"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 540

— Ладно, ладно, пристыдила. Обещаю, в следующий раз буду прикрываться одетой и уж точно не тобой, — Эйнар широко улыбнулся и сел. — А потенциальный бойфренд ждет внизу до особых указаний. Я предупредил охрану, чтоб не гнали.

— М-м-м, — протянула девушка, наклоняясь и целуя собеседника. — Значит, все-таки не стареешь? Хорошо.

— Я? Стареть? Да ты раньше постареешь.

Собеседница легонько дернула его за ухо:

— Это точно. У меня с тобой год за пять идет. Может, пора поменять? На «потенциального бойфренда».

— Нужна ты ему в таком почтенном возрасте, — Эйнар сделал вид, будто что-то подсчитывает в уме. — Год за пять? Стало быть, тебе…

— Лучше молчи! — предупредила Ита. — Еще хоть слово, попрошу «бойфренда» отыскать тебе в осведомители банду нимфоманок. Заплатишь им пару раз натурой, тогда и посмотрим, кто раньше постареет. И поседеет.

Будто бы в предвкушении собеседник поцокал языком и, поглаживая девушку по обнаженному бедру, сказал:

— Если они окажутся бисексуальны, придется тебе разделить со мной все тяготы и невзгоды.

Ответом ему стало насмешливое фырканье. Ита толкнула Эйнара, опрокидывая обратно на кровать, и спросила:

— Можешь назвать хоть одну причину, по которой я терплю твой мерзкий характер?

— Я не храплю ночами? — предположил он.

— Вообще не аргумент. Ночами я крепко сплю.

— Ну, значит, я просто самый лучший. У всех вокруг характеры еще мерзее, — заключил Эйнар, перехватывая девушку за руку и увлекая к себе на кровать.

Торопиться на встречу с Диего он явно не собирался. Ита рассмеялась и легко вывернулась.

— Лучший из худших, одевайся уже. Нехорошо заставлять ждать бедного парня, который очень хочет быть полезным. И отдай мою одежду, — она потянула из-под собеседника свою уже порядком измявшуюся майку.

Тот милостиво подвинулся.

— Кстати, у меня таблетки от конопушек заканчиваются. Последний блистер остался, — сообщила девушка, собирая с пола разбросанные вещи.

Эйнар в ответ что-то невнятно промычал.

Ита рассердилась.

— Хватит валяться! Одевайся! — в него полетели шорты.

* * *

Пока Эйнар собирался, Ита снова сбежала от него в ванную — к зеркалу, одежде и косметичке. Надо было привести себя в порядок, что в присутствии мужчины делать, мягко говоря, непросто — очень уж они любят подгонять и отвлекать.

А еще, как назло, тушь для ресниц почти закончилась. Даже пришлось воды чуть-чуть капнуть, чтобы хоть как-то накраситься.

Надо новую, наконец, купить. Уже недели две как надо. Жаль, что вспоминается об этом только по утрам. Впрочем, есть подводка для глаз, а значит, недостаток объема ресниц можно компенсировать ею.

Ита любила делать макияж. Ей нравилось, как меняются от этого черты, делаясь более выразительными. Сейчас уже подзабылись те дни, когда она не могла смотреться в зеркало, не могла прикасаться к собственному лицу. Потому что в ее представлении это было чужое лицо.

И мужчина с ней рядом тоже казался чужим. Впрочем, почему-то именно это помогло ей пережить тот непростой период. Казалось, если мужчина другой, то можно начать всё с нуля, «забыть», что было между ними прежде, оставить в прошлом трясущуюся рыжую девчонку из корпсектора, словно её никогда не существовало, словно появились сразу Ита Маккена и Эйнар. С той лишь разницей, что Ита Маккена, в отличие от «сгоревшей» Айи Геллан, никогда не смотрелась в зеркало.

Она смутно помнила свое «рождение», потому что прошло оно через паническую атаку — человек в белом халате, стерильная операционная, шприц и тонкая, остро блестящая в ярком свете хирургических ламп игла… Пациентку накрыла волна истерического ужаса.

В итоге укол сделал Керро, потому что его она знала и смогла к себе подпустить. Хорошо, что он предвидел подобный заскок и первой отправил под скальпель спутницу, а не лег сам. Эйнару Айя Геллан уж точно бы не далась.

