"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 294

Возражать ей никто не стал. Киган наблюдал за своими спутниками и видел, что по-настоящему боится только Стерлинг. Римильда скорее недовольна, что ей придется тащить свою весьма симпатичную задницу в такой мороз. Хотя могла бы просто отключить чувство холода – и вопрос решен.

А вот остальным было любопытно. Да Киган и сам, преодолев определенную настороженность, понял, что город, построенный на льдине, интригует его. Не только потому, что конструкция была сложной – такое им уже доводилось видеть на предыдущих миссиях «Северной короны», пусть и в меньшем масштабе. Просто у этого места была какая-то неуловимая эстетика старины, как будто город не построили, а вырастили здесь, он был частью древней истории самого человечества. Вот же и крепостная стена – наверняка предназначенная для защиты от драконов…

Эту стену Киган хотел рассмотреть получше, но, едва покинув корабль, вынужден был зажмуриться. Белизна снега оказалась непривычно яркой, когда ее не фильтровал компьютерный экран. Белым и сияющим здесь было все, из-за этого четкие линии стирались, и мир казался каким-то непривычно акварельным.

А еще – очень тихим. Все звуки, которые улавливал Киган, исходили от команды «Северной короны». Если бы не их шаги и переговоры, все вокруг тонуло бы в тишине… Необычной такой тишине, как будто опасной. Превосходящей отсутствие звуков: здесь казалось, что снег пожирает все вокруг, давит на тебя, пробирается к барабанным перепонкам, а потом и в мозг…

Киган был не единственным, кто заметил это, он видел, что и остальные растеряны перед давящим величием ледяной пустыни у них за спиной. Невозмутим остался только легионер:

– Эффект снежного безмолвия. Не единственное название, но то, которое я на старости лет еще помню после курса психологии стихии. Большое количество света, недостаток цветов и отсутствие звуков способны оказывать угнетающий эффект на психику. Переводя с канцелярского на человеческий, мозги у вас, как ни странно, будут плавиться, а не замерзать.

– Это не критично, если вы знаете об угрозе, – поспешила добавить Альда. – По-настоящему такое безмолвие опасно, только если ты один, рядом нет не то что людей, а даже признаков их существования. Но мы же здесь вместе, нам ничто не угрожает!

Тут она, конечно, приукрасила… Тишина Кигана не слишком пугала, так, застала врасплох. А вот город этот замер прямо перед ними, обманчиво мирный – и такой огромный, что за раз не охватишь взглядом. Вряд ли в колонии при ограниченных ресурсах стали бы строить лишние здания. Судя по этим улицам, здесь жили десятки тысяч человек, и вот куда они все могли деться?

Сразу за этим вопросом прилетал образ улиц, залитых кровью, и сотен трупов, бесформенными кучами сваленных по подворотням. Киган не знал, почему именно так, но избавиться от жуткой картинки оказалось непросто. Если бы на Хионе было чуть теплее, они бы уже почувствовали запах…

Он тряхнул головой, отгоняя наваждение, и направился к городу следом за капитаном. В пути с ним поравнялась Альда:

– Ты как? Я чувствую, что у тебя пульс ускорился. Хочешь, помогу тебе успокоиться?

Это ж надо было так опозориться – чтобы она пульс его уловила! Киган пока не знал, как с ней уживаться дальше, но вражды точно не желал. Оптимальным вариантом стала бы дружба, вот только… Ему по-прежнему хотелось куда больше, чем дружить, а обманывать себя он не любил.

Да и потом, он заметил, что она успела поссориться с этим упырем. Не первый раз уже, да и вряд ли последний – с легионером вообще уживаться проблематично. Так что прогноз на будущее оставался непонятным, и чтобы все сложилось хорошо, Кигану следовало оставаться рядом с ней уверенным, а не вызывать жалость.

– Со мной все в порядке, так, адаптируюсь, – отмахнулся Киган. – Сама-то ты хорошо себя чувствуешь? Бледная какая-то…

– Шатает меня немножко, – неохотно призналась Альда. – Но это нормально.

– Э-э… Нет, вообще-то, это ненормально!

