"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 299

Обидно будет, если я не смогу справиться и не заберу с собой эту змеевидную тварь!

От этих мыслей злость снова напитала руки, заставив меч кружиться с быстротой вертолетного винта. Улыбка Марены пропала, но она не отступала!

— Эдгарт, у неё сердце справа! — раздался Машкин крик. — У неё не так, как у людей!

Так вот почему у меня не получалось…

Я начал теснить Марену, заставил ее отступить, пока она не уперлась спиной в древнее дерево, как бы загнанный зверь.

И вот… Последний удар. Серебряный клинок пронзил воздух, достигнув цели. Меч вошел точно под правую грудь, пронзая черное сердце Марены.

Её руки опустились, черный меч упал на выжженую землю и растаял в темноте.

Я рухнул рядом. Усталость навалилась таким диким грузом, что не смог удержаться на ногах.

— Думаешь, ты меня одолел? — спросила Марена, продолжая оставаться пришпиленной к дереву, как бабочка к картонке энтомолога.

— Думаю, что да… Ничего у тебя не выйдет, тварь, — просипел я. — Я победил…

— Не ты меня призвал в этот мир! Не тебе меня из него изгонять! — хмыкнула она в ответ и двинулась по лезвию меча. — Я бессссмертна! Меня так просссто не убить!

Я наблюдал, как чешуйчатое тело двигалось по клинку ближе к гарде и понимал, что почти не осталось сил для того, чтобы хотя бы отвесить щелбана этой сволочи.

Неужели всё напрасно? Неужели сейчас она дойдёт до гарды и вырвет меч из дерева? А после порвёт весь этот мир, как Тузик грелку?

— Мы тебя призывали, — послышался громовой голос. — Мы призывали, но ты не выполнила зарок!

Я повернул голову на звук голоса.

Там, где стояли деревянные идолы, возник серебристый свет. Раздался тихий треск, как будто начали ломать застарелые кости. Затем возник глубокий, утробный рокот, поднимающийся из недр земли. Идолы начали двигаться. В деревянных истуканах, казавшихся мертвыми, начала пульсировать жизнь. Кора, словно сбрасываемая змеиная кожа, треснула, обнажая скрытую под ней силу.

В деревянных глазницах вспыхнул синий огонь, словно зажглись причудливые оттенки северного сияния. Лица, некогда безжизненные, исказились в недовольной гримасе. Изображения рук, ранее скрюченные и неподвижные, выпрямились, превращаясь в мощные руки, готовые обрушить гнев на любого, кто посмеет нарушить их покой.

Один за другим, они оживали, становясь воплощением древних богов Сумрачного Мира. Шевелюра Локи ярко пылала, источая ауру всепоглощающего огня. Здоровенный Тор искрился молниями, в руках проявлялся могучий молот. Женщина рядом с ними напомнила мне ведунью из древности.

Деревянные идолы стали плотью и кровью — воплощением мощи, ярости и древней мудрости Севера. Они стояли, молчаливые и грозные, словно воскресшие из глубины веков, готовые вернуть свое величие и обрушить кару на тех, кто забыл их имена.

Они двинулись вперёд, к застывшей Марене. Земля задрожала под их ногами, ветер зашептал имена Локи, Тора, Фрейи, словно свидетельствовал о возвращении богов.

— Ты нарушила наш зарок! Ты использовала дарованную силу во зло! — проговорил Тор. — Мы разрываем наш договор!

— Нам искренне жаль, Марена, — проговорила мягко Фрейя. — Но договор есть договор…

— А ведьмак помог нам увидеть то, чем ты являешься на самом деле, — закончил Локи.

— Но вы… Вы… Вы не можете! Я так близка к цели! — вскричала Марена.

— Мы забираем дарованное бессмертие, — проговорил Тор. — Ты освобождена от должности привратницы в Мир Мертвых!

Он выставил перед собой молот, с которого ударила молния. Эта молния шарахнула точно в лобешник змеевидной твари. От её лба сотни молний поменьше ударили в разные стороны. Они сетями накинулись на застывших в повиновении мертвецов. Молнии лихо раскромсали стоящих на составляющие — только ровно порезанные куски гнилой плоти вперемешку с костями шлепнулись на землю.

Марена закричала. Её тело извивалось, содрогалось под пробегающими вспышками молний, но она не могла соскочить с торчащего меча.

— Будь!!! Ты!!! Проклят!!! Алекард!!! — вскричала она из последних сил, а после бессильно опустила голову.

