"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 748

— Понял. Еще вопрос, — Дейл посмотрел на сестер. — Что с Рексом?

— А что с ним? — удивилась Мэрилин. Су Мин тоже в недоумении вскинула брови.

— Какой уровень допустимого воздействия на него в случае проблем? Учитывая, что он ведет дела с… — Дейл кивнул на кореянку.

Мэрилин пожала плечами и взглянула на сестру, мол, тебе виднее.

— Игольники, — отозвалась та, — и немедленно сообщить сестре или мне. Только нам, — подчеркнула она.

Дейл кивнул, внимательно посмотрел на обеих женщин и сказал:

— Ладно. Тогда я, пожалуй, пойду. Анекдоты свежие поищу.

С этими словами он вышел.

* * *

Абэ шел по сектору. Часы визора показывали девять ноль шесть. Улицы были практически пусты, похоже, после вчерашней встряски, а затем спонтанного расслабона все отсыпались.

От ночной гулянки остался только мусор: упаковки, пластиковые стаканы, бутылки, использованные презервативы и прочий срач. Впрочем, патруль уже подтянул народ с окраин, и беднота с уцелевшими беженцами сноровисто собирали все в мусорные мешки. Сдадут под пресс. И нищете хорошо — заработают, и тем, кто богаче — под ногами чисто.

Пацаненок лет трех сидел на обломке бордюра и жадно высыпал в рот крошки из собранных с земли пакетов от снеков. На его лице при этом было написано такое счастье, что Абэ не выдержал, улыбнулся.

В этот момент в визоре замигал индикатор вызова и иконка контакта Ли Янь. Абэ легонько коснулся кнопки, принимая вызов:

— Да, бонзо.

— Такеши, мне только что доложили, что в наш сектор прибыли Скала Джексон, Утырок Бобби и Крошка Ян.

— Надо же, — хмыкнул зам, — люди Ральфа им не сообщили. Как работать? Тихо или громко?

— Громко. Я хочу, чтобы все узнали об их замыслах и за что ты их караешь.

— Будет исполнено.

Абэ остановился, прикидывая ситуацию, а уже через полминуты выбирал контакт.

— Привет. Слушай, а Ральфа Секи момент мы уже или еще жив?

— Без понятия, дай пару минут.

— Жду.

Вызов Абэ не сбросил и, ожидая, смотрел, как из подъезда соседнего дома вышла девушка, похоже, не из шлюх, кому-то внутри помахала и пошла по улице, мечтательно улыбаясь.

— Сидит со вчерашнего утра в дальней камере, — наконец, отозвался далекий собеседник. — Прикинь, мы про него вообще забыли.

— Скажи, чтобы напоили и отвели в допросную. Скоро приду.

* * *

Ральф выглядел совсем плохо. Глаза воспаленные, одежда грязная и мятая, пованивал мочой. Если его и правда забыли в боксе на сутки, то неудивительно. Долго Ли Янь пленников не держит, а потому в боксах для содержания нет даже самых примитивных санитарных удобств.

— У бонзы появились мысли относительно того, что с тобой сделать, — Абэ подошел к прицепленному к железному стулу Ральфу.

— И что? — дрожащий голос пленника звучал сипло.

— Она очень огорчилась, когда узнала, насколько непочтительно ты и твои сообщники отнеслись к ее словам о защите беженцев. И потому решила пустить тебя на сахарок.

Ральфа проняло! Как бы еще раз не обоссался, напиться-то ему дали. По правде говоря, Абэ не имел ни малейшего представления о планах Ли Янь, но спрашивать счел излишним. Будь ей важна судьба Ральфа, она бы это озвучила.

Пленник молчал, но начал потрясываться.

— Впрочем, я готов предложить тебе вариант попроще. Интересует?

— Да, — короткое слово далось Ральфу с большим трудом.

— Так уж вышло, что твои сообщники приехали в наш сектор. И мне крайне нужны для них убедительные аргументы. Поэтому сейчас ты на камеру расскажешь про ваши планы и что вам было известно о защите, данной Ли Янь беженцам. После этого я тебя просто застрелю.

— Пойдешь против бонзы? Ты? — Ральф недоверчиво вскинул голову, но в глазах засветилась надежда.

— Бонзе абсолютно все равно, кого пускать на сахарок — тебя или кого из твоих подельников. Решай.

Пленник сглотнул, затравленно глядя на Абэ.

— Я могу быть полезен… — начал он.

— Нет, — сразу оборвал его Абэ. — У меня задание.

