Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14 (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 35

Но серповидные эритроциты свою функцию практически не выполняют.

Однако я не могу понять, как такое вообще могло произойти. Обычно серповидно-клеточная анемия является врождённым заболеванием. Его диагностируют ещё в первые годы жизни ребёнка. И первые симптомы появляются тогда же, но никак не в зрелом возрасте.

Я определённо что-то упускаю…

— В детстве у вас таких симптомов не возникало? — уточнил я.

— Нет, — покачала головой девушка. — Впервые я начала страдать от этой странной болезни год назад. С тех пор моя жизнь стала настоящим адом. А прошлым летом я даже пожелтела. Пришлось целый месяц лежать дома, чтобы прийти в себя.

Желтуха… Это состояние возникло из-за разрушения неправильных эритроцитов. Кровяные тельца содержат в себе билирубин, которые и вызывает желтушность кожных покровов.

Очень странная ситуация. По идее, девушка уже давно должна была умереть без медицинской помощи. Загадка оказалась труднее, чем я думал. Теперь ясно, почему Аматэрасу подкинула этот вопрос именно мне.

И тут меня словно молнией поразило.

Я всё понял. Понял, в чём на самом деле проблема. Недостающее звено, о котором я догадался только сейчас, на самом деле это…

Мои мысли прервала вибрация мобильного телефона. Пришло сообщения от Купера Уайта, который прямо сейчас находится в Австралии.

По моему телу пробежали мурашки, когда я взглянул на экран мобильника.

«Всё плохо, Кацураги-сан. Позвоните, как появится возможность. Кажется, при осмотре пациентов я сам заразился 'Фебрис-12».

Глава 14

— Кацураги-сан, что-то случилось? — заметив моё выражение лица, спросила Харухата Касико.

Я отодвинул от себя телефон и всеми силами постарался сосредоточиться на приёме. Новости от Купера Уайта поступили, несомненно, ужасные. Но прямо сейчас я, находясь на таком расстоянии, ничем ему помочь не смогу. Перезвоню после того, как закончу с Харухатой Касико. Ей-то я могу оказать помощь здесь и сейчас.

Однако даже с усилием воли вернуть мысли в прежнее русло было довольно трудно. Сообщение Купера означает, что в Австралии действительно обнаружен очаг инфекции среди аборигенов. Это — не ошибка. А если учесть, что этим вирусом заразился сам лекарь…

Боги! Купер ведь и сам не осознаёт, к какой катастрофе это может привести. Но всё это мы с ним обсудим чуть позже. Для начала я должен сдержать обещание, данное Аматэрасу.

— Всё в порядке, Харухата-сан, — ответил девушке я. — Коллега отвлёк, но лучше нам вернуться к предыдущей теме. Вы упомянули, что симптомы впервые начали появляться не в детстве, а уже в зрелом возрасте. Отсюда у меня возникает вопрос, чем болели ваши родители? Вы хоть что-нибудь о них знаете?

— Я сама подробностей не знаю, поскольку родители умерли один за другим, когда мне было всего четыре года. Я их толком даже не запомнила. Сначала умерла мать от какого-то острого заболевания. Ей было всего лишь двадцать два года, когда это случилось. А отец, как мне объясняла бабушка, начал пить, и в конечном итоге его забили до смерти какие-то отморозки на улице. Связался с плохой компанией, чтобы прокормить семью.

Так… Но, судя по её истории, отец девушки изначально был здоров. Вопрос в том, чем болела её мать? Скорее всего, у неё как раз и была серповидно-клеточная анемия. Вот только совсем в другой форме. Не та, что у дочери.

— А что-нибудь ещё вы о своей матери помните, Харухата-сан? — спросил я. — Точные симптомы, анамнез заболевания из жизни?

— Я её вообще почти не помню, — ответила она. — Но бабушка много раз упоминала, что моя мать была не из Японии. Якобы она сбежала из какой-то другой страны, после чего встретила моего отца, и тот решил приютить её у себя.

Теперь всё точно встаёт на свои места. Скорее всего, мать Харухаты Касико страдала от гомозиготной серповидно-клеточной анемии, потому и умерла в столь раннем возрасте от множества осложнений.

Гомозиготная анемия — это форма генетического заболевания, в которой патологические гены наследуются сразу от двух родителей. Это если объяснять совсем простыми словами. На деле всё гораздо сложнее.

