"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 703

Ненадолго умолкнув, лисенок шумно втянул носиком воздух и ударил по земле хвостиком. Почему-то мне подумалось, что в памяти Сэнсэя всплыл какой-то конкретный печальный случай из его собственного опыта.

Продолжил зверек свою речь, однако, вполне ровным и спокойным тоном.

– В игре, конечно, все достаточно формализовано, но принцип тот же. Отталкиваться следует от личности ученика. Лучше всего – от какой-то яркой черты его характера, не важно даже, положительной или отрицательной. Допустим, тот любит бросаться из крайности в крайность…

– Это точно про Вику! – не удержался от реплики я, вспомнив, среди прочего сестрицыно «Вообще никогда больше меч не достану!» после стычки с Оками в Урочище Шепотов – и еще тьму подобных примеров.

– Так и есть. Эта особенность немало мешает ей и в игре, и оффлайн. Увещевания здесь бесполезны. Но, если помочь Виктории-сан взглянуть на ситуацию непредвзято, она сможет сделать верные выводы самостоятельно и совершить свой первый шаг по Пути Мудрости. Однако, как я уже сказал, ей в этом нужно посодействовать. Инструменты здесь могут быть самые разные – парадокс, аллегория, побуждающий к выбору внутренний конфликт… В качестве статистов можно привлечь неписей и даже игроков… Варианты предложит Фукурокудзю, нам останется лишь выбрать оптимальный. И составить алгоритм квеста. Чем он окажется проще и короче – тем лучше: во-первых, это красиво, а во-вторых – меньше возможностей для накопления мелких ошибок, в совокупности способных привести дело к краху. Когда проект квеста будет завершен, Фукурокудзю еще раз его проверит, и, если вероятность успешного прохождения окажется не ниже 50 % – загрузит в систему. Но шансы 50/50 – это не наш вариант. В квесте, созданном под своего ученика, в прогрессе которого ты кровно заинтересован, они должны находиться в диапазоне от 75 до 90 %. Больше – не позволит Фукурокудзю. Ну, вроде основное рассказал…

С этими словами мой рыжий спутник шагнул к колокольчику. Чтобы дотянуться до свисающего вниз длинного шнурка, ками пришлось подняться на задние лапки, упершись передними в поддерживающий соломенную крышу резной столбик. Зубы лисенка сомкнулись на веревке, зверек слегка дернул головой, и колокольчик гулко звякнул.

– Да, чуть не забыл, – обернулся Сэнсэй уже от входа. – Чтобы получить помощь от Фукурокудзю, необходимо сделать святилищу скромное подношение. Порция риса вполне подойдет. Следуй за мной! – бросил он, занося переднюю лапку на помост.

Для моих коротеньких попугаичьих ножек ступенька оказалась слишком высокой. Помня о предупреждении лисенка насчет нежелательности полетов, какое-то время я примеривался к ней и так и этак, и в конце концов ухватился клювом за край, уперся хвостом, изогнулся и кое-как вскарабкался. По-моему, вспорхнуть вышло бы куда эстетичнее, но, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят – и уж тем более не летают.

Когда я нагнал Сэнсэя у нефритовой чаши, лисенок уже поместил в нее извлеченную из Инвентаря мисочку с рисом. Несколько секунд ничего не происходило, потом над подношением заструился сизый дымок. С каждым мигом тот становился все гуще, и вот уже весь центр помоста затянули плотные клубы. Тут-то в дыму и проступил первый отчетливый образ: рука, сжимающая копье. Прищурившись, лисенок слегка качнул головой, и картинка исчезла, уступив место новой – музыканту, играющему на сямисэне. На этот раз ками кивнул, изображение засеребрилось, уменьшилось в размерах и отплыло в сторону, сменившись третьим – обнаженной катаной…

Образы в дыму появлялись и исчезали где-то на протяжении минуты, какие-то из них Сэнсэй отвергал, какие-то принимал. К моменту, когда клубы над чашей начали редеть, отобрано оказалось с полдюжины серебристых «иконок» – иначе и не назовешь!

Когда дым рассеялся, «иконки» со звоном попадали в чашу – жертвенного риса в ней уже не было. Поклонившись алтарю, Сэнсэй хвостом вперед отступил к краю помоста. Я последовал его примеру.

– Ну, вот и все, – заявил зверек, снова оказавшись на земле. – 89 % – я говорил, что работать с Викторией-сан будет нетрудно! Через пару минут квест загрузится – и можно его запускать!

