"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 726

Действовать пришлось быстро, и сейчас это спасало, не оставляло времени раздумывать над рисками и шансами на успех. Стерлинг выбрал наиболее подходящий для подъема склон и выстрелил расширенным залпом по нитям, растянувшимся на пути.

Горели они даже лучше, чем ожидал киборг: вспыхивали и рассыпались в труху до самых светящихся сгустков. Сгустки при этом дергались, а земля под ногами киборга шла дрожью. Существо было лишено голоса, однако сомневаться, что ему больно, не приходилось. Любой живой организм реагирует на боль, и киборг не собирался дожидаться ответной реакции.

Стерлинг рванулся вперед – туда, где проход был пока открыт. Он настроил протезы на максимальную мощность, даже зная, что это может навредить им. Какой смысл беречь технику, если ей станет некому служить? Он двигался быстрее, чем раньше, и уж точно быстрее, чем способен обычный человек. Слепое существо просто не успело его перехватить, не сообразило, как это делать, и секундой позже Стерлинг все-таки вырвался на поверхность Марса.

Это должно было стать спасением, ведь в любой игре положена награда! Но жизнь – не игра, и обожженный уродец не собирался так легко отказываться от навредившей ему добычи. А может, дело было не в мести. С Марса давно вывезли большую часть живых существ, подземный хищник голодал, и он продолжил атаку, хотя в иных обстоятельствах наверняка бы отступил.

Белые нити взвились следом за Стерлингом, двинулись в разные стороны, ощупывая пространство вокруг себя. Из ямы слышался шум осыпающейся земли – похоже, хищник выбирался на свободу. Твердая поверхность дороги пошла трещинами, намекая на истинный размер и силу уродца. Стерлинг начал отползать, прекрасно зная, что уже не успеет сбежать, да и сопротивляться не сможет…

Но ему и не пришлось. Молнии рассекли воздух голубыми и белыми хлыстами, наполнив его свежим острым запахом, какой бывает обычно во время сильной грозы. Они попали в существо с идеальной точностью, уничтожили белые нити до основания, причинили уродцу такую боль, что он задергался, однако на этот раз не в желании напасть, а в стремлении спрятаться, зарыться поглубже. Видимо, даже до его крошечного мозга, или что у него там выполняет эту роль, дошло, что голод все-таки лучше, чем смерть.

Стерлингу не нужно было гадать, кто же его спас, электрокинетик на планете был всего один. Оглянувшись по сторонам, он обнаружил Кигана, неспешно приближающегося к нему со стороны перекрестка.

– Ты по-прежнему неразборчив в выборе друзей, – заметил электрокинетик. – Ты зачем вступил в контакт с живой соплей?

– Обознался! – мстительно покосился на него киборг. – Что делать будем?

– Да вот не знаю пока…

Они оба понимали, что оставлять существо без внимания нельзя. Нельзя и покидать его тут: если оно способно перемещаться под землей, оно уползет куда угодно. Однако даже Киган, который имел об осторожности и терпении весьма смутное представление, на сей раз не спешил в атаку. Электрокинетик слишком хорошо понимал: его способности плохо подходят для битвы с тем, кто живет под землей, да и известно об этом создании маловато.

Пока они лишь подошли к краю ямы и посмотрели вниз. Мерцающие сгустки исчезли, о нитях напоминали только редкие хлопья пепла, и, если бы не сканеры, Стерлинг решил бы, что существо уже уползло.

– Слушай, а ты не хочешь прыгнуть вниз и героически самоуничтожиться, унося его с собой? – задумчиво поинтересовался Киган. – Нет у тебя такой функции?

– Очень смешно, уверен, он сейчас хохочет внизу, – сухо отозвался киборг.

– Ты успел определить, что это он? Ты на что вообще упал?

– Да хватит уже! Что мы будем делать?

– Все еще не знаю, – посерьезнел электрокинетик. – Вариантов не так много, придется…

Стерлинг так и не узнал, что там Киган счел необходимым. Земля под ними задрожала, и на этот раз куда сильнее, чем раньше. В какой-то безумный миг показалось, что хищник передумал, пошел в атаку, отчаянную и почти самоубийственную. Как еще можно было объяснить то, что он двинулся вверх, да еще и так стремительно?

