Опальная бывшая Тёмного наместника (СИ) - Гунн Эмили - Страница 16

- Говорю же! Нам без сомнения повысят зарплату! – горячо уверял какой-то маг, брызгая вокруг себя розовым мерцанием в то время, как остальные клерки из гильдий пекарей и ткачей смотрели на него, мечтательно разинув рты. – Повысят.

- Но откуда такая безграничная вера в этот чудесный факт? – спросил милый старичок с пенсне и треугольной бородкой.

- А Вы когда в последний раз были в галантереях и лавках? – с превосходством спросил выступающий. – Не замечали, что цены повсюду либо возросли, либо стёрты. И это потому, что скоро их тоже поднимут! – возвел он палец к потолку, продолжив с видом знатока. – А когда повышают цены на товары? Конечно же, когда зарплаты поднимаются! Ну, хотя бы и на копейку.

«В общем-то логично», - заключила я про себя и тенью проплыла дальше.

Не хочу останавливаться. Такое чувство, что стоит мне задержаться в каком-то уголке, и там сразу вырастет Амтомас, чтоб начать поливать меня грязью из прошлого.

И словно прочитав мои внутренние страхи, провидению взбрело на ум столкнуть меня с ними лицом к лицу.

Проходя мимо ниши в стене, я невольно стала свидетельницей чужого разговора. Литые мышцы, смуглая кожа… я вздрогнула всей сущностью, когда задела взглядом высокого брюнета, зажимавшего там миниатюрную девчушку.

- Хорошо… ладно, - дрожа всем телом, лепетала она. – Я согласна. Пусть будет по-твоему.

- И на что же ты сс-согласна, маленькая упрямица? – донесся до меня насмешливый хмык, к моему безграничному облегчению, принадлежащий абсолютно незнакомому мне Василиску.

Это не Амтомас! Казалось, горы рухнули с моих плеч, позволив сделать судорожный вдох.

Другой. Чужой. Но такой же наглый. Еще один тунлисс уверенный в своем превосходстве и полной безнаказанности.

- Н-на помолвку, - упавшим голосом выговорила девушка. – Я скажу всем, что готова стать твоей невестой.

Мужчина же не проронил ни слова. Только его глаза сверкнули хищным огоньком. Он подался вперед, вынудив бедняжку еще сильнее вжаться в стену за спиной.

Смотрел алчно. Будто гипнотизируя взором свою жертву. И этим своим жадным, немигающим взглядом заставляя ее трястись в ожидании его ответа.

- Поздно, - обронил он, сполна насладившись ее сломленностью. – У тебя был шш-шанс назваться моей невестой, но ты отвергла его.

- Ты… ты отпустишь меня? – не поверила она своему счастью.

В ответ раздался шершавый смех и тихий приговор:

- Ну уж нет! Мне представилась чудесс-сная возможность сделать тебя сс-своей наложницей, Ксена. И я не упущщ-щу её.

Я чуть не вскрикнула от негодования. Но звук застрял в груди.

- Подглядываешш-шь за чужим уединением? – одёрнуло меня второе шипение. Но раздавшееся уже позади меня.

И на этот раз мне не нужно было всматриваться и даже оборачиваться, чтобы безошибочно угадать, КТО стоит у меня за спиной.

Сердце сбилось с ритма.

Надеюсь, слух Василисков не так хорош, как у вервольфов. Иначе Амтомасу сразу станет ясно, как взволновала меня наша встреча.

Да, во второй раз так повести не могло. И голос, без сомнения, принадлежал Ему, моему незабытому кошмару.

Нельзя позволить Амтомасу дезориентировать меня! Ведь я так рассчитывала сохранить лицо при встрече. И, по возможности, отхлыстать его таким же ледяным презрением, как и он меня однажды.

Перед глазами заплясали магические блёстки, и я догадалась, что наместник окружил нас пологом тишины.

- А ты? – вернула я ему укор, следуя своему плану не дать слабину. – Не тем ли самым занимаешься? Пришел тихонько подслушать свидание друга?

Старалась говорить непринужденно. Так, чтоб голос звучал ровно, а эмоции и вовсе молчали.

Пусть думает, что мне всё равно. Что для меня он пройденный этап. А встреча всколыхнула лишь давно забытые пикировки, но не чувства.

Это было совсем непросто. Амтомас уже расположился настолько близко от меня, что, делая вдохи, я ощущала, как моя прическа задевает пуговицы на его рубашке. Волосы цеплялись за них, и тунлисс не мог не замечать этого. Однако даже не думал отстраняться.

