"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Курамшина Диана - Страница 60

Если же верить воспоминаниям Анхесенамон, юная царица вообще хотела как можно меньше времени посвящать служениям, помня печальный опыт матери. Та просто не имела времени на собственных детей. Обосновавшись в Мемфисе, моя предшественница приняла только титулы оракула Исиды и её верховной жрицы. Царь тогда по малолетству вообще почти не участвовал в богослужениях.

За десять лет царствования Тутанхамона всё потихонечку стало возвращаться к прежним временам. Храм Амона начал набирать былую славу и мощь. А также старательно хотел вернуть те богатства и земли, что отнял Эхнатон.

Супруг не скупился на подарки и постройки. И гипостильный зал не единственное, что создавалось по его указу. Львино- и овноголовые сфинксы, статуи богов и богинь, а также во множестве храмы в различных регионах страны.

– Этот шаг перетянет всё жречество на вашу сторону, всемилостивейшая, – произнёс Аапехти, на моё затянувшееся молчание.

– Но ведь у «супруги бога» множество обязанностей. Мне придётся почти всё время находиться в Уасет.

– Смотря как всё распределить… – загадочно улыбнулся жрец, – если самолично проводить только обряды на главные празднества, а для остального определить выбранных «дуат нечер» (*«почитательниц бога»), то вам нужно будет пребывать здесь не больше месяца или двух в году на Ахет[77].

– Ты думаешь Хумос согласится? – спросила неуверенно.

– Почтенный верховный жрец не может вмешиваться в дела «дома супруги бога». После того, как божественный Небхеперура (*Тутанхамон) вернул исконную веру, обязанности всё равно исполняли «почитательницы» из школы.

– Мне тоже придётся посетить это заведение? – задумчиво поинтересовалась.

– Это было бы весьма дальновидно с вашей стороны, моя Госпожа.

Я отрешённо смотрела в даль, пытаясь выудить из воспоминаний Анхесенамон всё, что та знала об обязанностях «супруги бога Амона». Но их было катастрофически мало.

– Кроме того, – прервал мои размышления Аапехти, – если я не ошибаюсь в своих предположениях, будущего наследника следует так же объявить и «сыном Амона», дабы избежать любых возможных случайностей в будущем.

– Просчитываешь на несколько ходов вперёд? – спросила усмехнувшись.

– Я лишь служу своей Госпоже, – важно произнёс жрец, уважительно склонившись.

Вот и понимай, о ком он говорит… обо мне или Бастед?

В этот момент на террасу вышел Зубери. Странно, не заметила когда он уходил.

– Божественная, – тихо обратился ко мне храмовник, – у меня есть для вас приятные новости. Но…

– Пия, Манифер… займитесь моей подготовкой ко сну! – произнесла, повысив голос.

Меня правильно поняли и женщины поклонившись, попятились на выход. Дождавшись, когда и служанки покинут террасу, оставив только молчаливых телохранителей у входа, сюда вошли несколько нубийцев, по двое внося что-то, накрытое тканями.

Зубери пафосно, как фокусник стал сдёргивать покрывала с того, что поставили перед моим креслом. Это оказались довольно неприглядные сундуки, покрытые комьями земли и глины. Два из них были обвязаны и запечатаны, а третий закрыт на бронзовый замок в виде сфинкса.

– Какой интересный экземпляр… – прошептала, склонившись над последним.

– Действительно, жаль будет его ломать, божественная, – печально произнёс храмовник.

– Ну зачем же ломать, – возразил Аапехти, – у нас в братстве есть весьма сведущий в своём деле мастер.

– Хорошо, этот пока вскрывать не будем. Посмотрим, что у нас хранится здесь.

Вытащив небольшой кинжал, Зубери несколькими резкими взмахами разрезал верёвки, что обвязывали один из сундуков. Аккуратно, дабы не поднимать пыль раздвинул их и сняв печать убрал крышку.

