"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 492

Так-то, большую часть пути девочка по-любому должна была сидеть ближе к рулю, но в конце, как и в прошлый раз, собиралась перебраться назад — но тут оказалось без шансов. Поэтому на школьный двор она попросила меня не заезжать — остановиться за забором.

— Может, все же поближе подрулим? — с сомнением предложил я юной пассажирке, выполнив ее просьбу и затормозив в неприметном тупичке. И напомнил: — Тебе отсюда еще рюкзак на себе тащить!

— Ничего, справлюсь, — пробурчала Хи Рен, снимая с головы любимый красный шлем.

— Ну, как скажешь… — спешившись, я принялся отвязывать багаж.

Автобус, на котором они должны были ехать, уже стоял у школьного крыльца — на пару с бортовым грузовиком, почему-то показавшимся мне знакомым. Нет, понятно: сколько их ездит по стране одинаковых, но приблизившись, я узнал и водителя. В мае именно он привозил к нам в колхоз из Пэктусан товарища Гу. И, видимо, на этом самом грузовике.

Еще одно проявление шефской помощи со стороны концерна — на сей раз за счет гаража? Наверное, так.

Вслед за сосредоточенно пыхтевшей под тяжестью рюкзака юной спутницей, я подошел к толпе школьников и, видимо, их родителей и учителей. На меня, в моей мотоаммуниции и с двумя шлемами в руках, понятно, косились — дети с восторженным любопытством, взрослые — будто не очень понимая, как тут следует реагировать.

А я заметил, что класс Хи Рен действительно расколот на две примерно равные группы. Они и держались обособленно. В один плотный кружок тут же приняли мою ученицу — заботливо помогли снять со спины рюкзак, подступили с какими-то расспросами. Центром притяжения другой компании являлась девочка с тонкими, я бы даже сказал кукольными чертами лица. На ее груди, уже начавшей по-взрослому оформляться, помимо значка Детского союза — такие тут были у всех — красовались еще два. Одинаковые, серебристые — видимо, те самые лауреатские.

Так вот ты какая, печально известная Ким Ю Джин!

Кстати, она была чуть ли не единственной из школьников, кто в нашу с Хи Рен сторону демонстративно не смотрел.

Не стал особо задерживать на ней взгляда и я — так, скользнул мимоходом. Подошел к товарищу Пак — молоденькой учительнице, одетой в такой же армейского покроя костюм, как и ее подопечные. Представился. Перехватив оба шлема одной рукой, достал и показал свои документы — после чего, где положено, расписался. Там действительно оказалась чистая формальность — абсолютно ничего примечательного в заверенных мной бумагах не было.

С Хи Рен мы попрощались еще на подходе к автобусу, так что отвлекать ее от общения с друзьями и подругами я уже не стал. Пожелал товарищу Пак удачной поездки — с чем и откланялся.

* * *

В приемной вместе с традиционной газетой уже другая Пак — наша с Джу секретарша — вручила мне тоненькую стопку бумаг, коротко пояснив:

— Из кадров прислали!

Я нахмурился: неужели таки пришел ответ на наш старый запрос — насчет отдела капитального строительства? А как теперь быть с темой донджю?

То есть понятно как: на Правлении ее в четверг просто не утвердят — не возвращать же назад специально выделенных людей?

А с Ли Хо Соком тогда, наверное, придется вернуться к первой предложенной им схеме, по которой он просто платит за «крышу» — но тут уже, конечно, вопрос придется согласовывать неофициально и отнюдь не с Председателем Юном — с кем-то гораздо выше него. Однако этим тогда уже, очевидно, Джу займется, как вернется…

Все это я успел прокрутить в голове, направляясь в свой кабинет, но, оказавшись внутри и рассмотрев бумаги, понял, что поторопился. Никаких людей под проект нам не давали — по крайней мере, пока. Наоборот, собирались еще и наших забрать.

Документ из кадровой службы оказался разнарядкой на передачу сотрудников в распоряжение некоего строительно-эксплуатационного подразделения Министерства электроэнергетики — в рамках программы Решительного Рывка. Как разнорабочих, так и специалистов — согласно перечню. Не с конкретными фамилиями — только списком штатных единиц. Всего — три десятка наименований.

