"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 644

Только что созданная ацелотта окончательно пришла в себя. Теперь она подобралась к специальному микрофону, улавливающему телепатический сигнал, и заговорила с планетой:

«Мое имя Кичигонаи. Так будет называться мое племя, которое придет на смену племени Иштака. Любой, кто продолжит разрушать и убивать, будет заменен. Да, сначала нас ждет тяжелый и страшный период, но он необходим, чтобы мы очистились от пролитой крови и вернули себе заслуженный мир!»

– Таковы наши условия, – добавила Альда. – Сложите оружие немедленно – смертей на Итойе уже хватило!

Она кивнула Стерлингу, и тот отключил прямой эфир. Итальтика теперь предстояло подумать над посланием. Лукия подошла к Кичигонаи, Римильда и Киган оживленно обсуждали что-то, поглядывая на ацелотту. В небе по-прежнему кружили корабли Черной Армады, в которых уже наверняка готовились к высадке группы переговорщиков и миротворцев.

Альда же, пользуясь всеобщей суетой, поспешила к Триану. Она знала, что он надолго в зале не останется, он терпеть не мог показывать свою слабость. Вместе они поднялись наверх, на крышу – там пока было пусто.

Отсюда открывался великолепный вид на город. Часть Чираканы еще полыхала пожарами. На многих улицах валялись отключенные роботы, вдалеке просматривалась громада уничтоженного «Саважа». Но все это можно было считать последними отголосками бури перед новым затишьем.

– Ты как? – осторожно спросила Альда.

– Жить буду.

– Тебе точно не нужна моя помощь? С таким полным перевоплощением…

– Это не совсем полное перевоплощение, – покачал головой легионер. – Ошибочно считать итальтика и ацелотт разными видами – или разными полами, мы попадаем в ловушку привычного нам языка. На самом деле это один вид в разных формах. В генетическом коде каждого итальтика заключена вся необходимая информация об ацелотте, породившей его. Мне нужно было просто запустить эту программу эволюции, но сама она имеет абсолютно естественное происхождение.

– «Просто»! – проворчала Альда. – Когда это такое было простым?

Она не выдержала, прижалась к Триану, хотя старалась на миссиях не демонстрировать связь между ними открыто. Легионер не стал возражать, он обнял ее за плечи. Оба они теперь наблюдали за величественно проплывающими в небе черными кораблями.

– Ты знаешь, Кичигонаи справляется хорошо, – заметила она. – Ты говорил, что это может быть хуже, чем смерть, но… Он как будто легко принял перемены…

– Он выполнит свой долг. Если бы я сомневался в нем, я бы не стал привлекать его к этому. Но есть то, что мы должны, обязаны делать, а есть то, чего мы хотим. Я предупредил Кичигонаи, что отныне его жизнь будет служением. Все его мечты о путешествиях придется забыть, ацелотты физически не способны покинуть планету. Он будет иметь огромную власть, но никогда не сумеет ею воспользоваться. Все, что раньше составляло смысл его жизни, окажется под запретом. Вот какую жертву ему нужно было принести за благополучие своего племени.

– А если бы он отказался?

– Я бы не стал его заставлять, – ответил Триан. – Тогда война все равно закончилась бы – но с кровью и привлечением Черной Армады. Теперь же мир будет заключен очень быстро, в этом я даже не сомневаюсь. Что же до жертвы… Однажды многим из нас приходится ее принести. И мы это делаем, потому что есть судьба хуже, чем смерть, но есть и награда больше, чем жизнь.

– Куда-то тебя совсем в жуткие недра философии понесло, – поежилась Альда. – Давай все-таки не будем ничем жертвовать! Как будто нам мало досталось… Как насчет того, чтобы просто пожить?

Она почувствовала, как Триан прижимает ее к себе чуть сильнее.

– Я-то не против, – задумчиво произнес он. – Но… не важно. Будем надеяться, что нам достанется право на такой финал.

Все шло идеально, будто по учебнику, а Лавинии все равно казалось, что это лишь декорация, ширма, за которой уже началось разрушение. Десятая понимала, что это глупо, у нее не было ни одной объективной причины так думать. И все же она ждала момента, когда все это кончится и она снова увидит солнце, одинаковое для Земли и Марса.

