"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Степаненко Сергей - Страница 643

Сжимаюсь, потому что, кажется, я подвела мачеху. Сорвалась, когда должна была держать себя в руках. Не справилась с возложенной на меня ответственностью.

– Не переживай. – Мирс Амелия словно читает мои мысли. Похоже, они все у меня на лице. – Ты большая молодец. Ты и Ян, который не стал медлить и привез тебя сюда. Но процесс остановила ты сама. Что именно ты делала?

Рассказываю про практику медитации в приюте, и мирс Амелия одобрительно кивает.

– Умница, это один из самых действенных способов. Но учить останавливать магический всплеск бесполезно. Слишком разные ситуации, разные люди. Только сам маг может понять, какой способ поможет ему в конкретный момент. У меня был пациент – очень сложный случай, – который мог гасить вспышки только физической активностью на износ. То есть в твоей ситуации он побежал бы сюда сам через весь город на пределе сил. Никакая медитация его бы не спасла, а забег, после которого организм должен сутки восстанавливаться, – да. Ты же, подозреваю, бежать бы просто не смогла. Поэтому очень важно не допускать эмоциональных перегрузок. В следующий раз сработавшая вчера схема может дать сбой.

Мирс укоризненно качает головой:

– Надо очень осмотрительно относиться к себе в это время.

– Но Рюк…

– Большое несчастье, не спорю, а у тебя доброе сердце. Я все понимаю. И понимаю, что мы не застрахованы от таких случайностей. Но прошу: береги себя. Иначе все наши усилия окажутся напрасны.

– Меня ждет участь Яриши? – В горле встает комок.

Мне действительно страшно. Интересно, когда магия стала иметь для меня такое принципиальное значение? Или я боюсь потерять преимущества, которые мне дает фамилия лэ Кальвейсис?

– По-моему, я говорила тебе об этом, – продолжает мирс Амелия строгим голосом. – Нет. Проблема Яриши имеет совершенно иную основу. У вас разные случаи. Если ты не удержишь магию, она вернется. Но восстановление будет долгим. Придется начать сначала, и ни о каком ритуале не будет и речи. Не в этом году точно. Лирае этого не хотелось бы. На кону репутация семьи. Осталось чуть больше недели. Мне кажется, это недолго. Можно потерпеть.

Киваю, соглашаясь. Чувствую, еще одного такого потрясения я не перенесу.

Мирс Амелия подтверждает мои слова:

– Агния, я не стала менять браслеты, это сейчас очень опасно. Просто укрепила твои. Они выдержат, но прошу: проведи эту неделю без потрясений.

– Хорошо. – Я киваю, хотя понимаю, что никто не мог предположить, чем закончится попытка встретиться с другом. Зачем Рюк это сотворил? В голове не укладывается. Мне казалось, этот парень настолько самовлюбленный, что не сможет броситься с моста, что бы ни происходило в его жизни. А что, собственно, происходило? Девушка отказала? Нет, Рюк совершенно точно спокойно воспринял мой отказ. Значит, было еще что-то. Мы не настолько близки, чтобы я знала или хотя бы могла строить предположения. Представления не имею, о чем он хотел поговорить и что значат его последние слова.

Чистая одежда в гардеробной. Видимо, Лирая позаботилась. Меня ждет костюм приглушенно-синего цвета. Блузка и юбка-карандаш до середины икры на два тона темнее. К костюму – туфли на каблуке, конечно же. Хотя я предпочла бы кеды или тапки, и так чувствую себя не очень устойчиво. Голова немного кружится. Впрочем, домой мы отправимся не пешком. Так какая разница, что на ногах?

Меня еще пошатывает от слабости. И когда я спускаюсь по лестнице, мирс Амелия поддерживает меня за локоть.

В просторном холле Лирая (как всегда, безупречная в оливковом костюме с узкой юбкой и строгой кофтой) и мирс Валери в свободном льняном костюме – именно так она одевается «на работе». Прямая спина, гордо поднятая голова.

Сейчас особенно четко видно, какие разные эти женщины. Лирая – вода. Мягкая, журчащая, но способная представлять опасность, если увлечет в водоворот или глубину. А мирс Валери – камень. Неприступная, монументальная. Такая никогда и ни под кого не прогнется.

