"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 743

Дальнейшее помнилось смутно. В голове почему-то сидела мысль, как бы не потерять Бу-бу, и я крепко прижимал к себе затаившегося за пазухой зверька, даже когда врач накладывал мне швы. К тому времени я потерял слишком много крови и почти ничего не соображал. Запомнил, как появился директор Диксон, что-то участливо спрашивавший, я что-то отвечал, но что — напрочь вылетело из головы.

А потом наступило забытьё. Но, что самое интересное, когда я очнулся в лазарете, причём переодетый в чистое, крыса так и была при мне, сидела за пазухой. Как это объяснить, я не знал, а спросить у медсестрички, которая помогала местному доктору, мастеру на все руки, я не решился. Вдруг она и не знает про Бу-бу, а если узнает, заставит от неё избавиться? Кстати, вообще это самец или самка? Выясню это, быть может, но попозже.

Оказалось, я сутки провалялся без сознания, под капельницей с физраствором. Иголку из моей вены не вынимали потом ещё три дня, а на второй день, как я очнулся, меня навестил Диксон и с ним какой-то мужик, представившийся следователем системы исправительных учреждений штата Калифорния. Диксон при нём держался скромно, а я, решив, что покрывать подонков не стану, выложил всё как на духу. Следователь записал мои показания, дал прочитать, расписаться и отбыл вместе с директором. К счастью, за всё время беседы крыса не сделала попытки меня дискредитировать, сидела за пазухой тихо, как мышь… Вернее, как большая мышь.

Генри Диксон вернулся спустя примерно полтора часа, вырвав меня из дремотного состояния.

— Маховик запущен, теперь нашей тюрьме не избежать полной проверки, — обречённо выдохнул он, словно обращаясь не ко мне, а к кому-то другому. — Придётся ужесточить режим, как минимум на первое время. Надеюсь, дело не дойдёт до самого высокого руководства и нас не начнут третировать проверками. — Он снова вздохнул, вытирая пот со лба носовым платком.

— Молчун Лу мне перед смертью сказал, что он не убивал, — тихо проговорил я.

— Что? Кого не убивал?

— Наверное, своих родителей. Других обвинений, насколько я знаю, на нём не висело.

— Хм, не знаю, не знаю… Следствие доказало его причастность к их смерти, он провёл всю ночь в доме с трупами родителей, а перед смертью мало ли что в мозге происходит. Может, вообразил, что их убил кто-то другой. Да и что говорить, Молчун уже отправился к своим родителям… Ладно, мистер Бёрд, поправляйтесь, думаю, денька три вы тут ещё проваляетесь. А мексиканцев и в первую очередь Пабло Эстебана ждут серьёзные проблемы. И кстати, — положил он что-то на тумбочку, — ваш гонорар. Может, не всё в грязи удалось найти, но большая часть здесь точно.

Диксон ушёл, а я равнодушно посмотрел на смятые, в пятнах засохшей грязи купюры и движением руки скинул их на пол. Пусть он их себе засунет в одно место.

Глава 7

— Вот он! Вот он, богохульник, дьявол во плоти, исчадие ада! — Указующий перст Чокнутого Мо был направлен в мою сторону, а его паства в количестве примерно полутора десятков человек явно намеревалась меня линчевать.

Отбиться нереально, тем более мне ещё даже не сняли швы с резаной раны на левой руке. И бежать некуда, вся эта масса готовых линчевать меня людей, точнее нелюдей, толпилась у входа в мою камеру. Оставалось лишь с честью принять смерть, и я с отчаянным воплем ринулся вперёд…

— Эй, ты чего?

Я открыл глаза и облегчённо выдохнул. Подушка подо мной была мокрой от пота, как и я сам. А мой новый сосед по камере итальянец Лука, только два дня назад доставленный в тюрьму отбывать семилетнее наказание за вооружённый разбой и тут же получивший от земляков прозвище grillo (в переводе с итальянского «сверчок»), из-за небольшого роста стоял ногами на своей шконке, только таким образом сумев дотянуться до меня и растолкать.

— Ты чего, Фил, приснилось что-то плохое?

Вытерев со лба пот, я облегчённо откинулся на подушку и, глядя в сумрак перед собой, пробормотал:

— Ага, что-то плохое. Извини, если помешал тебе спать.

— Да ладно, всё равно уже светает, скоро, наверное, подъём.

