"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 782

Когда с Византийской Пятеркой было покончено, Делия наконец повернулась к Альде, посмотрела на нее, и в этом взгляде невозможно было ничего прочитать, а лезть в ее мысли телепатка пока не рисковала.

– Я так понимаю, они были тебе не нужны? Только она? – поинтересовалась Делия, кивнув на Азахару. Профессор по-прежнему пребывала в том безумии, которое создали ее обожаемые дети, и даже не заметила их смерть.

– Да… – прошептала Альда.

– Вот и славно. Зови сюда старшего по званию, настало время обсудить условия моего возвращения в космический флот.

Хотелось наверх. Обратно на поверхность, к солнцу – самому настоящему Солнцу, первозданному, породившему когда-то жизнь на Земле, а теперь сиявшему и жизни на Марсе. Римильда понимала, что рассуждает ненаучно, что одна благоприятная для жизни звезда ничуть не лучше другой. И все же было в Солнце нечто особенное, инстинктивно понятное только его детям.

Что может быть проще, чем двигаться наверх, к небу? Используя сохранившиеся тоннели – и пробивая новые, если придется. Теперь Римильда могла себе это позволить: она не восстановилась полностью, однако запасы, переданные ей Эстрид, помогли. Номер 2 изначально была сильна, и даже половины ее способностей хватило бы, чтобы сделать очень многое.

Легионер тоже восстановилась. Сложно сказать, полностью или нет, но выглядела она прежней – взрослой, детское тело развилось стремительно. Римильда не видела, как именно это происходило, потому что предпочла не смотреть. Есть моменты, когда никакое любопытство не может быть оправданным, их лучше не пускать в свою память, ничего хорошего они не принесут.

Они обе могли бы пройти наверх, но Эстрид сразу после восстановления сказала:

– Здесь придется задержаться.

Слово это, «задержаться», сразу же отозвалось тоской внутри. Задержаться – после стольких дней страдания, после всего, что уже случилось! Римильде всем сердцем хотелось возразить, а она промолчала, просто кивнула, подтверждая, что согласна.

Не потому, что она боялась свою спутницу – Римильда ее вообще не боялась. Да, они не были равны по способностям. Но они оказались достаточно близки, чтобы уважать друг друга. Если бы Эстрид предложила задержаться в подземелье просто из-за каприза или в стремлении к карьерным достижениям, Римильда сразу послала бы ее подальше.

Однако легионеру хотелось торчать тут не больше, чем хилеру. Эстрид было к кому вернуться, она сразу дала это понять… Она хотела уйти! Но она видела, что еще рано. В подземелье творилось нечто опасное, и военные это допустили. К военным вообще обращаться нельзя, уже очевидно, что среди них есть предатели, поддерживающие диверсантов.

Зато здесь, в их маленьком дуэте, таких предателей нет, им и предстоит поработать.

Эстрид подобрала с окровавленной земли переносной компьютер, оброненный диверсантом, внимательно его изучила.

– Что думаешь? – спросила Римильда.

– Думаю, что это просто рабочий инструмент, он ничем не управляет. Нам нужно найти тот, где содержатся сведения о диверсии.

– Мы можем разделиться, чтобы было быстрей.

– Нет смысла. Дополнительный риск не оправдан теми несколькими часами, которые мы выиграем.

Несколькими часами в подземелье… Но Эстрид не была даже отдаленно похожа на человека, которого это волнует.

Словно само пребывание здесь было недостаточным испытанием, они еще и продолжили путь без света. Сейчас, когда они обе восстановились, это было не так уж сложно: хилеры легко отключали зрение и полагались на другие органы чувств, Римильда не раз так делала.

Но это было раньше, до того, как она много дней провела в абсолютно темной клетке, искалеченная, слабая, лишенная надежды на спасение… В темноте сдерживать воспоминания об этом становилось все сложнее. Эстрид справлялась со всем лучше, однако про Пятую давно уже ходили слухи, что ее выдержке могут позавидовать даже капитаны.

