"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 262

Дарья закатила глаза к потолку, потом сказала самым отвязным тоном:

— Хелия, вы можете думать хоть о чем-нибудь, кроме этой вездесущей, всепроникающей и навязшей мне до чертиков в зубах магии?! Вы можете хоть раз побыть обычным человеком и думать, как обычный человек?! Если я говорю, что была в своем прошлом, то это не значит, что я совершала для этого запретный ведьмовской ритуал. Я просто смотрела старые альбомы с семейными фотографиями, Хелия! Вы знаете, люди иногда страшно любят этим заниматься — смотреть старые фотоальбомы! И я тоже полюбила — с тех пор как у меня практически не осталось семьи! Вот, не угодно ли взглянуть: этот здоровенный альбом посвящен младенчеству — моему и моей сестры. Совершенное ню! Родители фотографировали нас этакими голышками, вовсе не заботясь о нашей дальнейшей карьере… А вот это мы с отцом в Харькове, на «Звездном мосте». Вы знаете, что такое «Звездный мост»? Впрочем, откуда же вам это знать, Хелия, вы ведь никогда не читали русскоязычной фантастики… А вот альбом с фотографиями медового месяца мамы и папы. Мама уже беременна — мной и моей сестрой… А вот…

— Дарья, я умоляю вас, простите меня! Я вторглась в слишком личное, заподозрила вас в преступном желании совершить ритуал… Простите. Прошу вас, не плачьте!

— Ничего. Все нормально. — Дарья покачнулась.

— Вы… Я вижу, вы немного выпили.

— Хелия, вы не-по-дра-жа-е-мо тактичны. На самом деле я пьяна, как полк мадьярских гусар. После вермута старик Маггиоре угощал меня тосканским. Видите ли, Хелия, походы в прошлое действительно небезопасны. Они, тскзть, ранят душу. Фотографии, воспомина-а-ания…

— Дарья, вам надо отдохнуть.

— Само собой. Вообще-то именно этим я и занималась. Отдыхала. До того момента, как сюда вломились вы, извините за откровенность.

— Нет, это я должна просить у вас извинения, госпожа. Так, значит, вы ничего подозрительного не заметили за последние часы?

— Исключая ваш визит и ваш стилет, Хелия, — ничего! Ой, можно я себе еще вермута налью? У меня в горле пересохло от этого разговора…

— Дарья, прошу вас, не пейте больше. Ведьме вашего возраста и положения нужно держать себя в руках.

Дарья артистично замерла с бокалом в руке:

— Вы уверены?

— Совершенно.

— Что ж, Хелия, придется вам повиноваться. Я отправляюсь спать. А чем собираетесь заниматься вы весь остаток ночи, мне, право, неинтересно.

— Спокойной ночи, Дарья. Еще раз примите мои извинения. — Хелия дошла до двери, Дарья проводила ее, тщательно пошатываясь и талантливо разыгрывая из себя вдребадан упившуюся девицу. Во всяком случае, полагала Дарья, ей удалось-таки обвести бдительную госпожу Кенсаалми вокруг пальца.

Едва Хелия вышла, как Дарья тщательно заперла за ней дверь. Не только на обычные замки и заклятия, но и на специальную кодовую систему, взломать которую было делом немыслимым.

— На всякий случай, — пояснила сама себе Дарья. — Чтобы моему секретарю больше не удалось проникнуть ко мне без разрешения или хотя бы предварительного стука.

Дарья вернулась в гостиную, присела на диванчике перед раскрытыми альбомами.

— Простите меня, — сказала она альбомам, — за то, что пришлось вас использовать для поддержания моей гнусной авантюры. Я сегодня не только совершила преступление против Ремесла, но и солгала единственно близкому мне человеку…

Фотографии безмятежно улыбались юной ведьме. Та со вздохом захлопнула альбомы, движением руки заставила их взлететь и отправиться на полки. После чего Дарья прошла в спальню, сдвинула одну панель стены и достала из своего импровизированного тайника потрясающий ноутбук.

— Спать некогда, — сказала себе Дарья. — Информация снова у меня. И теперь я должна с ней разобраться всерьез.

… Из соседней комнаты мэтр Маггиоре ответил Госпоже Ведьм согласным заговорщическим постукиванием.

