"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 811

К горлу подступила тошнота.

Эти воспоминания не скоро забудешь.

Стоя под душем, девочка яростно терла себя губкой, словно надеялась, что ею, как ластиком, сотрет и смоет в канализацию всё осевшее в памяти. Навалились усталость и апатия.

Когда Элли в трусиках и просторной майке тихонько вышла и заглянула в комнату к сестре — там оказалось пусто. А вот в спальне папы послышалось шевеление. Девочка осторожно открыла дверь и увидела, как Энни устраивается спать на отцовой кровати. Заметив близняшку, она виновато улыбнулась:

— Я…

Элли прошлепала к ней, залезла под одеяло и обняла.

Кровать пахла папой — то ли его лосьоном после бритья, то ли дезодорантом, но чем-то очень родным.

— Как думаешь, нам теперь это долго будет сниться? — спросила Энни.

— Нет, — твердо ответила сестра. — Ничего нам сниться не будет. Мы все сделали правильно.

Она, конечно, врала.

В комнату заглянула Мэри с подносом, на котором стояли два стакана молока и тарелки с пирогом.

— Вот вы где, — не рассердилась она. — Правильно, спите-ка лучше тут. И мне спокойнее. Но все-таки поешьте.

Энни с запозданием поняла, что если бы Мэри попробовала накормить их мясным, их бы, наверное, обеих сразу же вывернуло от одного вида еды. На мясо, ветчину и прочее такое смотреть еще долго не захочется. При одной мысли к горлу подступал комок.

Девочки пили молоко и вяло жевали пирог.

— Я вот вам что скажу, — спокойно сказала, глядя на их потухшие лица, гувернантка, — вы плохо поступили, когда сбежали. Но тем людям очень повезло, булочки, что, когда все случилось, вы оказались там, где оказались.

Сестры с недоумением переглянулись.

— Да, — кивнула Мэри. — Иначе кто бы их спас, кто бы помог? Сколько бы еще взрослые организовывались? Сколькие бы умерли, не дождавшись врачей? Не иначе, как сам КорпДух вас туда отправил. Так что глупость, которую вы совершили, очень может быть, была Его волей.

Она со значением посмотрела на девчонок.

Эта незамысловатая религиозная мысль не приходила в голову сестрам, а теперь, когда Мэри ее озвучила, очень утешила. На смену чувству вины и опустошению к девочкам пришло осознание, что они справились, поступили хорошо и многим помогли. Поэтому, доев пирог и допив молоко, Энни и Элли, успокоенные, улеглись в обнимку на отцовой кровати, Мэри укрыла девчонок просторным одеялом, и через несколько минут они уплыли в теплый сон.

* * *

Шел дождь. Порывистый ветер швырял в закрытое окно пригоршни воды. На улице впервые за последние недели разыгралась непогода. Наверное, оттого спалось так сладко и спокойно.

Элли разбудил хлопок входной двери и негромкие голоса.

— Энни, — она осторожно потрепала по плечу сопящую рядом сестру. — Папа вернулся! Папа дома!

Энни сразу села, отбрасывая одеяло:

— Папа?

— Идём!

Они выбрались из кровати и торопливо пошлепали вниз.

— Папа! — Элли сбежала по лестнице, но на последней ступеньке застыла, не зная, как себя вести. Папа пришел не один, рядом с ним стояла только что сложившая зонтик Сюзанна и, улыбаясь, смотрела на заспанную растрепу в просторной футболке.

Элли сделала неуверенный шаг вперёд.

— Папа, папа, — спокойно сказал Гай, и дочь увидела в его руках пакеты из японского ресторана — их с Энни любимого.

Отец не жаловал японскую еду. Да к тому же никогда бы не стал заезжать и покупать что-то. Обычно он оформлял заказ по пути с работы, и его привозили на дом: девчонкам — их любимые суши и роллы, Гаю — что-нибудь из соседнего заведения, стейк или бургер с картошкой.

Но в этот раз он стоял с пакетами из «Нобу». И Сюзанной.

Элли молча сделала шаг к этой еще чужой для нее женщине и нерешительно остановилась. Наверное, следовало обнять папу, а потом ее. Или только папу?

Сюзанна улыбнулась. Чтобы снять повисшую неловкость, протянула девочке коробку и спросила дружелюбно:

— Заберешь десерт?

