"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 446

— Так, довольно, — скривился Кан. — Насчет почетной грамоты — вопрос поручу проработать. В самое ближайшее время мой адъютант этим займется. Но, как уже сказал, раньше конца июня результата не ждите! И это максимум того, что я могу — и готов — сделать для Нам Хи Рен!

— Но для нее все решится в эту пятницу! — воскликнул я.

— Младший лейтенант, тебе что-то не ясно из мною сказанного?

— Но…

— Товарищ младший лейтенант!

— Все ясно, товарищ полковник, — убито пробормотал я.

— Тогда на этом и закончим!

Как я вернулся в гардероб, как оделся, как вышел из боулинга, сел на байк и доехал до Пэктусан — вообще не помню.

35. Одно к одному

Этой ночью я почти не спал. Все строил хитрые планы, как помочь Хи Рен — и тут же один за одним отвергал их за полной несостоятельностью.

Например, в какой-то момент у меня родилась шальная идея наградить девочку от имени Пэктусан в лице Седьмого Управления. Не важно за что. С вручением… Ну, скажем, подарочных часов, вроде тех, что похитил Квак.

До вопроса «А как за сутки истребовать украденное у давно уволенного негодяя?» я тут даже не дошел — осознал, что вариант в принципе никуда не годится. Начать с того, что наверняка в Первой школе кто-нибудь да знает, где и кем официально работает онни их одноклассницы — так что «достижение» сходу окажется шитым белыми нитками. Да и сама Джу, вернувшись, наверняка такой мой ход гневно дезавуирует — и для Хи Рен все только к худшему обернется…

Ну или была мысль как-то привлечь к делу Ли Хо Сока, донджю. Скажем, договорится, что если на их объекте снова будут ждать Высшего Руководителя — подтянуть туда под каким-нибудь благовидным предлогом мою ученицу. Скажем, обозвать ее юной добровольной помощницей пхеньянских строителей! Инициатором нового детского общественного движения! И не мытьем, так катаньем протащить на фотосессию с высоким гостем… О таком, может, даже в «Нодон синмун» напишут!

Вот только одну реконструированную пятиэтажку Вождь уже осмотрел — и едва ли в скором времени собирается подобный опыт повторить. И уж точно — не до ближайшей пятницы. Это — кроме всего прочего…

Так ничего толкового и не изобретя, к утру я таки забылся дерганым, нервным сном. И снилось мне, что с каменным лицом сообщаю Хи Рен: мол, вынужден умыть руки…

Твою ж наперекосяк!

Как я стану смотреть ей в глаза уже наяву, когда она спросит, все ли в порядке⁈

А если сама не спросит — тем более: как?!!

Размышлять в таком состоянии о чем-то еще, помимо проблемы моей ученицы, я был решительно не способен. И о том, что пригласил на утро к себе инженера Чэ, чтоб ему треснуть — понятно, и думать забыл. Напомнила Пак — протягивая из-под пальмы свежую газету. Пробурчав в ответ нечто невнятное, я поспешил скрыться в своем кабинете.

На автомате попытался читать «Нодом синмун» — но на второй или третьей статье понял, что ни словечка в мозгу не откладывается.

В сердцах отшвырнул газету. Та скользнула по столу — и спланировала на пол, аккурат к мусорной корзине, на которую теперь и взирал с портрета из передовицы товарищ Высший Руководитель. Я было дернулся, чтобы упавшее поднять — по местным меркам свершилось довольно значительное кощунство — но передумал: плевать! Подпер подбородок руками…

Вскинул голову, казалось, мгновение спустя. Посмотрел на часы — и кисло хмыкнул: время уже перевалило за половину девятого! Ничего себе это я так в сон провалился!

Встал, поднял наконец с пола несчастный номер «Нодом синмун», положил его на стол — и выглянул в приемную.

— Ну и где этот наш инженер? — хмуро осведомился у секретарши.

Та как раз клала на рычаг трубку стационарного телефона.

— Товарищ Чон! — повернулась Пак ко мне в некоторой растерянности. — Только что звонили из полиции! Инженер Чэ выпал ночью из окна своего подъезда! И умер в машине Скорой помощи, не приходя в сознание!

