"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 442

– Мы тоже постараемся, я работаю над этим.

Киган не завел бы речь о полноценной миссии, если бы у него не было плана. Он уже изучил респираторы, выданные им в колонии. Поделки были неплохие – для людей с ограниченными ресурсами. С такими фильтрами дышать можно было пару часов, однако для похода к «Авалону» этого явно не хватило бы.

Поэтому электрокинетик собирался задействовать шлемы со «Стрелы» – большую часть команда забрала с собой, но запасные остались. Их должно хватить на дорогу туда и обратно… по предварительным расчетам.

Ну а если Киган в этих расчетах ошибся, на Нергале все-таки придется заводить отдельное кладбище для сотрудников космического флота.

Общение с сынком колдуньи Лорена по-прежнему собиралась ограничить. Только так можно было безопасно потушить его влюбленность. А то поощришь такого – и все, иди рожай продолжение великого рода! Ну и что с того, что ты из горных воров? Брерис сказала, что можно. В культе такие вопросы быстро решаются.

Жаль, что мальчишка намеков не понимал. Вскоре после нападения джесина Даг-Мескалам заявился узнать, все ли хорошо и не требуется ли гостье помощь. О том, что она пленница, а не гостья, он предпочел забыть. Лорена закрылась в спальне и не выходила, пока он не ушел. Глашатай Теней не сказал ей об этом ни слова, но по его взгляду было ясно: он как раз все прекрасно понял.

Он вообще оказался странным, Глашатай этот. Чудовищем – тут без вариантов. И все же иногда Лорена не могла не думать о том, что, возможно, она не разобралась в нем до конца. Впрочем, она быстро себя одергивала. Зачем разбираться в том, кто должен как можно скорее умереть?

Держаться подальше от Глашатая было легко, он и сам ее игнорировал. А вот Даг-Мескалам вскоре явился снова. Судя по его сияющему виду, не просто так, он придумал то, что сам признал блестящей идеей. Мальчишка совершенно не умел скрывать своих чувств. Если он не поумнеет до того, как возглавит колонию, войну, возможно, скоро удастся закончить…

Но пока Лорена ничего не могла сделать ни для победы, ни для своей колонии. Ей только и оставалось, что с натянутой улыбкой слушать здешнего принца.

– Я решил, что вы заскучали – днем ведь даже из дома не выйти! Как насчет того, чтобы осмотреть школу Глашатаев?

– Школу… Глашатаев? – пораженно повторила Лорена.

– Ну да. Мне показалось, что при прошлом нашем разговоре эта тема вас заинтересовала. Хотите увидеть, как они создаются, своими глазами?

Вопрос был с грандиозным подвохом, даже если сам Даг-Мескалам этого подвоха не замечал. Он с типично мальчишечьей гордостью обладателя великой тайны стремился впечатлить Лорену тем, что ему доступно. Он не задумывался о том, выпустят ли пленницу с такими знаниями из поселка живой. Предупреждена ли вообще его мать о том, что он затеял?

Подставляться под удар никак не хотелось. В то же время Лорена понимала, что такие данные станут для ее колонии бесценными. Глашатаи всегда оставались главным оружием культа. Если убрать их, с дикарями будет покончено! Никто не убьет их всех, разумеется. Их просто обучат цивилизованной жизни, и они наконец перестанут верить в ерунду, которую сами же и придумали.

Лорена решила рискнуть. Она хотела понять Глашатаев лучше. Возможно, это вернет ей возможность отомстить? Что же до наказания… Она всегда может использовать влюбленность мальчишки. Он-то вряд ли захочет отпустить или продать Лорену, однако от него и сбежать можно.

– Да, я бы очень этого хотела, – очаровательно улыбнулась пленница. – Благодарю вас.

Парень заметно покраснел и поспешил отвернуться. Уже это внушало надежду.

При переходе из одного дерева к другому Лорену сопровождали сейкау, которых рыжий туман не тревожил. Но в школу Глашатаев их не пустили, хищникам пришлось остаться возле корней. Теперь охранять пленницу было доверено одному лишь принцу… и всем, кто находился внутри эвкалориса.

Под школу было отдано одно из самых больших деревьев поселения. Первый уровень приятно поражал – чистый, светлый, почти цивилизованный. Даг-Мескалама здесь встречали с почтением, на Лорену косились с неприязнью, но сказать ей ничего не решались. Она смотала с лица защитную ткань и собиралась подойти к лестнице, однако принц удержал ее.