Существо действительно появилось из ямы, но определенно не по своей воле. Тут и сомневаться не приходилось: оно взлетело в воздух да так там и застыло, извивающийся пласт полупрозрачной плоти. Оно постоянно менялось, то наращивало бугры, то выпускало нити, но ни до чего уже дотянуться не могло.

В другой ситуации Стерлинг распознал бы телекинетический захват раньше, а тут пришлось преодолевать шок. Однако киборг все равно справился, пришел в себя, сообразил, что гигантского уродца, по размеру сравнимого с половиной челнока, легко вытащил из земли обладатель специальных способностей. Да еще каких! Пожалуй, сделать это так безупречно, не просыпав на дорогу ни горстки земли, не получилось бы не то что у Рале – у любого телекинетика с номером ниже первой десятки.

А тот, кто оказался на Марсе, не просто вытащил существо, он еще и удерживал извивающуюся тушу в воздухе. Не похоже, что это отнимало у него много сил: телекинетик, все-таки решивший подойти ближе, выглядел расслабленным, будто это вообще не он перехватил подземного хищника.

Он был молод, лет тридцати, не больше, а скорее всего – меньше. Выглядел мужчина как тренированный офицер: высокий, подтянутый, спортивный. Не откровенно ухоженный, но из тех, на ком стараются повиснуть все гражданские девицы, хоть сколько-то в этом заинтересованные. Смуглый темноглазый мужчина пришел в обычной одежде: плотных брюках, спортивных ботинках, футболке и куртке, он не носил форму, хотя на миссии особого значения этим озадачился даже Киган.

Подобный подход сбивал с толку, лицо оказалось незнакомым, так что Стерлинг даже не был уверен, друг перед ними или враг. Что, если это вовсе не союзник, а один из наемников, непостижимым образом затаившийся на Марсе? И существо он держит в воздухе не для демонстрации силы, а чтобы швырнуть в своих врагов и наблюдать за их мучительной смертью?

Предположение, что среди их врагов есть настолько могущественный телекинетик, отозвалось в душе неприятным холодом. Бояться Стерлинг умел, но не любил, а еще больше он не любил неопределенность. Поэтому киборг тут же отсканировал лицо незнакомца и запустил программу поиска.

Долго ждать результат не пришлось: телекинетик был прекрасно известен космическому флоту. А еще, как ни странно, его узнал Киган, у которого доступа к архиву точно не было.

– Вот и разобрались, кого начальство нам в командиры приписало, – тихо сказал он.

Стерлинг напряженно кивнул. Наивно было предполагать, что офицера такого уровня сделали бы рядовым следователем или чьим-то помощником. Нет, перед ними точно стоял лидер миссии, иную роль номер 1 среди телекинетиков и не принял бы.

И существо он рассматривал не для того, чтобы использовать против них, а просто из любопытства.

– Знаете, что это? – спросил молодой мужчина, игнорируя приветствие. Хотя уже то, что он отказался от формы, намекало, что к правилам он относился не слишком внимательно.

– Вид неизвестен, – сообщил Стерлинг.

– Хрень, – пожал плечами Киган.

– Согласен со вторым определением, – усмехнулся телекинетик. – А нам тут хрень не нужна.

Киборг ожидал, что он раздавит уродца, но молодой мужчина пошел еще дальше. Номер 1 просто уничтожил существо, расщепил на мельчайшие частицы, превратил в белесый туман, который направил в сторону цветника и развеял над растениями. Пара секунд – и казалось, что и не было тут никогда гигантского хищника, а телекинетик при этом оставался все таким же расслабленным.

В базе данных было сказано, что он не сразу взлетел на первый номер, сначала был назначен на пятый. Однако на то, чтобы закрепиться на вершине, ему понадобилось два месяца. В открытых личных делах никто никогда не сравнивал нынешних офицеров с их предшественниками. Но Стерлингу, который лично встречался с Делией Этерион, вдруг показалось, что нынешний номер 1 не уступает своей легендарной предшественнице. По крайней мере, он стал первым телекинетиком на памяти киборга, в движениях которого прослеживалась такая же легкость и такое же наслаждение собственным даром.