Пока Элли нерешительно мялась, подошедшая сестра твердо отодвинула ее в сторону, после чего обняла одновременно и папу, и его спутницу.

В этот момент Элли даже не столько увидела, сколько почувствовала громадное облегчение, которое испытал отец. С запоздалым удивлением дочь поняла, что он, оказывается, тоже не знает, как себя вести, и тоже переживает. Она вспомнила, что папа никого не боится и вообще никогда не бывает в замешательстве, что у него всегда есть в запасе нужные слова, что действует он всегда решительно и… Ей вдруг стало очень его жалко и немножко стыдно за себя. Впервые отец был растерян, хотя пытался это всячески скрыть, впервые ему очень-очень нужна была ее, Элли, поддержка. А она стоит тут и тупит!

Сюзанна поймала ее взгляд и, будто прочитав в нем эти мысли, улыбнулась. Тепло, как-то… очень ласково.

Элли переступила с ноги на ногу, после чего осторожно, словно боясь, что ее оттолкнут, подошла. Лёгкая рука сразу же мягко приобняла за плечи, а через секунду талию благодарно стиснули крепкие объятия отца.

Вдруг стало очень-очень спокойно. Потому что папа дома, потому что всё хорошо и потому что она, Элли, снова знала свое место в этой жизни.

* * *

Эдвард задержался в бизнес-высотке почти до вечера. Его очень заинтересовало исчезновение содержимого вскрытых в отделении банка ячеек. Почти два часа пришлось потратить на поиск, но тайник с перепрятанными инфочипами и деньгами отыскал. Потом пришлось повозиться, копируя информацию и параллельно готовя ловушку на вора. Затем составление отчета, в итоге в секторальное управление СБ ехал уже под дождем.

В кабинет, занятый координатором рейдеров Кеном Ридом, Эдвард прошел без стука.

Кен сидел за столом и разговаривал с двумя бледными измученными женщинами в форме клинерш. Говорил он раздельно и назидательно, словно со слабоумными. Женщины завороженно кивали.

— Обеим выход за границу сектора запрещен в течение трех суток. ИДик и маячок в списки СБ я уже внес. Кэтрин, у тебя есть два часа, чтобы добраться в общежитие. Успеешь. Надя, тебе позволено в течение этого времени пребывание на территории корпорации ночью.

Эдвард с опозданием узнал женщин, отпущенных террористами из захваченного здания.

Кен продолжал:

— Сегодня ты жилье уже не найдешь. Могу на ночь пристроить в камеру, завтра с утра разберешься, где жить.

— А можно ей ко мне? — робко спросила Кэтрин. — У меня поживет.

— Можно, — координатор ненадолго углубился в планшет, внося соответствующие изменения. — Отвечаешь за нее перед лицом корпорации. Надя, тебе тоже разрешено находиться на улице в течение двух часов, но только в сопровождении Кэтрин. Все, идите.

Эдвард удивленно посмотрел в спины уходящим женщинам.

— Ты-то чего с ними возишься? — спросил он, когда дверь закрылась.

— Не поверишь, — вздохнул Кен. — Не могли найти никого, у кого были бы полномочия оставить запериметровую ночью на территории. Потом выяснилось, что это могу сделать я. Система прав во время ЧС вообще полная ёбань.

— Да уж… И еще, ведь охуеть сколько народу в здании полегло, а эти две целехонькие.

— Есть похлеще случай, — хмыкнул координатор. — На КПП двое выжили, — он чуть помолчал, — из досмотровой группы. Их в самом начале вырубили, да так и оставили валяться. Мы под фармой проверяли — не врут. Вот это точно удача из удач.

— Согласен. Жизнь — такая штука, что хер ты угадаешь, кто и как выживет, а кто и где сдохнет, — Эдварду припомнились погибшие в высотке. — Доклад я тебе уже отправил, ко мне есть еще какие вопросы, или я за остальными поехал?

— Сейчас по горячим следам интересуют любые соображения о целях этой атаки или о том, от чего она отвлекала.

— Честно? — вопрос был риторическим, потому Эдвард не стал ждать ответа. — Думаю, ни от чего. Они психи по своей природе. Просто спятили.

— Есть нюанс, — замялся Кен. — Не для разглашения. Их старшая — Микаэла Куин, убитая утром — наша же высшая. Шесть лет считалась погибшей. Она точно не была спятившей. Сейчас копаем, может, это всё — наша же операция.