"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 280

— Ого-го! — высказался по этому поводу магистр Рэм Теден. — И не думал, что эталон женской красоты — все такое серебряное, блистающее, зеркальное… Прошу сразу извинить, это мной сказано не в обиду и уничижение.

— Погоди ты со своими колкостями, магистр! — в сердцах выпалила Дарья. — Тебе бы только о бабах… Послушайте, Фрида, выходит, что я — раз я ведьма — фламенга?

— Не совсем так. Ты — фламенга, и именно потому ты та, кого принято называть ведьмой. И твоя сестра-близнец — тоже фламенга. Вспомните то, что про-изошло с вами буквально полчаса назад. Вы же приняли свой истинный облик.

— Никогда не думала, что мой истинный облик — быть сиамским близнецом с Дашкой, — тихо пробормотала Марья, потирая виски. У нее от тягостного этого разговора, от сверкания тела фламенги что-то выло и скулило в голове. Хотелось просто пойти и повеситься, лишь бы не торчать в этой дурацкой гостиной с этими непонятными существами… — Блестящим, как серебряный сервиз, сиамским близнецом…

— Успокойся, дитя, — обратилась к ней фламенга. — Тяжело осознать вдруг, что ты обладаешь двойным бытием. Выпей коньяку. Ах, как жаль, что я не прихватила с собой бутылочку выдержанного фанда-гейро! Это такое вино… Отведав его, ты почувствовала бы себя гораздо счастливей.

— А я и так счастлива. Больше некуда… — пробормотала Марья.

— Давайте вернемся к нашей главной теме, которая звучит так: «Фламенга значит ведьма», — напомнила Дарья. — Объясните мне еще разок: я стала ведьмой потому, что во мне присутствует это, как его, невещественное пламя фламенг? И потому у меня хвост вырос? То есть я просто-напросто мутант? И выходит, признаки ведьмовства — это признаки определенной

мутации?!

— Ты уловила суть, — сказала Фрида.

— И наша мать — тоже фламенга? И бабушка? И все родственники по женской линии?

— В большей или меньшей степени, — напомнила фламенга. — Ведь далеко не у всех твоих родственниц проявились способности, подобные твоим…

— Кошмар, — сказала Дарья. — Если взять в глобальном смысле… Только не пугайте меня сразу…

Есть сейчас на земле хоть одна женщина, в которой не было бы примеси фламенги?

— Вероятнее всего, есть, — ответила Фрида. — Не забывай, что Божественная Дочь не создавала женщину-человека. Она создала фламенгу — по образу своему. А поскольку сама была Дочерью…

— Понятно. А теперь я хочу задать следующий вопрос: все девочки из дела «Наведенная смерть» были фламенгами?

— Да, Дарья. И теперь тебе наверняка многое понятно.

— Отнюдь, — возразила Госпожа Ведьм. — Мне было бы понятно, если бы эти девочки, допустим, обладали ведьмовскими дарами и потому некий маг, опасаясь дальнейшей конкуренции с их стороны, устраняет их. Но если они — мутанты, какой смысл нашему гипотетическому магу устранять их? Да еще при помощи сложнейших заклинаний Наведенной Смерти! Сначала я посчитала убийцей вас, Фрида. Просто по одному наитию, по подозрению, по тому, что вы явились за Марьей… Но теперь я думаю: кто может быть настолько силен, неподсуден и неуловим, чтобы уничтожать несчастных девочек?

— Мы с госпожой фламенгой пришли к некоторому заключению, — откашлявшись, заговорил магистр Рэм. — Я заверил госпожу фламенгу, что убийцей не может быть маг ложи.

— Смело, однако! — воскликнула Дарья.

— Возможно, — кивнул головой Рэм, красиво тряхнув длинными пышными волосами, в глазах его сверкнул гордый огонь. — Но я не зря занимаю кресло Верховного мага. Я знаю всех своих. И знаю, каким потенциалом обладает каждый из магов ложи. Ви-дишь ли, Дарья, если ведьмовство — это, как оказалось, признак определенной мутации, то магия…

— Чистая теория, — отмахнулась Дарья Белинская. — Изучение древних манускриптов, строгое следование определенным канонам заклинаний… И защита диссертаций, касающихся трехсот способов применения пентаклей и заклятия Баал-Зебуба. Не спрашивай меня, откуда я знаю про такие диссертации, Рэм.

