"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 135

* * *

— Вика Белинская? Она сейчас в рубке, у нее прямой эфир. Передача «Для тех, кто не спит». Может быть, слышали?

— Может быть, — вошедший мужчина любезно улыбнулся хорошенькой секретарше-вампирше. Та зарделась и принялась разглядывать свой маникюр.

— Детка, — интимно понизил голос визитер, — можно я посижу здесь у вас, подожду Вику? Мы с ней старые приятели, не виделись уже несколько лет… Ужасно по ней соскучился!

— Вообще-то посторонним у нас не положено находиться, — посетитель явно нравился секретарше. — Но раз вы Викин друг, сделаем исключение. Присаживайтесь.

— Благодарю. — Мужчина неотразимо улыбнулся и изящным жестом вбросил в приоткрытый ящик секретаршиного стола большую плитку гематогена.

— Право, к чему так тратиться, — просияла секретарша. — Я вам кофейку сделаю. Мигом!

— Премного обяжете.

Секретарша вышла, покачивая бедрами, как это делают секретарши во всех мирах и измерениях. Посетитель проводил ее взглядом, а потом принялся осматриваться. Ведь в офисе полуночного «Еж-радио» было на что посмотреть…

Стены были оклеены глянцевыми постерами популярнейших в оккультном мире певцов и музыкальных групп. На многих постерах стояли автографы, причем некоторые — кровью. Красовались и улыбались зрителям с плакатов и экстремальная вампирская рок-группа «Челюсть свело», и хрупкая, бесплотная, как фея, певица Христина Отбрыкайте, и незаходящие звезды всех музыкальных рейтингов — оборотень Прилип Хипхопов и золотой голос полуночной России леший Ермолай Баксов.

Посетитель насмешливо полюбовался сияющей физиономией Баксова, рекламирующего свою новую сольную программу «Мне — 225!», и вдруг напрягся, прислушиваясь. Прислушивался он своеобразным манером: уши его, поначалу вполне человеческие, вытянулись, заострились и покрылись шерстью, как у волка. Он нетерпеливо дернул ухом, улавливая знакомый, исполненный профессионального оптимизма, женский голос:

— В эфире передача «Для тех, кто не спит» и я, Вика Белинская, снова говорю вам о том, что вы можете в течение нашей передачи позвонить к нам в студию по телефону (095) ХХХ-ХХ-ХХи передать музыкальное поздравление вашим родным, близким, как живым, так и уже почившим. Еще раз повторяю телефон…

— Алло…

— Да, да, говорите, пожалуйста! «Еж-радио» вас слушает!

— Я хотела бы передать большой привет моей дорогой подруге, замечательной ведьме Викке, и попросить, чтобы для нее прозвучала хорошая песня.

… Я беззвучно смеюсь в микрофон. Я в эфире, на рабочем месте, и мне нельзя демонстрировать, как я счастлива, услышав голос Инари Такобо. Вместо этого я просто нахожу нужный диск и ставлю песню:

… Из взорвавшегося офиса корпорации «Новый путь» мы с Инари вылетели благополучно. Точнее, вылетела она. Я в дракона превратиться не успела, и, когда Инари отчаянно закричала: «Вспомни хоть какое-нибудь животное и превращайся!!!», мне на ум почему-то пришла наша домашняя зверушка — хомячиха Фуфуня. Как Инари ухитрилась меня не раздавить в пасти во время нашего путешествия — ума не приложу. Вот что значит настоящая женская дружба!

Куда нам было лететь посреди ночи, как не в квартиру Инари? Там мы вновь обрели человеческий облик, Инари наскоро приготовила какие-то колобки из риса и сладкие лепешки, заварила чай… Я было подрядилась ей помогать, но она деликатно дала мне понять, что раз я гость, то должна сидеть и отдыхать, тем более что только полчаса назад мы пережили воистину сногсшибательные приключения…

Мы пили чай и думали, как нам быть дальше. В смысле, как обезопасить мир от бубонной чумы, роль которой сейчас играет моя тетушка. Кстати, я рассказала Инари о том, что родилась ведьмой именно благодаря теткиному черному проклятию, что тетка всю свою жизнь ненавидела меня и мою маму, и лишь совместными усилиями мамы и Баронета тетку удалось лишить всех магических способностей.