* * *

Есть что-то сродни трансу в сидении перед зеркалом, в котором отражаешься не совсем ты. Точнее ты, но с чужим лицом. Да, уже привычным, но чужим. Микаэла Куин неторопливо доплела косу, стянула ее шнурком. Провела последний раз щеткой по волосам и несколько секунд смотрела самой себе в глаза. Глаза были единственным, что осталось на этом лице от Джоан Синклер.

Что ж, пора. Зеркало останется здесь. Оно больше не понадобится. Микаэла бросила на отражение прощальный взгляд. Она уже отвыкла от обычной одежды и сейчас — в джинсах, клетчатой ковбойке и безрукавке — казалась себе незнакомкой.

В памяти неожиданно всплыло давно забытое, читанное еще в университете: «Ты не видывал смерти, Дикки? Учись, как уходим мы!»

Забавно, как всё повернулось. Судьба возвращает Джоан назад, в ту корпорацию, из которой она когда-то сбежала. А что еще забавнее, мужа Джоан действительно звали Дикки. Бывшего мужа. Ведь Джоан Синклер давно мертва…

Интересно, как ты там? Ричард Синклер. Чем ты живешь? Наверное, снова женился… Может быть, у тебя даже есть дети. Вторая попытка, второй шанс сделать всё правильно. Хорошо, если тебе хватило ума не повторить ошибку юности и не выбрать в жены одержимую наукой женщину. Тебе бы больше подошла молоденькая дурочка, смотрящая в рот. С такой, возможно, у тебя и получилось бы.

Хотя… ничему ты не научишься, пусть и узнаешь. Точно узнаешь! Тест ДНК мгновенно установит личность, и к тебе придут. Главное — не дрожи. Помни, что ты все-таки мужчина, пускай и прятавшийся в свое время за женской спиной. У тебя неплохо получилось долгие годы жить за счет жены, а потом обвинить ее в том, что она оказалась никудышной матерью и плохо выполняла обязанности хранительницы семейного очага.

Джоан усмехнулась. Есть что-то жалкое в женской злопамятности. Дикки ее, надо думать, давно забыл, а она все не может простить, что он оказался недостаточно сильным, не остановил ее одержимость, прежде чем та зашла непоправимо далеко. Но почему? Почему она вменяет это ему в вину? И почему вообще считает его таким жалким ничтожеством? Сама ведь выбрала когда-то. Застенчивого мягкого паренька, смотревшего ей в рот и млевшего от восхищения. А потом удивилась, что паренек, даже став мужчиной, так и продолжил смотреть ей в рот, так и считал главой семьи с правом первого голоса, а сам не мог принять никакого решения. Всегда был слабоват для высшего. Мягкотелая размазня.

Но тут тихонько шевельнулось в груди ехидство. А может, дело в том, что ты не давала ему шансов на самостоятельность, а, Джоан? И теперь снова кичишься тем, что оказалась сильнее, как будто это какое-то странное соревнование по гендерному превосходству. Так, может, виноват действительно не Дикки, а твоя мания вечно всё контролировать, вкупе с неспособностью идти на компромиссы?

Как-то нелепо и глупо прошла жизнь. В лихорадочной спешке, в беспринципной гонке, когда не замечаешь окружающего мира, а лишь стремительно мелькающий пейзаж, когда нет времени остановиться, оглядеться… Ты всё упустила. Ничего не видела, кроме своей лаборатории. Погубила свою семью, любящего и некогда любимого мужчину превратила в подкаблучника, потеряла сына…

Микаэла Куин сделала глубокий вдох.

Джоан Синклер умерла. Туда ей и дорога. Ее не было жаль. Всем, кто ее любил и кого у нее самой хватало времени любить, она принесла только боль и несчастье. А вот Микаэла была другой. У нее была семья, были дети. Есть семья. Есть дети. Любимые и любящие. Вон они, ждут за дверью, пока она выйдет.

Док раскрыла саквояж, который стоял рядом со складным зеркалом. На самом дне, под стопкой кассетниц, рядом с малым хирургическим набором, лежал небольшой пластиковый бокс. Микаэла извлекла его и положила на стол. Внутри находилось то, без чего она обходилась целых шесть лет: маленький пистолет, запасной магазин к нему и шестнадцать патронов. Один раз им пользовалась. В ночь побега…

Немного неуклюже Микаэла начала набивать магазин. Пружина сжималась по мере заполнения. Теперь вставить в рукоять. Кожух-затвор, потянуть назад и вперед. Щелчок. Патрон лег в патронник.