— Не буду. Мы сейчас не об этом. Мы о маге, который оказался круче и сильнее всех наших специалистов по заклятию Баал-Зебуба. Это маг-одиночка. И еще. Когда госпожа фламенга сказала мне, что каждая из погибших девочек должна была сыграть заметную роль в Будущем, я понял, что убийцей может быть только тот маг, кому подвластно знание о любой ипостаси Времени.

— Маг времени, — прошептала Дарья.

— Именно, — сказал Рэм. — Именно его мы и считаем убийцей, создателем заклятий Наведенной Смерти. Именно его — таинственного, неуловимого, безликого, могущественного — мы пытаемся поймать…

— Уничтожить, — веско поправила магистра Теде-на Фрида. — Во имя того Будущего, которое он изменил так своевольно.

Некоторое время в комнате царило молчание. Фрида внимательно изучала своими серафическими глазами то Марью, то Дарью Белинскую.

Затем Дарья подала голос: — — Но почему вы оказались здесь? Почему шли за Машей? Вы полагали, что и на нее охотится этот маг времени?

— Вообще-то, — сказал магистр Рэм, — это я виноват. Я вспомнил, что у тебя, Дарья, есть сестра-близнец. Что важно. Вы не люди в общепринятом смысле этого слова. Что еще более важно. Я гипотетически предположил, что после сестер Твистлеп маг времени решит разделаться с вами.

— И это предположение не лишено логики, — сделала красивый жест серебряной рукой фламенга. — Ведь вы, девочки, оказались из моего вида. Так что вам угрожает опасность. Наша задача — эту опасность нейтрализовать.

— Кстати, Дарья! — воскликнул Рэм Теден. — А чего ради ты сама-то в Москве оказалась?

— Действительно, — тут к разговору подключилась и Марья, хотя в последние минуты ее неуклонно тянуло в сон — тягучий и беспробудный. — Твой красивый магистр прав. Зачем ты приехала? Из своего Толедо…

— Я получила информацию от моего секретаря, довольно несвязную… — сказала Дарья. — Она сообщила мне, что с тобой несчастье, беда или что-то в этом роде. Но вот что интересно: до получения звонка от Хелии я сама уже решила, что полечу в Россию. Потому что меня тоже обеспокоили сведения о том, что каждая жертва убийцы имела сестру… А когда ты, Марья, сказала мне, что тебя пасут нелюди, я решила, что опередила тех, кто несет тебе несчастье, и сейчас примусь крошить их в мелкий винегрет.

— Не кроши нас, Даша, — серьезно попросил магистр магии. — Мы тебе еще ох как пригодимся, чтоб сыскать настоящего убийцу. То бишь мага времени.

Дарья в замешательстве провела рукой по лбу. Оказалось, что лоб покрыт испариной. Дарья отняла ла-донь ото лба и посмотрела на нее: на ладони посверкивали мельчайшие капельки вещества, напоминающего ртуть.

— Вы как-то догадались, да? — проговорила Дарья медленно. — Особенно ты, Рэм…

— Святой Руфус! Ты о чем, Госпожа Ведьм? — в искреннем замешательстве спросил Рэм Теден.

— А я было подумала, что вы собрались ловить вашего мага на очень удачную приманку… На меня.

— Дарья, что ты говоришь?! Объяснись! Дарья пристально глянула на Рэма:

— Ты действительно ничего не знаешь?

— Ну смотря о чем, — в обычной своей манере попытался отшутиться магистр.

— Остришь? — В голосе Дарьи Белинской появились злые нотки. — А ведь это по твоей милости я попала во всю эту историю. Ты пересылаешь мне материалы по «Наведенной смерти», я, как полная идиотка, даю тебе клятву, что займусь расследованием, а потом материалы исчезают. Но я же не могу запятнать честь своей ведьмовской мантии! Я должна была вернуть материалы. Любой ценой!

— И что ты сделала?

— Ритуал Песочных Часов…

— Этот ритуал запрещен совместным соглашением нашей ложи и Хранительниц Ремесла как особо опасный для действительности!

— Я в курсе, Рэм. Но кому же и нарушать законы, как не тому, кто их пишет. Я сместилась во времени и сделала копию нужных мне и тебе, кстати, файлов. Только завершить ритуал я не смогла. Без посторонней помощи. Я оказалась в нигде и никогда. Меня некоторое не-время вообще не было.

— И что?

— И появился он. Маг времени. Хотя мне кажется, что он не просто маг. Он само Время. Он дал мне возможность завершить ритуал и вернуться. Взамен же…