– Я пытаюсь, как бы это лучше сказать, расширить горизонты, – со слабой улыбкой пояснила телепатка. – Я действительно умею мониторить только определенное расстояние, а сейчас нужно нечто большее.

– И ты пытаешься дотянуться дальше обычного? – догадался Киган.

– Да, до станций… Это первая причина. Плюс меня здорово сбивает с толку гроза. Мои способности – это ж не магия, это, если сильно упрощенно, разновидность электромагнитных импульсов… Короче, гроза бесит. Ну и причина номер три – вокруг нас очень много жизни, и мне нужно разобраться еще и с ней.

Киган настороженно оглянулся по сторонам, но не увидел ничего, кроме предательски слепящего белого снега.

– Какой еще жизни?

– Не туда смотришь. Жизнь в основном там…

Альда попыталась подпрыгнуть на заснеженной поверхности, намекая на жизнь, скрытую под толщей льда. Вот только телепатка неудачно поскользнулась, испуганно пискнула и упала бы, если бы Киган не успел подхватить ее на руки.

Такого не случалось уже давно, но вспомнить былые времена оказалось приятно. Киган невольно покосился на легионера, однако тот показательно смотрел мимо них, словно они в его мире вообще не существовали.

– Мазарин, Рэйборн, что у вас за представление? – поинтересовалась Лукия.

– Альда пытается разобраться с местными формами жизни, но медитировать на ходу трудно, капитан, – отчитался Киган. – Поэтому я обеспечил местный транспорт!

– Я сама идти могу, – проворчала Альда.

– А идти и медитировать – нет. Что сейчас важнее? Вот и проверяй! Не хотелось бы, чтобы в городе на нас выпрыгнула какая-нибудь снежная хрень под ледяной шапочкой! Да и теплее с тобой на руках.

– Ладно, уговорил… Но не злоупотребляй!

– Я? Никогда, Целомудрие – мое второе имя!

– Я даже не уверена, что тебе известно значение этого слова…

Альда наконец прекратила напряженно крутиться и закрыла глаза, отстранившись от внешнего мира. Электрокинетик воспользовался моментом, чтобы прижать ее поближе к себе.

Визит на эту паршивую планетку мог оказаться не таким неприятным, как опасался Киган.

Глава 5

Вердад еще никогда не сталкивалась с таким горем – она никого по-настоящему не теряла раньше. Она знала, что ей повезло. Многие другие семьи, те, в которых были исследователи и охотники, часто покидавшие пределы города, плакали куда чаще. И она сочувствовала им, но всегда втайне считала, что семья ДиНаталь – избранная. Они столько сделали для этой колонии, что судьба просто обязана их беречь.

Вон, над дедушкой не властно даже время! Отец всегда выглядит уверенным и ничего не боится. Да, дядя Элия изначально был другим, и никому не нравились его дикие гонки по равнинам. Но Вердад почему-то казалось, что это не важно, он же хороший, ее дядя, он переполнен жизнью, как он может вдруг стать мертвым?

А оказалось – может. Он умер не в Ледяных Хребтах, не в дальней равнине, не в темных водах проруби, даже не в клыках снежного демона, он умер здесь, в самом центре безопасного города. И не просто умер, а был убит – безжалостно и глупо.

Никто в Орифии не сомневался в этом. Гектора Риверо задержали рядом с телом ее дяди, в руках безумец сжимал окровавленный нож, казался пьяным и не мог толком объяснить, что произошло. Да с ним и не разговаривали. Зачем, если все очевидно?

Позже Гектор пришел в себя и стал говорить спокойней, вот только это не прибавило его словам смысла. Он утверждал, что его подставили, что Элию убил кто-то другой, но кто – Гектор понятия не имеет. Конечно же, его не стали слушать. В Орифии давно знали, что Риверо двинулся умом, это было видно много лет назад, когда он начал носиться со снежными демонами, да еще и гордился правом назвать их своим именем. Сейчас отец сокрушался только об одном: что не изолировал этого психа раньше, до того, как пролилась кровь.

Теперь она прольется снова, без вариантов. Гектора ожидал суд, но все понимали, что это будет скорее шоу для толпы – чтобы его пример послужил наукой другим. Приговор никаких сомнений не вызывал: смерть. Только смерть.