Опальная бывшая Тёмного наместника (СИ) - Гунн Эмили - Страница 23

Я ведь и Патриссу подвела. Она не простит того, что о её семье отныне будут перешептываться со скабрезными усмешками на рожах. Вдобавок ко всему, Василиски еще их основную реликвию отберут позорно. Кошмар!

Утешала лишь одна мысль. Отныне я была свободна от обязательств перед семьей Асины. Я же им теперь нужна как ласты волку! И никто не станет удерживать меня здесь силой, если я решусь уйти из дому. Более вероятно, что они мне еще и двери отопрут с готовностью и выпроводят с радостью.

- Придется отдать им Десницу… - запоздало ответил отец семейства на мой возглас несвойственным ему, убитым голосом. – Альфа четко дал понять, что разлад с Василисками нашему клану не нужен. И что он ждет мирного решения проблемы.

«Мамочки! Тут еще и Альфы всякие, и политика своя примешана», - прониклась я бесцветной интонацией сказанного. Столько всего наворотила. И ведь на незнание не скинешь. А начну кричать, что они сами виноваты, что заставляли меня за тунлисса пойти, так ведь как месть с моей стороны воспримут. И неизвестно чем отплатят.

***

Глава 19. Ася.

Ася.

- Чуть не проспала! – вскочила я в своей спальне на Амарезе, судорожно хватаясь за одежду

Хорошо, что душ перед сном приняла. Сейчас еле умыться успевала уже.

- Назегерда, милая! Найди мне чего-нибудь перекусить, - взмолилась я, встретив ее по пути.

- Конечно! Я как раз пончиков купила у булочника на углу, - улыбнулась она. – Я уже и кофе нам сделала.

- Ты чудо! – воскликнула, вбегая уже в свой кабинет.

- Я знаю, - ответила подруга.

- Почему она толстеет?! То вы говорите, что у моей жены больное сердце, то почки. Но я же не слепой! Я же вижу, что у нее с желудком беда, - ворчал пожилой мужчина на кривящуюся от его высказываний Изуверию.

Рядом сопела расположившаяся на кушетке объемная дама. Она пыхтела и непрестанно меняла положение отекших ног.

- Давайте успокоимся, - размеренно советовала ему наша старшая, сохраняя непоколебимую ровность осанки, несмотря на всё выше поднимавшийся тон явно закипавшего посетителя. – Лекарям виднее, где болит у Вашей супруги. И вообще. Если она не следит за питанием, то это уже ее проблемы. А не наши, - бросила она укоризненный взгляд на бедную женщину.

- Да как вы можете?! – чуть не задохнулся побагровевший муж. – Она же почти не ест ничего. Аппетита нет. Я уж и не знаю, что ей раздобыть, чтоб покушала досыта.

- Значит, от голода пухнет, - невозмутимо пожала плечами Изуверия.

Она продолжала восседать за моим столом, нисколько не смутившись от моего появления в кабинете.

- Что-о-о?! – вскричал мужчина. И я была с ним полностью солидарна.

- Изуверия. Покиньте мой кабинет, - тихо, непререкаемо потребовала я. – Здравствуйте. Ваш целитель я, - представилась измотанной чете. – И мы вместе найдем, как помочь Вашей милой даме, - пообещала я, доброжелательно улыбнувшись.

Женщина, до того переводящая испуганный взгляд с мужа на непробиваемую Изуверию, заметно расслабилась. И пролепетала слова приветствия.

Старшая же лишь насмешливо проплыла по мне глазами и лишь после этого избавила нас всех от своего величественного присутствия.

Долго мучить пациентку осмотром не стала. Я и так уже сделала выводы, услышав в обрывках разговора, что сердце и почки ей уже неоднократно проверяли.

Поэтому вежливо попросила лечь на кушетку, где она сидела, и поднесла наш с Максхером зеркальный УЗИ датчик к шее женщины, тяжело переводившей дух.

- Как я и предполагала, размеры щитовидной железы уменьшены. А это говорит о недостаточной выработке нужных… э-эм, флюидов, - подобрала я понятное для этой пары слово.

- То есть она полнеет не от переедания, которого нет? – всё еще сердито рявкнул ее муж.