— Я всегда был проклят, — глухим голосом отозвался Кощей.

Ко мне подскочила Светлана Карамзина. Она ахнула, увидев рану на моём теле, тут же начала прислонять к ране руки. Я почувствовал, как теплое прикосновение снимало боль.

— А ты хорош, ведьмак! — ухмыльнулся Локи, подмигивая мне. — Такую партию довел до финала!

— Вот только всегда был пешкой, — буркнул я в ответ.

— Но рискуешь стать ферзём! — хохотнул Локи. — Я думаю, что ваш император не оставит твои заслуги без внимания!

Он показал в небо. Мне пришлось напрячь зрение, чтобы увидеть парящего среди звёзд ворона. Тот хрипло каркнул.

Хорошо ещё не капнул на голову — зная нашего императора, могу сказать, что с него станется.

Ко мне подлетела Чопля:

— Ну, чего разлёгся? Пошли домой, плюшки получать и прочую награду…

— Помолчи, — проговорил я. — Мы с тобой ещё про предательство не решили.

— Так было надо! Ладно-ладно, молчу! — проговорила она и смылась прочь.

— Вы как здесь появились? — спросил я Локи.

— Кровь беззаветно отдавшего жизнь попала на дерево, открыв нам дорогу. Так в своё время к вам попал Кощей. Так попала Марена. Так попали и мы. У нас мало времени… Скоро мы вернёмся назад. Хочешь что-то сказать, ведьмак? — спросил Локи.

— Ничего не хочу. Просто — до встречи! — проговорил я.

— Тогда, до встречи. Будешь в Сумеречном мире, обязательно заглядывай! — подмигнул Локи.

Тор и Фрейя в это время встали возле Кощея. К ним присоединился и Локи. Они смотрели, как Баба-Яга помогла встать внезапно постаревшему мужчине.

— Ты исполнил своё предназначение. Хочешь что-то сказать? — спросил Тор.

— Верните мне Тариэль, — просто ответил Кощей. — Большего я ничего не прошу.

Боги переглянулись. Потом Фрейя произнесла:

— Мы можем вернуть, но… Ты понимаешь, что сейчас Мир Мёртвых остался без привратника. Если никто не встанет на той стороне Калинова моста, то…

— Дайте мне задать ей всего один вопрос, — проговорил Кощей.

Боги снова переглянулись, потом взялись за плечи друг друга. В центре получившегося кольца возник золотистый свет круга. Спустя пару мгновений боги разомкнули объятия, оставив гореть золотой круг. Из этого света поднялась девушка невероятной красоты. Она удивленно огляделась по сторонам, а после…

— Алекард! — кинулась девушка к стоящему Кощею.

Она прильнула к его груди, спрятала лицо на груди, прижалась телом, как будто пыталась раствориться в этом внезапно постаревшем мужчине.

Постаревшем? Нет, сейчас девушку гладил по голове молодой человек, чуть старше меня! Он прижимал красавицу к себе, словно боялся вновь её потерять.

— Тариэль, — шептали его губы. — Тариэль…

— Алекард, у нас мало времени! — напомнил о себе Локи.

— Да, — кивнул он и поднял лицо любимой к себе. — Родная, мы сможем быть вместе, но…

— Мой сын встанет на Калиновом мосту! — внезапно подала голос Баба-Яга.

— Что? — резко обернулся Кощей.

— Мой сын Чудо-Юдо встанет на Калиновом мосту. Он всё равно сейчас на подводной реке Смородине стоит, так что…

— А твой сын согласится? — спросила Фрейя. — Ведь это весьма незавидная доля.

— Он нелюдим и привык к одиночеству. А если сможет подняться по карьерной лестнице, то вряд ли откажется, — проговорила Баба-Яга, показывая телефон.

С экрана телефона на нас уставились три знакомые морды Чуда-Юда. Он проревел:

— Конечно же я согласен! Там хоть будет с кем в «Камень-Ножницы-Бумага» нормально сыграть! Матушка, благослови!

— Благословляю, сынок, — проговорила Баба-Яга.

— Что же, пусть будет так, — кивнули три бога и снова взяли друг друга за плечи.

— Постойте, а как же мы? — подал голос Кощей.

— А что вы? Вы возвращаетесь в свой мир! — проговорил Локи. — Вам тут нечего делать. Забирайте своего сына и правьте мудро и справедливо!

После этого три бога растворились в темноте, а на их месте остались стоять всё те же деревянные идолы, какие были изначально.