Сейчас лицо мирс Валери холодное и напряженное. Ледяной взгляд и поджатые губы выдают недовольство. Маска Лираи плывет под пронизывающим взглядом свекрови, и через независимый холеный образ проглядывает маленькая напуганная девочка. Интересно, за что отчитывают мою мачеху? За меня? Но это глупо, Лирая точно не виновата в моем срыве. Да и никто не виноват, кроме обстоятельств.

При моем появлении лица женщин меняются. У бабушки появляется сдержанная улыбка, глаза оттаивают. Лирая берет себя в руки, и передо мной снова та роскошная, знающая свою цену красавица. А мне немного грустно, так как вместо них двоих я бы предпочла увидеть Яна. Но он, наверное, сегодня в колледже.

– Агния, как ты? – кидается ко мне Лирая, и в ее голосе слышится искреннее волнение. Это обескураживает. Сразу начинаю испытывать иррациональное чувство вины.

– Все нормально, простите за беспокойство, – отвечаю я.

– Какое беспокойство? – В голосе мирс Валери лед, а глаза, кажется, мечут молнии. Мне даже становится не по себе. Но смотрит она на Лираю, а не на меня. – Ты не причиняешь беспокойство, Агния. Ты пострадала из-за того, что процесс снятия браслетов идет слишком быстро, а это вредно.

– Мирс Амелия предупреждала, что мне нельзя испытывать слишком сильные эмоции.

– Жизнь не спрашивает, когда посылать нам эмоциональные потрясения, – возражает бабушка. – А мирс Амелия делает все, что может, в рамках заданной задачи. Только вот условия изначально некорректны. Правильное решение при них невозможно.

– Мирс Валери, – голос Лираи звенит, – не думаете же вы, что мы действуем во вред Агнии?

– Я не думаю, я говорю прямо. Ритуал следовало отложить на год. Агния не готова к нему. Это очевидно. Сейчас необходимо надеть браслеты потолще, пока не произошло чего-то более травматичного для девочки.

– Мы на финишной прямой, – замечает мирс Амелия. – Осталось немного и по времени, и по восстановительному периоду. Мы справимся.

– Вы – безусловно. Но я переживаю за Агнию.

– Не стоит, – говорю я. Хочу, чтобы голос звучал с уверенностью, которой я не испытываю. – Я правда справлюсь.

Мирс Валери укоризненно качает головой, не соглашаясь с нашими доводами. Но с тремя оппонентами решает не спорить.

– Агнию поддерживает Ян, – замечает Лирая. Не совсем понимаю зачем. Как раз о нас с Яном я бы разговоров не хотела. Но Лирая, видимо, преследует какие-то свои, недоступные мне цели.

– Ян поддерживает? – Мирс Валери в упор смотрит на меня, и краска заливает щеки. – Поддержка – это хорошо. Но, Лирая, насколько ты уверена в своем сыне? Ян эмоционален, непостоянен, и как бы его поддержка не вышла боком.

После этого мы с Лираей ретируемся. И молчим до дома. Только на выходе из магмобиля она говорит:

– Агния, я люблю своего сына, симпатизирую тебе… как и Дариус, но постарайся не огорчать своего отца.

– О чем вы? – Я напрягаюсь.

– О тебе и Яне. Твой отец не терпит скандалов.

– Но я…

– Вы с Яном – это скандал. А еще… ты часть семьи. Ты примешь магию, которая должна была принадлежать Ярише. Моя дочь оказалась этого лишена. В случае конфликта между тобой и Яном… для Дариуса виноват будет мой сын.

– Почему вы считаете, что между нами случится конфликт?

– Вы слишком молоды – это неизбежно.

– Даже если так, я постараюсь, чтобы это не дошло до отца, – выдавливаю я.

– Спасибо. Я хорошо отношусь к тебе, но также хочу счастья своим детям. И защищаю прежде всего Яна. Мирс Валери думает, что это тебя надо защищать от него. Он может разбить сердце. Не спорю. Только вот разбивать сердце тебе – опасно. Это может навлечь недовольство Дариуса.

– То есть вы тоже считаете, что Ян разобьет мне сердце? – с горечью уточняю я.

Лирая только пожимает плечами и бросает:

– Я правда желаю и тебе, и ему только счастья.

К себе поднимаюсь расстроенная. Разговор с Лираей не выходит из головы. И так вокруг слишком много всего болезненного. Не могу не думать о Рюке. Зачем он это сделал? О Яне, обо всем на свете. Как же тяжело!