Она очнулась, когда с лица снимали компресс, пропитанный регенерирующей жидкостью. Операционная не изменилась. Прошло, наверное, несколько часов. Доктор поднес ей зеркало, из которого на девушку первый раз посмотрела Ита Маккена.

Та, которую прежде звали Айей Геллан, почувствовала, как операционный стол и сама операционная плывут у нее перед глазами. Она подняла руки (свои руки!) и поднесла их к чужому лицу. Потрогала непривычный нос, щеки, ощущая кожей прикосновения, наблюдая их в зеркало и… не осознавая их прикосновениями к себе.

Сразу после этого ее скрутил приступ неудержимой тошноты, внутренности подпрыгнули к горлу, тело обсыпал пот, и Айя-Ита оттолкнула руку врача, держащую зеркало.

Не вырвало пациентку буквально каким-то чудом.

— Нормальная для первого раза реакция, — спокойно прокомментировал хирург. — Почаще смотритесь в зеркало. Говорите со своим отражением. Голос-то у вас не изменился. А форма носа и губ ничего не решает, это по-прежнему вы. Трогайте лицо руками, не бойтесь. Оно теперь ваше, и надолго. Привыкнете.

Айя-Ита кивнула, пробормотала слова благодарности, как-то тускло улыбнулась Керро и сползла со стола. Она бы предпочла постепенное вхождение в образ, как это было в старину — с опухшим лицом, шрамами, синяками… Всяко лучше, чем вот так вот резко.

А потом так же резко не стало и Керро. Появился Эйнар. И ей понравилось, как он выглядел. Действительно понравилось. Хотя, скорее всего, это была реакция на собственный шок. Ей хотелось убедиться, что он — это он, а она — она. И он убеждал ее остаток ночи, а потом часть утра. Однако еще месяц, не меньше, она по-прежнему не верила и жадно требовала всё новых и новых убеждений. Он не возражал. И это были слегка сумасшедшие несколько недель, за которые Ита так ни разу и не взглянула на себя в зеркало.

В целом ее жизнь, действительно, стала несколько безумной, ведь в ней у новой, живой и задорной личности вечно не к месту всплывали привычки и автоматизмы занудной и унылой старой. Причём у Иты Маккены с Эйнаром отлично складывалось, они друг друга прекрасно понимали, пока… Пока не влезала Айя с её вечными сомнениями и вопросами.

Однажды Ита решила, что ей надоело это унылое задротство. Проводила Айю в последний путь, помянула и забыла. Помогло, но не до конца. И даже после прощания Ита Маккена всё равно не смогла посмотреться в зеркало. Помучавшись еще пару дней, она решила, что ей вполне нормально без зеркал. Просто прекрасно! А на зеркало в ванной, чтобы не раздражало, стала накидывать полотенце.

Скоро Эйнар заметил этот её заскок и спросил:

— Ты умываешься, не снимая визора?

Ита захлопала глазами:

— Нет.

— А чего тогда зеркало завешиваешь?

— Э-э-э… — она не нашлась, что ответить.

— Понятно.

Мля!!! Она не всегда могла быстро найтись с ответом. И частенько из-за этого попадала впросак. Впрочем, в остальном с Эйнаром было хорошо. Однако Ита понимала: одного «хорошо» мало. И общей цели мало, ведь рано или поздно цель будет достигнута. Реальный союз возможен только между равными. И она тянулась изо всех сил: стрельба, основы рукопашного боя, физическая подготовка, «уличный» этикет. Она собиралась сделать всё, чтоб их с Эйнаром «хорошо» осталось навсегда.

Впрочем, иногда, конечно, бывало и плохо. Всякое случалось. Например, когда Эйнар понял про зеркала. Ита чувствовала, что ему это не нравится. А значит, он придумает, как заставить её поступить так, как считает нужным. Ненавязчиво, но непреклонно. Вроде бы не оказывая давления. Вроде бы даже не заводя разговоров. Но — оп! — и она уже делает то, что делать не хотела.

Не ошиблась. Так и вышло.

Когда их занесло в триста восьмой сектор, — белейший из белых, жемчужину мегаплекса, — Эйнар купил ей набор косметики.

Девушка попыталась выкрутиться:

— Тебе не нравится, как я выгляжу?

— Нравится.

— Зачем тогда?

— Подумал, тебе нужны всякие такие штуковины.

— Значит, все-таки не нравится? — начала медленно закипать Ита.