Римильда же чувствовала, что поддается панике. С этим нужно было срочно что-то делать, и она решила блокировать одни воспоминания другими, это требовало от нее меньше всего энергии, которой накопилось не так много.

Она думала о Кигане. Он же наверняка выжил… Должен был выжить! Она для этого все сделала, да и он не был беспомощен. Когда она оставляла его, она точно знала: у электрокинетика хватит энергии, чтобы защититься от атакующей твари.

Единственным, что могло погубить Кигана, стало бы придурковатое благородство. Если бы он вбил себе в голову, что не имеет права жить ценой смерти Римильды, он мог натворить глупостей. Хилер искренне надеялась, что он до такого не додумался – или что его вовремя остановили. Потому что вернуться к нему и узнать, что на самом деле не к кому возвращаться, это же… нечестно просто!

Хотя для начала не мешало бы выжить самой, а тут пока все складывалось непросто. Римильда внимательно следила за наклоном тоннелей, чувствовала, что наверх они пока не ведут. Хилер и легионер оставались в нижней части разрушенной базы, ведь именно здесь располагалась большая часть кокона.

И здесь же снова появились посторонние. На этот раз – большая группа, семь человек, и Римильда даже заподозрила, что это военный патруль. Эстрид тоже их заметила, она замедлилась, она пока не собиралась ни нападать, ни выходить к ним. После недолгой паузы легионер начала забираться по отвесной стене кокона, чтобы укрыться под потолком, который в этой части тоннеля оказался на удивление высоким.

После недолгих колебаний Римильда последовала за ней, хотя ей совсем не хотелось вновь касаться марсианского чудовища. Но это было не опасение риска, а, скорее, сентиментальное нежелание жертвы касаться своего мучителя. Хилер с легкостью пересилила себя: она по-прежнему служит во флоте, тут не место для жалости.

Они обе добрались до потолка, закрепились там, когда впереди показался свет. Яркий, белый, как раз такой, в каком нуждались обычные люди. Так что они могли быть военными… И все-таки не были. Потому что носили они не форму, а специальные маскировочные костюмы, которые при необходимости помогли бы им слиться с темнотой.

Это тоже указывало на отличную подготовку. Будь диверсанты чуть глупее, они раздобыли бы военную форму и попытались бы сойти за «своих». Но эти действовали грамотно, они как раз сообразили, что на такую миссию, как охрана особо опасного объекта, посылают группы военных, которые знакомы друг с другом – или хотя бы знают друг друга в лицо. Так что диверсанты предпочитали держаться от них подальше, прятаться, а потом незаметно удрать, когда их миссия будет завершена.

Обычно такую угрозу легко устранял сильный телепат, приставленный к охране. Но на этот раз его, судя по всему, не прислали…

Римильда собиралась понаблюдать чуть дольше, чтобы гарантировать: это не какие-нибудь механики, это действительно враги. Эстрид принимала решения намного быстрее. Она дождалась, пока группа окажется прямо под ними, и просто разжала пальцы, позволяя себе упасть. В воздухе она ловко развернулась и при приземлении сразу же атаковала.

Она ничего не объясняла диверсантам, вообще не разговаривала с ними. Беседы с теми, кого она собиралась убить, легионер определенно считала бессмысленными. Двое мужчин погибли, даже не сообразив, что случилось, слишком уж быстро это произошло. Одному она свернула шею, второму перебила горло. Как только смертельная рана была нанесена, Эстрид тут же забывала о своем противнике. Она не испытывала к ним ничего похожего на ненависть и уж точно не наслаждалась их смертью. Она действовала с методичностью машины: просто достигала своей цели.

Остальные пятеро успели увидеть, что им противостоит… кто-то. Вряд ли они поняли, кто. Они могли вообще не знать о существовании легионеров, эту тайну по-прежнему неплохо оберегали. Но даже если они знали, они не ожидали встретить здесь кого-то из высших! Эстрид, пожалуй, казалась им призраком – с ее белой кожей, льняными волосами, красными глазами и покрытой кровью одеждой, которую она сняла с одного из диверсантов из первой группы.