"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 296

Она не стала снова пересматривать карты, Вердад и так знала, что ничего не поймет. Тут нужен не внимательный взгляд, а годы обучения, которых у нее не было. Зато она знала, кто может с этим разобраться – не зря же дядя Элия его выбрал!

Она покинула дом поздней ночью, когда родители заснули, выбралась через внешнюю лестницу, как делала уже не раз. Тюрьмы в городе не было, поэтому заключенных держали в подвале городского совета, туда Вердад и направилась. Ей вообще было многое известно об Орифии – то, о чем простые горожане не подозревали. Иногда это удобно: когда тебя не воспринимают всерьез, не замечают даже. Она годами скользила за отцом беззвучной тенью, внимательно слушала и все запоминала.

Благодаря этому она теперь знала, что никто пленника не охраняет, его свободу доверили замку, открывающемуся магнитной картой, и камерам наблюдения. Но камеры Вердад отключила, как только добралась до подвала, а магнитная карта была у нее уже год – отец думал, что потерял этот ключ, и давно заказал себе новый. Вердад было, конечно, неловко что-то красть у близкого человека, но слишком уж велик оказался соблазн получить отмычку от всех дверей. Обычно она эту карту использовала для прогулок по городу и не догадывалась, что однажды ее трофей станет настолько важным.

Когда она пришла, Гектор не спал – да и кто уснул бы накануне своего последнего суда? Услышав щелчок замка, он сел на кровати и уставился на Вердад так, будто не понимал до конца, реальна она или мерещится ему.

Вердад же не стала медлить, она торопливо сунула в руки Гектору большую сумку, подготовленную еще дома. Она серьезно рисковала: если она ошиблась в своих выводах и дядю Элию действительно убил Риверо, она стала бы новой жертвой. Ее убить безо всякого ножа можно!

Вот только Гектор не собирался на нее нападать. Он выглядел подавленным и бесконечно усталым, но никак не безумным.

– Что происходит? – настороженно спросил он.

– Я не успею объяснить, – признала Вердад. – Я отключила камеры, скоро это заметят, если еще не заметили. Я верю, что вы не убивали моего дядю. Это сделал кто-то, кого он хотел разоблачить. Но я не знаю, кто. Дядя оставил мне карты со своими записями, они в этой сумке. Сама я с ними разобраться не смогу, но считаю, что вы сможете. Еще тут есть еда, одежда… Немного, но придется обойтись этим. Вы сумеете скрыться?

– Я могу вообще в чем есть выживать тут, – отозвался Гектор чуть спокойней. – Но я действительно не знаю, кто убил твоего дядю…

– Так в этом и суть: выясните! Иначе вас казнят, они все сделали для того, чтобы это произошло как можно быстрее.

– Как ты могла понять? Ты же просто… маленькая девочка!

– Вы спастись хотите или возраст мой обсудить? – возмутилась Вердад. – Бегом!

Здание городского совета они покинули вместе – и вовремя, она уже видела спешащую туда охрану. Но они все-таки успели, их никто не заметил. На улице Гектор ловко скользнул в узкий переулок и скрылся подальше от света фонарей, словно был не человеком даже, а снежным демоном.

Вердад же направилась домой, только это ей и оставалось. Она не могла избавиться от ощущения, что город меняется – и эти перемены не понравятся никому.

Они приближались к раскопанной могиле. Так, по крайней мере, казалось Альде. Она понимала, что это не проявление телепатии, это просто человеческая фантазия, которая существует в зоне эмоционального – о таком говорили на лекциях в академии. Вот только заглушить в себе это эмоциональное не так просто, когда перед тобой возвышается темная, покрытая ледяной коркой стена, похожая на гигантский надгробный камень.

Здесь уже дороги были ровнее – сохранились остатки укреплений, созданных колонистами, хотя выглядели они как минимум неухоженными. Киган осторожно поставил Альду на возвышение у ворот.

– Ты нормально? – спросил он.

Альда лишь кивнула. Она сейчас не могла сосредоточиться даже на своей команде, не говоря уже о тех мыслях, которые занимали ее до путешествия. Эта планета завораживала ее, почти подавляла. Здесь было собрано так много, что разные виды энергии сливались в единый поток, и разобраться в них не получалось даже с медитацией. Да и гроза эта приближающаяся давила все сильнее – сбивала способности, отзывалась пульсирующей болью где-то в основании черепа.

