазом.

Кощей взглянул на императора — неужели на похвалу напрашивается? Мол, это я придумал с Эдгартом и моя заслуга в нашем плане неоценима? Простая человеческая слабость?

Ну что же, можно и похвалить. От Кощея не убудет, а император получит легкое удовлетворение.

— С ведьмаком вы хорошо придумали, Ваше Императорское Величество, — кивнул Кощей. — И провести его по всем кругам тоже получилось неплохо. План хорош, но…

— Что «но»?

— Но будет ли он с нами до последнего? Не сыграет ли в нем сущность человеческая?

— С чего такие вопросы? Он как слушался меня, так и будет слушаться. Кину ему очередную подачку в виде пары твоих деревень, да и будет с него!

Кощей едва не рассмеялся в ответ на такие слова. Гордыня человеческая — это слепящая вспышка самолюбования, которая затмевает разум и искажает восприятие действительности. И от этой вспышки может пострадать главное дело всей жизни Кощея.

Не таков ведьмак, чтобы кому-либо подчиняться. И запросто может послать императора вместе с его деревнями куда подальше. Ведьмак себе на уме — как пожелает, так и сделает.

— Сомневаюсь я в нём, Николай Сергеевич, — ответил Кощей. — Боюсь, что в самый последний миг дрогнет его рука и повернет он меч против нас. Сила убеждения Марены безгранична, она может запросто отравить его разум речами.

— Тогда передай Бабе-Яге, чтобы тщательнее следила за ним. Чтобы направляла на путь истинный. Чтобы не допускала сомнений в мозг ведьмака. Кстати, где они сейчас?

— Яга отчиталась, что нашли черенок меча, осталось только клинок отыскать и тогда полностью меч соберут.

— А клинок у кого?

— У чуда-юда морского, — вздохнул Кощей. — И через Водяного к нему не подобраться — хозяин пресных вод во вражде с соленой водой.

Император пожевал губами, посмотрел на столбы с цепями, которые удерживали бревно в виде ладьи. Хмыкнул:

— Значит, на этой ладье тебя вынесло из мира мертвых?

— На этой, — кивнул Кощей. — Правда, тут капище другое было, не такое пустынное. И люди другие были…

— Люди всегда одни и те же, — покачал головой император. — Только окружение меняется, а люди остаются прежними. Кто посильнее духом, тот наверх стремится, кто послабее — сильным прислуживают. Никогда ничего не меняется…

— Может вы и правы, ваше императорское, — вздохнул Кощей. — В моём мире тоже подобное делается.

Император потеснился на пеньке и Кощей присел рядом. Со стороны они походили на отца с молодым сыном, которые присели для разговора и любования капищем. И только посвященные знали, что «молодой сын» на самом деле прожил не одну человеческую жизнь и повидал немало на своём пути.

И план, который Кощей предложил императору, тоже вынашивался не один десяток лет. Да, пришлось для этого открыться и рассказать о своём прошлом, но… Игра стоила свеч. Тем более, что Марена набралась достаточно сил, чтобы выйти из мира мертвых, а это уже многое меняло.

Оракул выбрал для этой роли циничного и наглого ведьмака по имени Эдгарт Пахомов и всё понеслось по кочкам, по маленьким кусточкам.

— А ты знаешь, что моя дочь до сих пор думает, что это ведьмак её спас? — спросил император, глядя на Кощея. — И что он её суженый-ряженый?

— Ну, это уже ваше дело, ваше императорское, — хмыкнул в ответ Кощей. — Моей задачей было только уничтожить молодильные яблоки, чтобы Марене не досталось на её долю. А уже человеческие отношения между молодыми людьми… Нет, в это я не полезу. Мне и своих забот хватает, чтобы ещё в амурные дела забираться.

И в самом деле, план с уничтожением сада с молодильными яблоками был продуман до мелочей. Бог Локи принимал в нём самое непосредственное участие и провел ведьмака почти без царапин до самого финала.

На долю Марены не осталось яблок, поддерживающих жизнь, и поэтому она должна была либо дожидаться новой партии, либо… Вот это либо и сподвигло её прийти в мир людей, чтобы тоже принять участие в разыгрываемой драме.

Да, это тоже было частью плана, но… Кощей вздохнул. Слишком уж шатким был его план. Слишком много факторов на него влияло, чтобы не беспокоиться по пустякам. Ведьмак был своенравен и пылок, Баба-Яга тоже себе на уме, а ещё и Моргана… Эту ведьму тоже нельзя сбрасывать со счетов. Да и тот писатель рядом с ней…

— А где сейчас Создатель? — словно прочитал мысли Кощея император.

— Он с Морганой находится неподалёку. Как только всплывет клинок, так появятся здесь, — Кощей кивнул на капище. — Тут и произойдёт финальная битва.

— Да уж, — вздохнул император. — Не думал, что такое при моей жизни случится.

— А никто об этом не думает, ваше императорское… Все предпочитают не видеть грязь. Но она от этого никуда не девается, чавкает под ногами, стремится в себя утянуть.

— Значит, сойдутся в бою с силой зла Знахарь, Воин и Шут? — снова вздохнул Николай Сергеевич, вспомнив предсказание птицы Гамаюн.

— Сойдутся, — кивнул Кощей. — И я надеюсь, что всё повернется как надо.

— А если не так?

— То нам всё равно терять нечего. Либо мы Мару-Марену заборем, либо она нас. Третьего не дано. Для неё не дано, — уточнил Кощей.