— Однако, — заметила Инари, — некоторые чародейные способности у нее все-таки появились.

— Наверное, эти тэнгу с нею поделились… Недаром она перед ними так землю роет…

— Роет землю? — удивилась Инари.

— Ну, старается очень. Вон как стремится заполучить твоего босса. Но у нее ничего не выйдет. Господин Синдзен в надежном месте.

— Где?

— Прости, сестричка, но даже тебе я этого сказать не могу. Не потому что не доверяю, а потому что дала слово молчать. А слово ведьмы должно быть нерушимо. Сама понимаешь.

— Понимаю, — взгляд Инари стал каким-то строгим. — Тогда дай мне слово ведьмы, что…

— Что?

— Ты не бросишь своего супруга и не станешь мстить ему за измену!

Она молитвенно сложила ладони и прямо-таки пронзила меня взглядом.

— Инари, ты ставишь меня в неловкое положение такой просьбой… Это что же, я ему даже приличного скандальчика по поводу адюльтера закатить не смогу? А если я решу завести любовника — это что, тоже будет расцениваться как месть?! Никакой личной жизни, одна магия?! А ведь стоило бы его, спиногрыза этакого, бросить! Он мне уже два года как цветы перестал дарить! Все, мол, финансы у тебя, пойди, купи! Нет, подруга, ты скажи: это нормально, чтобы женщина сама себе цветы покупала?! Вот на кой пес тогда нужен муж, если цветы — сама, подарки — сама, а вместо ресторана — пиццу себе домой заказываешь!

— Вика, но ты же его любишь!

— Люблю, — подтвердила я, проглотив рисовый колобок. — И детей люблю. И маму. И Баронета. И тебя. И хомячка… Хомячка своего просто обожаю! Ой, ты в чай случайно коньяку не наплескала? Что-то у меня настроение чересчур легкомысленное.

— С чаем все нормально. Вика, я тебя прошу как подруга…

Я посерьезнела. Даже вздохнула и прослезилась.

— Хорошо. Даю слово истиннойведьмы, что не испорчу семейную жизнь этому прохвосту! Кстати, который час, а?

— Скоро утро, — Инари подошла к окну, за которым все было матово-белым от выпавшего снега. — О Амиду! Я снова вижу снег…

Она подошла ко мне, коснулась плеча ладонью:

— Благодарю тебя, сестра.

Я смутилась.

— Ведьмы не любят, когда их благодарят, — шутливо проворчала я. — Инари, мне нужно к своим. Я ведь и не повидала их толком, как из дракона вылупилась. Они меня ждут. Наверное.

— Ждут, — ободряюще улыбнулась Инари. — Еще как ждут.

И я поехала домой по предрассветной, в розоватой морозной дымке Москве.

Я думала, что мои домашние нормальные люди. И как все нормальные люди, они в пять часов утра крепко спят.

Я ошиблась.

Едва я отмыкающим заклятием (ключа-то у меня нет!) открыла дверь и тихо проскользнула в прихожую, раздался негромкий, но внушительный мамин голос:

— Ну, наконец-то. Явилась!

— Доброе утро, мамочка! — я извлекла из своего арсенала самую обезоруживающую и нежную улыбку и, сбросив шубку и сапоги, двинулась в освещенную заходящей луной кухню. — Доброе утро… всем.

Все мое прекрасное семейство (исключая, правда, Баронета. Где он, кстати? Надо выяснить!) сидело, нет, восседало за кухонным столом и как-то странно глядело на меня.