Рафаль провел их по всем уровням Объекта Д-1. Он принял на себя большую часть нагрузки, он уничтожал роботов и запирал в технических залах попадавшийся на их пути персонал. Правда, при этом он почти не разговаривал с Лавинией, он будто то и дело забывал, что она рядом. Но это было не так уж страшно, ведь он был спокоен, он улыбался… Ей все равно хотелось позвонить Фетъе и молить о помощи, однако она понимала, что это совсем уж глупо. Ей даже не на что было пожаловаться начальнику научного отдела!

Когда они добрались до нижнего уровня, она наконец вздохнула с облегчением. Они попали в центр управления «Демиургом», именно сюда их и направило руководство. Теперь им нужно было разблокировать главный компьютер, убедиться, что та самая третья сторона, которая спонсировала восстание на Марсе, не успела к нему подключиться, а потом вернуться на поверхность. И подъем пройдет гораздо быстрее, чем спуск, им ведь теперь некому мешать!

В центре управления дежурили четыре человека – ученые, не солдаты. Увидев, что до них добрались посторонние, они бросились к выходу. Лавиния хотела помешать им, но Первый остановил ее:

– Не надо. Пусть идут.

– Серьезно? – удивилась Лавиния, однако людей все же пропустила.

– Да. Никуда они не денутся.

Он направился к компьютеру, ввел несколько команд через панель управления. Люди к этому моменту забились в кабину лифта, но там их бегство и закончилось. Рафаль, получивший доступ к центральной системе станции, попросту заблокировал их внутри.

– Неплохо получилось! – оценила Лавиния.

Он не отреагировал, он продолжил работать с компьютером. Это не оскорбило: она обнаружила, что чем реже он на нее смотрит, тем лучше. Лавиния упустила момент, когда произошла эта перемена…

Она просто ждала. Рафаль был обучен работе с такими программами гораздо лучше, чем она, Десятая знала, что ничем не поможет. Она изредка наблюдала за ним, но чаще просто оглядывалась по сторонам. Хотя смотреть в небольшом круглом зале было не на что, и Лавиния быстро заскучала.

Она ожидала, что он скажет ей, когда все будет завершено. Однако, когда она в очередной раз посмотрела на Первого, то обнаружила, что он неподвижно стоит перед компьютером и смотрит на погасший экран. Через отражение Лавиния видела, что его глаза остаются открытыми, но абсолютно неподвижными.

По коже снова пробежали неприятные колющие мурашки, захотелось развернуться и бежать отсюда… Но это было бы нелепо, и Лавиния заставила себя действовать так, как и полагалось Десятой. Она подошла к Рафалю и мягко опустила руку ему на плечо.

– С тобой все в порядке?

Он медленно повернулся к ней, не отступая, и теперь они стояли друг напротив друга, так близко, что Лавиния чувствовала жар его тела. Раньше это возбуждало, а теперь усиливало необъяснимое предчувствие беды.

Может, потому, что его улыбка не была прежней. Раньше она легко очаровывала любого, а теперь больше напоминала застывшие губы робота-манекена. Или потому, что из глаз Рафаля на Десятую снова смотрело то самое существо, которое убило Киприана Фратчака.

Теперь уже Лавиния просто не смогла бы отступить. Ужас парализовал тело, она стояла перед мужчиной, которого еще недавно считала покорно своим, и едва сдерживала нервную дрожь.

– Ты закончил? – спросила она. – Мы… мы ведь можем уйти? Давай уйдем отсюда!

– Тебе хочется уйти без меня? – поинтересовался Рафаль. Голос тоже звучал странно… Как будто был не голосом Первого, а его удачной, но не совсем точной имитацией.

– Нет, конечно, ты что! У меня и в мыслях не было уходить без тебя!

– Да. Ведь ты меня любишь.

– Люблю… – растерянно прошептала Лавиния.

– Хорошо. Тогда ты рада будешь остаться со мной навсегда.

Сначала она почувствовала толчок, потом резкую, непривычно сильную вспышку боли, ну а дальше откуда-то послышался плеск воды. Лавиния уже знала, как все это сочетается. Она просто не хотела верить… Но она должна была.