Ну что ж, довольно богатый улов. Тут были и собранные на кожаные шнуры кольца разных видов, и связка браслетов. Небольшие резные курильницы ладана и несколько симпатичных пекторалей. Парочка небогато декорированных усехов, состоящих только из мелких бусин. На дне горками лежали вырезанные из драгоценных камней фигурки кошек, ибисов, крокодилов и обезьян, фаянсовые ежи и амулеты скарабеев. В отдельном мешочке оказались собраны стеклянные и фаянсовые бусины. Многие даже были уже нанизаны на нитки. Эквивалентную стоимость подобного клада мне было трудно подсчитать.

Второй сундук оказался проще, но интереснее. Его доверху наполняли металлические кусочки, которые кто-то старательно сплющил. Но судя по некоторым деталям, это были части каких-то фигурок. Они никак не разделялись по типу, сваленные вперемешку. Золото разной чистоты и сплава, электрум, серебро, бронза и медь. При том, часть медных кусков была даже частично покрыта патиной различных оттенков от бирюзы до яркой зелени.

– И что это? – спросила, обратившись к Аапехти.

Мужчины переглянулись. Выражения их лиц не предвещали ничего хорошего.

– Если это то, о чём думаю, то перед нами большое святотатство, божественная, – зло произнес жрец.

– Объясни.

– Как я понимаю, это кусочки ритуальных статуэток, моя царица. Они разбиты и раздроблены.

– Ну и? – удивилась я, всё ещё не понимая. В памяти Анхесенамон не сохранилось подобной информации. Для Атона не создавалось статуй. Солнце ежедневно сияло на небосводе.

– Любое изваяние несёт в себе частичку сущности того, кому она посвящена.

– Странно. Вон прежние цари не стесняясь набивали свои имена поверх статуй других правителей. И ничего… никто их за это не проклинал.

– Есть разница, моя Госпожа, – грустно произнёс Аапехти.

– Да? И в чём же?

– Когда резчик обрабатывает камень, то не может вложить ничего в его состав. Он просто высекает лик и имя. В принципе, чьё имя остаётся для потомков последним, того и статуя… а вот метал… Чтобы создать статуэтку достойную богов или Ка, ювелир должен быть не только мастером, но и магом с большим Сехем[78]. Лучшие из них, конечно карлики, моя Госпожа, поэтому так ценятся. Пока льётся раскалённый метал, читаются молитвы и наговоры. В форму добавляют различные ингредиенты, способные пробудить дух и помочь божеству вселяться в статуэтку при богослужении. Других в храм не жертвуют.

– Получается, разбив чьи-то металлические изображения, нанесли урон Ка умершего или же повредили вместилище бога?

– Совершенно верно, моя царица, – печально заметил Зубери.

– Но… если к примеру статуэтка упала и сломалась или ещё как повредилась? Что тогда?

– Для неё проводят обряд погребения, – опять взял слово Аапехти, – заворачивают в льняные пелена и закапывают под обязательное чтение молитв. Обычно такие захоронения создают недалеко от храма. Постепенно зарывают в одну и ту же яму все повреждённые статуэтки, пока не наполнится, а потом создают новую.

– То есть… пред нами разорённый храмовый могильник для статуй?

– Думаю всё это подготовили для переплавки, моя госпожа.

– А так можно было?

– Только могущественный колдун…

– Так… я поняла… нужно подумать…

Мужчины низко поклонились. Я же, усевшись в кресло предавалась размышлениям о том, что вместо того, чтобы вернуть ценный металл в казну, его просто банально закапывали.

– Хубинеф, – позвала я юного помощника Аапехти, – дай мне чистую табличку.

Не утруждая себя «трудностями перевода», стала на русском языке записывать свои мысли попунктно, чтобы не забыть потом что-то нужное.

– А что это за знаки, моя царица? – удивлённо спросил Зубери, наблюдая из-за плеча.

– Тайный язык богов, – тут же вклинился Аапехти. – Сам Птах даровал божественной эти знания для общения.

– А Великая Госпожа может научить меня? Тогда записки от наших агентов никто не смог бы прочитать, – заинтересованно протянул храмовник, вглядываясь в размашистые строки, что оставались после тростниковой палочки.

– А это мысль… – одобрительно посмотрела на Зубери. – Сам язык богов слишком сложен и учить его очень долго, – при этих словах мужчина заметно огорчился, – но, если усвоить какая буква соответствует какому звуку… так вы сможете писать на нашем языке, просто используя эти знаки.