Я повернулся на бок, натянув одеяло до подбородка. Это в ночных кошмарах жарко, а наяву в почти неотапливаемом блоке более чем прохладно. Сон больше не шёл, и не оставалось ничего другого, как вспоминать события последних дней.

Действительно, режим в тюрьме ужесточился. Теперь можно было при малейшем намёке на неповиновение схлопотать дубинкой, а за малейшую провинность оказаться в карцере. Кстати, карцеров стало вдруг резко не хватать, и в срочном порядке силами самих заключённых под это дело были переоборудованы несколько подвальных помещений.

Я, впрочем, на себе сильно ужесточение режима не ощущал, вероятно, директор дал команду относиться ко мне со снисхождением. Но и поводов особых я не давал к проявлению какой-либо агрессии в мой адрес. После случившегося представители белых и цветных банд, в том числе мексиканцы, стали на меня поглядывать со смесью уважения и опаски. Что касается Пабло Эстебана, то его в тот вечер нашли прятавшимся в бойлерной. Сейчас он находился в карцере, а его судьбу будет решать суд присяжных. Не исключено, что наркодилер за убийство получит максимальную меру наказания, то есть газовую камеру, если после суда он вернётся в нашу тюрьму. Что ж, по Сеньке и шапка.

А тело несчастного Молчуна Лу выдали его родственникам. Причём они сначала отказывались забирать труп, о чём мне сообщил сам директор, пришлось мне надавить через свои каналы, приправив просьбу солидной пачкой денег, которых хватило бы и на церемонию, и на приличный памятник.

— Учтите, мои люди проверят, как вы ими распорядились, — без угрозы в голосе, но весомо сказал я дяде Молчуна, после чего тот, словно китайский болванчик, часто-часто закивал.

Тут пришёл и первый транш на реконструкцию тюрьмы — 200 тысяч долларов, что ещё больше расположило ко мне местную администрацию. Вместе с деньгами прибыл архитектор-проектировщик, на пару с Диксоном принявшийся обсуждать варианты обустройства территории. Я не вмешивался, с меня хватит того, что я подал идею, а вообще вся эта затея преследовала главным образом цель облегчить моё существование за колючей проволокой.

Моррис в первые дни от меня буквально не отходил, за исключением тех моментов, когда должен был присутствовать на каких-нибудь работах. Всё переживал, что его не оказалось рядом в тот роковой вечер. Дошло до того, что он стал часами просиживать у меня в библиотеке. Никогда не думал, что его присутствие так будет меня утомлять. К счастью, постепенно градус внимания к моей персоне снизился, и Джеймс стал появляться возле меня значительно реже.

От Вари я за первый месяц пребывания в Сан-Квентине получил четыре письма, по одному в неделю. Во втором было фото супруги с дочкой и сыном во время прогулки в общественном парке Лас-Вегаса, разбитом в центре города, кстати, на средства мои и Мейера Лански. Хотя его средства — это, скорее, деньги мафии.

О той драке писать Варе я не стал, ни к чему моей жене лишние тревоги, хотя, я уверен, она со своим характером справится с любой новостью. Думаю, даже моя смерть не смогла бы заставить её кататься по полу в истерике. Наверняка держала бы всё в себе. Впрочем, надеюсь, до такого рода новостей дело всё же не дойдёт.

— Подъём! — вырвал меня из размышлений голос надзирателя. — Поднимайте свои задницы, выходим строиться!

Ну да, построение, сверка заключённых, потом утренние процедуры, завтрак — и по рабочим местам. До завтрака я обычно выполнял комплекс чанцюань, минут на пятнадцать, как раз успевал. Правда, в связи с последними событиями пришлось сделать небольшой перерыв.

Сверчок, не успев прибыть в Сан-Квентин, сразу был определён в одну из вновь организованных строительных команд. В частности, ему предстояло заниматься возведением будущего спортзала.

В этот день наконец-то пришли книги для библиотеки, а с ними и самоучитель переплётного дела. Швы мне должны были снять завтра, но я с энтузиазмом принялся таскать коробки с литературой, после чего стал освобождать под новые книги место на стеллажах и выставлять издания согласно жанрам и алфавиту. Остаток дня посвятил изучению самоучителя. Всё виделось довольно просто, и уже завтра я планировал приступить к делу, благо клей, картон и приличный рулон дерматина я интуитивно заказал вместе с книгами.