– Нам туда не надо. Наверху находится обеденный зал и спальни детей, что в них интересного?

– Но где же они тогда учатся?

– О, это я сейчас покажу!

Они двинулись в противоположную от лестницы сторону, к дальней стене, возле которой скрывался люк в полу. Он, пусть и большой, был замаскирован так искусно, что Лорена его поначалу не заметила. Поднять такой люк в одиночку не получилось бы, но им помогли два прислужника. Перед Лореной и Даг-Мескаламом открылись широкие ступени, ведущие глубоко вниз – в подземный тоннель.

– Раньше здесь были норы гремгродов, – пояснил принц. – Это и упростило строительство школы. Она почти вся под землей – кроме жилой зоны. Поэтому ее очень легко использовать и днем, и ночью, туман сюда не добирается.

– Со школой все более-менее понятно… Как вы отбираете для нее детей? Я ведь наблюдала за теми, что играли на площади… Они все совершенно одинаковые!

– На все воля Брерис, – многозначительно улыбнулся Даг-Мескалам. – Сила Глашатаев – просто ее дар. Когда они достигают нужного возраста, жрецы осматривают всех в поколении и выбирают тех, у кого может быть этот дар. Ну а потом они проходят еще одну проверку, контрольную. Те, кто прошел ее успешно, обучаются здесь.

– Что за проверка?

– Встреча со зверем.

– Что? – нахмурилась Лорена. – Это название какого-то ритуала?

– Нет-нет, это действительно встреча со зверем! Мы берем кого-нибудь из подчиненных Глашатаев, ну, джесина там, или унгаха, или парочку сейкау, и запираем в одном зале с детьми. Те, в ком пробудился дар, не позволят зверю дотронуться до себя.

– А что… что происходит с теми, кто испытание не прошел?

– На них нападает хищник. Значит, или дар оказался недостаточно велик, или жрецы в них ошиблись.

– Но их же спасают? – допытывалась Лорена. – Я имею в виду, рядом с залом дежурят какие-то охранники, да?

– Нет, конечно. Зачем их спасать? Как Глашатаи они бесполезны. Кто-то умирает, кто-то выживает, но остается покалеченным, но это уже без разницы. Это допустимая жертва, вы же видели, как много у нас детей!

Он искренне верил, что все в порядке. Женщины рожают детей часто, это легко и бесплатно, поэтому не так уж страшно пожертвовать десятком-другим. Даг-Мескалам привык к такой реальности, ему казалось, что скорбеть тут не о чем.

А вот перед Лореной все представало иначе. Она будто видела перед собой подземный зал с низким потолком, перепуганных мальчиков и девочек, унгаха, беснующегося перед ними. Только они и чудовище. Негде укрыться, некуда бежать – двери надежно заперты. И можно стучать до тех пор, пока ладони не будут изодраны в кровь, кричать, пока голос не сменится хрипом, это ничего не изменит. Испытание должны пройти все, так нужно культу.

Зверь бросается на них, и они мечутся, кричат, плачут. Щелкают изогнутые челюсти унгаха – и отлетает в сторону тонкая детская ручка. Крик оглушает, кровь льется на всех. Перед кем-то хищник останавливается, будто напоровшись на невидимую стену. Но остальные будут сожраны, искалечены, изуродованы – прямо на глазах остальных.

Возможно, здесь и начиналась дорога, на которой будущие Глашатаи теряли все человеческое. Они рано привыкали к мысли, что не все жизни ценны. Интересно, каким был в те дни Глашатай Теней? Саргон, кажется… Может, он тогда и умер внутри, осталась только оболочка, теперь убивающая людей? Ведь не мог же он сразу родиться монстром!

Зал испытаний Лорене не показали, и это было к лучшему. Даг-Мескалам повел ее сразу по подземным классам. Она увидела, с какого возраста начинается обучение будущих Глашатаев – в Обретенных горах такие дети только-только учились читать! А здесь они бегали, приседали, лазили по сложным сетям из лиан, натянутыми от пола до потолка. Это было не так уж страшно, однако Лорену поразило то, с какими не по-детски серьезными лицами маленькие сектанты выполняли задания.