Впрочем, как раз Финансово-логистического Управления это почти и не касалось — в разделе, посвященном нам, содержалось всего с полдюжины пунктов: один экономист, один старший экономист, один секретарь-делопроизводитель (не знаю, почему его решили забрать именно у нас, а не, например, у Пака) и три позиции складских грузчиков.

Тогда как, скажем, у производственников товарища Хан Ха Джуна истребовались аж целых десять техников и два инженера. А в Административно-хозяйственном Управлении — среди прочих, четыре водителя с правами не ниже третьей категории…

Приводились оклады, которые будут платить на новом месте — сплошь и рядом превышавшие зарплаты в концерне раза в полтора-два.

Предпочтение предлагалось отдавать добровольцам, но при отсутствии или недостаточном количестве таковых — надлежало направить сотрудников в принудительном порядке.

Как там было в том видении Чан Ми? Нечто вроде: «хорошая работа, начальство ценит — а тут сманивают из Пхеньяна, суля двойную ставку»… И еще что-то там про пресловутые урановые рудники.

Ну, последнее, понятно, просто расхожая страшилка имени несвятой троицы Ан, Мун и Сонг, но в остальном… Хорошо, кстати, что Ким Чан Ми нынче дома, сидит на больничном — а то, глядишь, с расстроенных чувств и впрямь завербовалась бы, несмотря на возражения брата и сестры!

И насильно ее не впишут, пока бюллетенит — такой тут порядок…

* * *

Через час я собрал начальников подотчетных отделов — для этого перешел в кабинет Джу — и довел до их сведения полученную разнарядку. Товарищи О из финансов и Сео, завскладом, чьи подразделения сильнее прочих попали под удар, приуныли. Остальные, выйдя с совещания, полувсерьез заспорили в коридоре, кому теперь расставаться с закрепленной секретаршей. Принялись дружно подначивать Вона из отдела соцобеспечения — про того поговаривали, что он со своей состоит далеко не только в рабочих отношениях…

Я к их разговору особо прислушиваться не стал — по-быстрому проследовал через приемную обратно в свой кабинет: текущих задач у меня было невпроворот и помимо «подарка» из отдела кадров.

* * *

Катя Кан объявилась в седьмом часу вечера, когда я уже вовсю подумывал ехать домой.

«Ну?» — устало осведомился я у нее о подробностях неудачи с Ким.

«Сходила, поговорила, — доложила ученица мудан. — Что могу сказать… Пока результат — так себе. Но, по крайней мере, Ким Чан Ми меня выслушала — и кое-какие зерна мне, кажется, удалось ей в подсознание заронить. Надеюсь, дадут всходы. Но не сразу. Так что вам пока лучше по-прежнему ее не трогать».

«Ясно», — буркнул я.

«Но есть и хорошая новость!» — заявила тут Катя.

«Это какая же?»

«Я кое-что выяснила — в целом по сути случившегося.За то, что поделились способностями — пусть и невольно — что привело к рождению новой мудан, от демонов тонкого мира вам причитается награда!»

«Награда? — нахмурился я. — С чего бы? Демоны так рады рождению на Земле нового шамана? Помнится, вы как-то говорили, что они аж трепещут от перспективы появления у них очередного повелителя — а тут потенциально еще один нарисовался! То есть одна…»

«А кто сказал, что награда будет выдана ими с радостью? Но у Вселенной свои законы, и всем приходится таковые соблюдать! Насельникам мира духов — особенно!»

«Да? Хм… И что за награда?» — без особого энтузиазма осведомился я.

«Три услуги. Вернее, формально — четыре, но четвертая — это так называемый Поход за Смертью. О нем просят, когда, например, нужно сразиться с более сильным шаманом. И дана будет не победа, а лишь верный шанс на нее. Дар проигравшего в этом поединке никем не наследуется — и равновесие в итоге восстанавливается: одной мудан в мире становится меньше… В общем, к четвертой услуге стараются не прибегать — без вовсе уж крайней нужды».