Ну и конечно, был этот город. Титан, застывший во льдах. Грандиозный ковчег, потерявший свою роль. Невероятное творение рук человеческих, которое Хиона сначала позволила создать, а потом безжалостно отняла.

Город завораживал не только Альду, каменную стену в напряженном молчании рассматривали все, и даже Триан утратил привычное безразличие. Правда, непонятно было, что он чувствует, но сейчас телепатке было не до него.

Киган, отпустив ее, первым направился к стене и остановился у самых камней, призвал слабый заряд электричества, сбивший ледяную корку.

– Слушайте, это реально круто! – присвистнул он. – Стена охраняет их не только как препятствие. В нее между камнями очень грамотно встроены провода, причем не какие-нибудь сопли, а мощные такие, защищенные от погодного воздействия…

– Зачем они здесь нужны? – удивилась Римильда.

– Ну а какие варианты? Шандарахнуть того, кому здесь не рады, разумеется.

– Надеюсь, мы в этот список не войдем? – поинтересовался Рале. – Даже при том, что людей нет, охранная система может работать.

– Не-а, не работает она, я такое чувствую. Вопрос в том, почему.

Этот вопрос Киган, разумеется, адресовал не им. Он стащил перчатки, прижал обе руки к проводам, действительно проглядывающим между камней, и сосредоточился. Очень скоро Альда увидела голубоватые искры, замерцавшие на его коже, почувствовала заряды, которые он создавал и посылал вперед – куда более мощные, чем тот, которым электрокинетик сбил лед.

Через пару минут он наконец отстранился от стены и снова натянул перчатки.

– Любопытно, – нахмурился он. – Я не могу оценить состояние всей стены, ибо она здоровенная, как самомнение нашего штатного упыря. Но на том участке, который я проверил, никаких поломок нет, все работает идеально. В таких случаях прям жалею, что не ношу на миссии шляпу – нечего снять перед туземными изобретателями.

– Ты вообще не увлекайся оголением на миссиях, – посоветовал Рале. – Ты хочешь сказать, что стена по-прежнему способна охранять город?

– Именно. Как камень, она его и сейчас охраняет. Но подача электричества попросту отключена – думаю, из-за отсутствия источника питания. Если его подключить, стена заработает как надо.

– Нас больше интересует, почему ее отключили, – указала Лукия. – Если некого стало охранять, город пал не из-за нападения.

– Мы еще не уверены, что он пал, – напомнила Римильда. – Они могли по какой-то причине уйти, вот и стену свою отключили. Вернутся – включат. Чего гадать? Давайте уже смотреть, что ли!

В город вели массивные ворота из металла и того, что сначала показалось Альде древесиной. Но, присмотревшись внимательней, она обнаружила, что это не цельное дерево, а нечто прессованное – то ли ветки, то ли какие-то травы, то ли и вовсе тонкие шкуры. Она не бралась сказать наверняка, но видела, что получившийся материал служит надежным дополнением камню, и это тоже многое говорило об уровне развития колонии.

Ворота были закрыты, но не заперты – хотя сложная система замков позволяла запереть их так, что посторонние никогда не проникли бы в город. Теперь же эту защиту убрали, совсем как электричество. Впрочем, долгое отсутствие людей все равно давало о себе знать: ворота смерзлись, Альде и Рале пришлось объединить усилия, чтобы открыть их, а потом закрыть с помощью телекинеза.

Атмосфера одинокой могилы среди промерзших земель так и не исчезла. Альда видела перед собой не место хранения жизни, а останки этой жизни. Город был заметён таким слоем снега, что ноги проваливались по колено. Окна покрылись объемным морозным узором, доказывавшим, что тепла нет и внутри. Иногда Альде казалось, что за этой мутной пеленой кто-то мелькает, смотрит на нее, кто-то недоволен их визитом… Но она понимала, что это тоже иллюзия. Даже под воздействием грозы ее способности продолжали работать, она не сомневалась, что в городе жизни нет.