* * *

К десяти часам утра осматривавший место происшествия полицейский заехал к нам в Пэктусан. Как он сам сказал — исключительно формальности ради: заручиться письменным подтверждением, что «уведомил, кого положено, по месту работы жертвы». Картина же ему представлялась совершенно ясной: произошла трагическая случайность.

В крови у покойного обнаружили какую-то зверскую концентрацию алкоголя — уже только от одного этого он мог бы, в принципе, отдать концы! Свое последнее в жизни соджу пил Чэ, судя по всему, дома, один: вахтерша в подъезде клятвенно утверждала, что с работы жилец пришел трезвым как стеклышко. Жена инженера, некая Вон Сэ Ян, в квартире сегодня не ночевала — ездила к сестре в Хамхын. Все честь по чести — с оформленным разрешением, зарегистрировавшись на месте. Вернулась женщина утром — когда ее мужа уже увезли в больницу. Не довезли.

Посторонних в подъезде дежурная, по ее словам, не видела.

Сам же Чэ — как видно, упившись — зачем-то вышел ночью из квартиры, спустился на один лестничный пролет, после чего вышиб лбом оконное стекло и упал на козырек подъезда с высоты семи с половиной этажей.

— Если бы не это разбитое окно — можно было бы тут заподозрить самоубийство, — поведал мне на проходной концерна полицейский — внутрь его не пропустили, да он и не настаивал. — А так — типичный несчастный случай по пьянке!

— Ну да, ну да, наверное… — задумчиво покивал я.

Где-то я о чем-то подобном уже недавно слышал! Выпивка, неловкое падение… Правда, в случае с «Профессором» — не с восьмого этажа. Но ему хватило.

С другой стороны, тут, может, и правда несчастный случай… Соджу — дело такое…

В иной ситуации я бы, наверное, места себе не находил от угрызений совести. Ну, как же: накануне Чэ пытался со мной о чем-то поговорить — и был при этом сильно взволнован. Но я от беседы уклонился. А инженер поехал домой, напился — и погиб.

Удели я ему вечером должное внимание — все могло закончиться иначе… Вне зависимости от того, сам Чэ упал, или в то окошко его выбросили — в отличие от полиции, такого варианта я отнюдь не исключал.

Но сейчас — не испытывал, кажется, ничего, помимо все разраставшегося раздражения. Мало мне проблем с Хи Рен!

А насчет вчерашнего — у меня что, выбор был⁈

— В общем, оформляю отказ в возбуждении дела! — заключил между тем мой собеседник.

С чем и уехал.

А я отправился в инженерно-технический отдел.

Там о трагедии уже знали — но в самых общих чертах. Не скажу, чтобы коллеги товарища Чэ погрузились в траур — скорее, в подразделении витало гнетущее напряжение: а ну как теперь начнут искать виноватых? Развеять подобные опасения я не поспешил — только Чан Ми шепнул, что полиция списала смерть ее бывшего ухажера на счет лошадиной дозы соджу.

— Чэ же вообще не пил! — вытаращилась на меня Ким.

Накануне наше с ней традиционное вечернее свидание прошло более чем скомканно — по моей, понятно, вине. Не стоило, наверное, нам вовсе вчера вечером ехать ко мне! Но я просто поплыл по течению…

Про историю с Хи Рен я девушке не рассказал, и домой она ушла, мягко говоря, озадаченная.

Все одно к одному, короче!

— Да? — между тем, новости о Чэ-трезвеннике я даже не особо удивился.

— Точно! Мужики в отделе еще над ним вечно по этому поводу подтрунивали!

— Ясно… — пробормотал я, складывая в уме два и два.

Нет, все, конечно, когда-то случается впервые — и, не имея раньше дела с алкоголем, наш гений вполне мог с непривычки упиться до чертиков. Но, как минимум, столь же вероятно, что накачаться перед смертью соджу ему помогли. Тогда и с тараном лбом оконного стекла — почти наверняка тоже! А что вахтерша не заметила чужих — так, может, задремала…

Ну и что мне теперь со всем этим прикажете делать⁈

— Не обсуждай пока это ни с кем больше! — угрюмо предупредил я девушку.

— Поняла, — сосредоточенно кивнула та.

Товарищ Сонг, начальник отдела, показал мне стол погибшего инженера. Надо сказать, что рабочее место тот оставил в идеальном порядке. То есть действительно в идеальном — стол был совершенно пуст! Я повыдвигал ящики — но и там не оказалось ни единой бумажки!