Если мать Харухаты Касико была гомозиготной, а её отец полностью здоровым, значит, сама девушка в итоге является гетерозиготной. То есть признаки заболевания в ней проявляются лишь наполовину. Именно поэтому в её случае симптомы серповидно-клеточной анемии начали появляться гораздо позже. В детстве она чувствовала себя хорошо, а спустя два десятка лет ей не повезло столкнуться со всем спектром проблем, которые дарует эта болезнь.

Возможно, её заболевание сдерживают так же и лекарские силы Харухаты Касико, которые она, вероятнее всего, унаследовала по отцовской линии. Раз её бабушка всю жизнь работала в качестве мико в храме Мэйдзи, значит, и её предки занимались тем же. По крайней мере, это было бы логично.

А мико всегда считали колдуньями, шаманками и целительницами. В конечном итоге Харухата унаследовала от своих предков сразу два прямо противоположных качества. Генетическое заболевание и лекарские способности жрицы.

Что ж, обманывать её мне нет смысла. Придётся выражаться прямо. Вряд ли она воспримет новую информацию в штыки, учитывая то, что ей самой довелось пообщаться с богиней солнца несколько дней назад.

Точно… А ведь я могу помочь ей не только за счёт лечения. У меня есть возможность дать девушке гораздо больше. Так я точно сдержу своё обещание. Лучше я принесу ей пользу с избытком. В конце концов она сама окажется полезной для меня, и Аматэрасу более охотно пойдёт на новую сделку, если мне снова понадобится помощь в виде божественного вмешательства.

— Харухата-сан, так уж вышло, что вы оказались не в обычной клинике, — прямо сказал я. — Вы, скорее всего, пока что даже не осознаёте, каким потенциалом обладаете.

— Аматэрасу-сама намекала на это, — ответила Харухата Касико. — Но я так и не поняла, что конкретно она имела в виду. Однако, как только мы вошли в эту клинику, я сразу почувствовала, что в этом месте… Очень много сильных людей.

— И вы одна из них, — объяснил я. — Подробности я вам пока что объяснять не буду. Но могу сделать предложение. Даже несколько предложений. Смотрите, излечить ваше заболевание полностью не выйдет в любом случае. Я могу заглушить симптомы, и они ещё долго не будут вас беспокоить. Плюс ко всему, я могу договориться с клиникой генетических болезней, чтобы они начали вас наблюдать.

— Но деньги… Я же говорила вам, что…

— Деньги я с вас не возьму, — перебил её я. — Более того, я поговорю с главным врачом клиники генетических болезней, и он примет оплату за ваше лечение из бюджета моей клиники.

— Погодите-погодите, — замахала руками она. — Это уж слишком. Я не могу принять такие… Подарки! Да, понимаю, что вы тоже, как и я, говорили с Аматэрасу-сама, но… Это ведь чересчур, разве нет?

— Это ещё не всё, — покачал головой я. — Кроме того, я собираюсь предложить вам работу в своей клинике.

— Мне⁈ Работу? — удивилась она. — Но я ведь уже работаю в храме Мэйдзи. Я не думала даже, что мне предстоит перейти в другое место. Это как-то слишком уж… Неожиданно.

— Сколько вы зарабатываете в храме Мэйдзи? — прямо спросил я. — Только честно.

— В среднем получается двадцать пять тысяч иен в месяц, — призналась она. — Но на жизнь хватает.

— Я буду платить вам пятьдесят тысяч иен, — ответил я. — Ровно в два раза больше.

— Но у меня ведь нет образования! На какую должность вы вообще можете меня взять? — пожала плечами Харухата Касико.

— Для начала начнёте работать в моей клинике в качестве санитарки, — объяснил я. — Для этого никакого образования не нужно. Будете точно так же убираться и следить за порядком, как и в храме Мэйдзи. Только заработная плата будет в два раза больше. Да и в целом трудиться вам придётся гораздо меньше. Здание совсем небольшое. Тут и за пару часов можно управиться.

— Кацураги-сан, я очень благодарна вам за это предложение, но… Как я могу уйти из храма после того, как богиня помогла мне встретиться с вами? Если вы действительно сможете мне помочь, тогда у меня вообще больше не будет права покидать храм. Я должна буду служить Аматэрасу-сама всю жизнь.