А я посчитала, что любая моя попытка отодвинуться будет воспринята как трусость.

И потому тоже стояла, не шевелясь.

- Я? – почудилась мне довольная усмешка, когда тунлисс услышал мою ответную шпильку. - Мой долг знать о каждой чужеземке, проникшей под кожу Василиску. Ведь некоторые из них опаснее любой отравы.

Чуть дернулась.

Внезапно! Однако ж.

Он имеет в виду себя или своего приятеля, донимающего сейчас бедную Ксену?

Хотя не всё ли равно? Незачем мне вникать в тот сладкий яд, что в изобилии льют в уши василиски.

- Чужестранка? Мне показалось, имя девушки говорит о Солнечном происхождении, – замаскировала своё слишком явное изумление этим нюансом.

«Да-да, я могу просто болтать с тобой на общие темы, Амтомас! Ничего личного», - крутилось у меня в голове.

- Есть мир, где имя этой девушки означает «чужестранница», - неустно принял он предложенную мною манеру общения. – Удобно, не правда ли? Имя сразу говорит о том, кто перед тобой. Оберегает от ловушки, способной опьянить тебя отравленными путами.

«О чем он твердит? Яды, сети…» – почувствовала легкое помутнение, не позволяющее думать без усилий. А я уже и забыла, каково это находиться рядом с источником головокружительного древесного запаха, распространяемого Василиском.

Ведь всё бы ничего, если б не тяжелый мускусный аромат, опаливший ноздри и словно забивший собой горло. Не позволяя вдохнуть ничего, кроме сладкого дурмана его дыхания.

Мне это мешало. Не давало сосредоточиться и разобраться, к чему ведет Амтомас.

Зачем подошел?

После тонны пренебрежения, выплеснутой им во время приветственной речи, это внезапное желание поговорить выглядело странным. По меньшей мере. А по большей – настораживающим.

И почему мы обсуждаем пришлых девушек?! Это что намек? Или случайность?..

Я сдавала позиции. Его близость пьянила, а неразгаданные намеки пугали.

Надо было выбираться отсюда. Глотнуть свежего воздуха и начинать соображать.

И очень кстати мне на помощь пришла та самая чужачка, что в эту минуту вела свою борьбу за собственное достоинство.

- Но ты же обещал! – шепотом просипела Ксена, обращаясь к своему темноволосому тунлиссу.

Это послужило мне ключом, тотчас же открывшим не только выход, но и глаза, почти уже затуманенные непрошенным жаром.

Я будто прозрела! Вспомнила, с кем говорю. На КОГО так слабовольно реагирую! И мысленно ущипнула саму себя. А вслух сказала, обращаясь к неслышащей меня Ксене:

- Глупая, - усмехнулась в сердцах. – Тунлиссы не умеют держать слово!

И рывком развернувшись, пошла прочь.

- Я давал тебе лишш-шь одно обещание, - догнало мою спину, будто огненной стрелой вонзившись меж лопаток.

Застыла.

С секунду не могла сообразить, о каком обещании говорит Амтомас. А потом вдруг меня проткнуло пониманием:

- Расторгнуть помолвку, - произнесла почти беззвучно.

Вряд ли Василиск услышал. Я ж даже не обернулась, чтобы он смог прочесть хоть что-то по губам. Но отчего-то я была уверена, что Амтомас понял, о чем я вспомнила. Он обещал только это у ручья.

Но всё это потом. Я расковыряю и обдумаю своё прошлое позже.

И, сморгнув оцепенение, я резко бросилась вперед, в толпу.

Хотелось укрыться от прожигающего спину взгляда.

Однако долго бегать не пришлось. Как только за мной сомкнулась стена из человеческих фигур, я врезалась в кого-то непрошибаемо большого и крепкого.

- И что тебе такого сказал наместник, что ты побежала сломя голову? – с ехидством, от которого по телу прошел озноб, полюбопытствовал Максхер.

А это именно он сейчас преграждал мне путь. И именно об него я в порыве растерянности притормозила.

«Максхера что-то задело в моих действиях? Но что?» – в недоумении смотрела я на его насмехающийся оскал.

Вервольф звал меня потанцевать после ужина. Предлагал хотя бы пройтись по залу, пообщаться с гостями. А я предпочла прикинуться уставшей и осталась сидеть. И Максхер пошел прогуливаться один.