- Нет, конечно. Это не полнота, а отёк. И его можно значительно уменьшить правильным лечением. Вернее, восполнив нехватку флюида, о котором я говорила, - пояснила им, заслужив радостную улыбку дамы.

- Поднимайтесь. Проведем еще кое-какие анализы. Но я почти уверена, что причина Вашего недуга найдена.

- Вы ее вылечите? – с недоверчивым волнением еще раз переспросил супруг женщины.

- Обещаю, я сделаю для этого всё возможное, - ответила я, почувствовав, как меня окутывает приятное тепло от такого беспокойства мужа за свою вторую половинку.

Он молодец. Нашел-таки целителя, который отнесся к его даме сердца со всей серьезностью!

А я нашла Максхера.

Угрюмого, потрепанного. Еще больше посеревшего будто.

Он меня десятой стороной обошел и даже не поздоровался.

«Ну и ладно, - подумала я. – Не придется выяснять, куда его карета ночью подевалась».

По-хорошему, надо было разузнать, почему умотал извозчик, не дождавшись меня со встречи с наместником. Но это сегодня было последним на повестке дня. Столько всего закрутилось, стоило мне ступить за порог кабинета своего.

А на следующий день Максхер сам нашел повод пообщаться со мной.

Да такой, что лучше бы и не находил!

- Почему на агрегате для лечебного массажа царапина? – с тоном высокомерного начальника спросил Максхер во время утреннего обхода.

«Откуда я знаю, что не так с твоим агрегатом?!» - мечталось мне огрызнуться.

Однако субординация не позволила. Проблема в том, что мы были не одни. Нас окружали медицинские сестры и помощники, выполняющие работу санитаров. И даже одна престарелая пациента находилась в помещении в ожидании начала приема.

А вообще ухаживать за аппаратурой было обязанностью наших постоянно сменяющихся молоденьких медсестричек. Которых не очень-то интересовали устройства.

Их зачастую вообще мало, что привлекало, помимо самого главного целителя. Который с готовностью распылял свое очарование на каждую, кто не против.

Вдобавок всем девушкам было известно, что на службе у миздера Максхера никто долго не задерживается. Так что и стараться им было особо незачем.

- Возможно, это произошло при перестановке, - выдавила я из себя извиняющийся тон, пусть и самих извинений он бы от меня не добился. Но в открытую пререкаться с начальством на глазах у всех – значит ронять его авторитет. А это было против моих принципов. Я не стану смешивать личное и работу. И то, что мы с Максхером фактически друзья, не означает что…

- Возможно? – насмешливо переспросил он, прервав поток моих благородных измышлений. – Это так ты следишь за вверенными тебе атрибутами? Я считал тебя более сознательной особой, Асина.

- Что? – опешила я от его внезапного наезда. До этого Максхер никогда не позволял себе так разговаривать со мной. Тем более унижать перед младшим персоналом.

- Я доверил тебе самое ценное, что есть в этой лечебнице. А ты вдруг с совершенно недопустимой халатностью заявляешь, что даже не знаешь, что случилось. В общем с этого дня будь внимательнее к тому, что действительно важно, - наставительно ответили мне и царственной походкой покинули помещение.

И я полдня потом боролась с желанием ворваться в кабинет Максхера, чтобы высказать ему всё, что думаю о нем и его изобретениях! Он же их мастерит-то только с моими подсказками! А работать на них ему потом лень. Вот этот магистр медицинских наук и впрягает меня трудиться еще в одном новомодном направлении.

В тот день меня будто перемкнуло. Было так неприятно и стыдно, что не хотелось показываться никому на глаза. Словно меня прилюдно раздели и выставили позориться. И такой оплеванной я не чувствовала себя со дня своей несостоявшейся свадьбы!

***

Наложив повязку на ножку юной демоницы, что решила поиграть в крылатую Высшую, я вышла подышать свежим воздухом.

Девчушка неудачно спрыгнула с высоты, к счастью, всего лишь первого этажа. Обычный ребенок сильно пострадал бы. А на коленках этой малышки были всего только ссадины. Повезло. Я попросила родителей быть к ней внимательнее и объяснить, что крылья у ней появятся лишь к совершеннолетию. И то если унаследовала ген Высших Темных.