Глава восьмая

SUB ROSA[41]

Лондонская Ложа Магистриан-магов находилась в одном из престижнейших районов столицы Соединенного королевства. И возможно, из окон здания ложи открывался бы изумительный вид на достопримечательности Лондона, если бы в здании ложи имелись окна. Но таковые архитектурным проектом предусмотрены не были. Окна — источник света, а те, кто назвал себя Магистриан-магами, света чуждались, что, впрочем, не мешало им быть в мире с самими собой и носить в душах самые благородные чувства.

Здание ложи, называемое в узких кругах посвященных Вита Магика (то есть «магическая жизнь»), находилось глубоко под землей и по архитектурному строению представляло октограмму, от которой в восемь сторон отходили просторные тоннели. В тоннелях гнездились алхимические и магические лаборатории, жилые сектора, виварии, оранжереи, библиотеки, архивы, мастерские по изготовлению колдовских артефактов и технические помещения для обслуживающего персонала Вита Магика. В центральном здании-ок-тограмме располагался угрожающе-прекрасный Зал Доктрината, где магистры ложи проводили самые важные свои собрания; бесчисленные кабинеты руководящего состава, роскошные приемные для гостей ложи и, наконец, прославленный Музей Магии, экспозиция которого состояла из тысяч и тысяч произведений колдовского искусства.

Простому смертному попасть в Вита Магика не было никакой возможности. Наземные подходы к лифтам здания, вертикальным и горизонтальным, тщательно маскировались и опутывались заклятиями, вызывающими у человека, случайно забредшего в радиус действия заклятия, необъяснимый страх и желание стремительно убраться подальше… Тот же, кого в Вита Магика ждали, должен был, появившись у одного из «входов», предварительно оповестить сторожевого демона, назваться и доложить о цели своего визита. Сторожевой демон сообщал переданные ему данные дежурному магистру ложи (в зависимости от важности посетителя), а затем, получив от магистра разрешение, снимал заклятие с «входа», и гость получал возможность, пройдя сквозь несколько степеней магического досмотра, оказаться в лифте, который уносил его в глубину — к сердцу Вита Магика.

… Сегодня магистр Рэм Теден не ждал никаких посетителей. Ему было не до них. Магистр нервно разгуливал по своему необъятному кабинету и думал только об одном: похоже, Госпожа Ведьм Дарья Белинская не выполнила своего обещания и не сумела восстановить утраченную информацию по делу «Наведенная смерть». Час назад он активировал кристалл связи, вызвал Дарью, но она не ответила. Точнее, вместо нее противным голосом загнусил служебный дух:

— Госпожа Дарья Белинская в данный момент почивает и настоятельно требует ее не беспокоить. Вы можете оставить свое сообщение после сигнала…

Помянув всуе святого Руфуса, покровителя чернокнижников, Рэм Теден никакого сообщения оставлять, разумеется, не стал. Это претило ему: получалось, что он, магистр ложи, почти статус-квотер, настолько потерял голову и перетрусил из-за утраченной информации, что готов признать свою слабость и отдать пальму первенства Госпоже Ведьм. Нет, этого не будет! Дарья, конечно, заставляет сердце магистра Рэма биться быстрее, чем обычно, но это не означает… Ах, к святому Руфусу эти размышления!

В кабинете магистра нежно и едва уловимо пахло тюльпанами — Рэм Теден питал эстетическую слабость к этим дивным в своей простоте цветам, потому еще вчера ему из Голландии было доставлено два прекрасных букета. Теперь эти букеты, стоявшие в драгоценных вазах мейсенского фарфора, услаждали взор молодого магистра и скрашивали неприступную строгость его кабинета. Магистр Рэм позволил себе некоторое время полюбоваться атласно блестящими бутонами, вздохнул и, возвращаясь к невеселой реальности, активировал кристалл внутренней связи. На кристалле-коммутаторе сегодня дежурил магистр вто-рой ступени Леон Морье, «человек без человеческого», как называли его в Вита Магика. Леон Морье был хорошим чернокнижником, но для дальнейшего повышения ему не хватало нездорового честолюбия. Впрочем, сам Леон к своему карьерному росту относился равнодушно. Все свое время Леон посвящал экспериментам традиционной алхимии, пытаясь открыть в устаревшем мировоззрении нечто новое и актуальное. До сего времени открытий магистром Морье совершено не было, зато запасы лабораторного свинца таяли с каждым днем.