– Честно говоря, я не вполне понял, что вы делали у чаши, – осторожно признался я. – Что это были за серебряные значки?

– Элементы алгоритма, – откликнулся лисенок. – Их значение осталось для тебя неясным, потому что ты видел только сами символы. Тому же, кто непосредственно работает над квестом, демонстрируются еще и возможные связи между ними. Выстраиваются последовательности, подбирается антураж… В целом, ничего непостижимого – когда сам сделаешь подношение святилищу, разберешься. Фукурокудзю не пытается тебя запутать – наоборот, всячески направляет к цели. Ограничений по времени тоже нет – хоть день сиди у алтаря, хоть два…

– А очередь сзади не выстроится – за день-два? – нервно усмехнулся я, пытаясь спрятать неуверенность за показной веселостью. – Местечко-то, должно быть, популярное?

– Все храмы такого рода – инсты[1], – пояснил Сэнсэй. – Посетители в них друг с другом не пересекаются. Созданные квесты, правда, попадают в общую очередь на загрузку, но система работает быстро… О, наш уже загрузился! – встрепенулся мой собеседник. – Я же говорю: он простенький совсем – чем и хорош!

– Ясно, – кивнул я. – Так что, теперь моя очередь?

– Не слышу в голосе энтузиазма! – насмешливо фыркнул лисенок. – Ладно, шучу! Рано тебе еще к алтарю! Сначала посмотришь, как Виктория-сан справится с заданием, потом подробно разберем с тобой исполненный алгоритм – что и как сработало, что, возможно, «не выстрелило» или «выстрелило» не туда. После продумаешь, как и на чем можно зацепить Антонову. И вот уже тогда…

– Понял, – просиял я, приободрившись.

– Ну, раз понял – возвращаемся, – тут же заявил Сэнсэй. – Помнишь правило? Убедиться, что в точке выхода оффлайн нет чужих глаз!

– Помню… – конечно помню, раз мне об этом только что напомнили – иначе наверняка по привычке рванул бы из игры, не глядя… Теперь, с аватаром, так нельзя – мало ли, кто или что ждет вне виртуальности!

– Тогда пошли, – дал между тем команду лисенок, и мы покинули локацию храма.

[1] Изолированная локация, которая создается отдельно для каждой заходящей в нее группы

6. Струны сямисэна

Навык Невидимости все еще не был мной усвоен, потому для наблюдения за прохождением сестрицей составленного Сэнсэем квеста мне пришлось укрыться в густой кроне магнолии, одиноко растущей над крутым обрывом. Зеленая листва надежно укрывала зеленого же (по большей части) попугая от случайного взора, при этом окрестности были у меня словно на ладони. Словом, убежище оказалось настолько удачным, что я даже заподозрил, не специально ли для меня предусмотрительный лисенок поместил здесь это роскошное дерево.

Внизу, у быстрого ручья, уже третий час подряд Вика самозабвенно упражнялась с мечом, да не с каким-нибудь, а с самим Муракумо-но Цуруги, некогда полученным мной после победы над Драконом и подаренным сестрице перед уходом на Небо – так в итоге и не состоявшемся. Свежий ветерок гнал над водой белый пух отцветших одуванчиков, и, резво перескакивая с камня на камень, доблестная Виктория-сан ловко подрубала «стропы» летящих на нее «парашютиков». Мастерством юной мечницы оставалось только восхититься: девять из десяти семян после встречи с ней, лишенные пушинок, продолжали свой путь вплавь, бесплодные же отныне «зонтики» обреченно уносились к облакам. Часть заслуги, конечно, следовало отнести на счет Муракумо-но Цуруги, но сложение его уникальных свойств с собственным сестрицыным мастерством приносило поистине великолепный результат!

Однако учительским доступом, открытым мне Сэнсэем, я мог видеть и оборотную сторону этой феерии Пути меча: Вика уставала. Нет, Бодрости у нее было еще в достатке, но где-то со второго часа тренировки Муракумо-но Цуруги внезапно начал тянуть из нее Сущность. Сперва понемногу, потом быстрее… Сестрица, разумеется, этого не замечала – показатели Сущности у нее в меню не отражалась, и, должно быть, немало удивлялась в душе, что это вдруг с каждой минутой отработанные, вроде бы, движения начинают даваться все труднее, а дыхание – то и дело сбиваться. Не замечала – и, сжимая зубы, упрямо продолжала занятие.