"Фантастика 2025-74". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Митчел Оливер - Страница 849

Ириска внезапно смутилась и слегка порозовела, но потом заинтересовалась тем, что ей предлагали и удивилась:

— Ух ты! Какая роскошь… Мик, а нам… тебе хватит денег? Все же месяц так питаться мы не потянем. Моими уроками по скайпу пока столько не зарабатывается, — она с таким восторгом посмотрела на охлаждённые куски мяса, грибы, овощи и зелень, купленные у бабулек на местном рынке, что мне стало стыдно. А я ведь ещё привередничал, выбирал самые «чистые».

— Достаточно, считай, что мы празднуем твою первую миссию.

— То есть, заплатили?! — не поверила и восхитилась одновременно Ирина. Сейчас она еще сильнее походила на маленького ребёнка. Действительно, верилось, что ей только двадцать. — Вот прямо настоящие деньги? Обалдеть… а сколько?

— Не так уж и много, девять кубов и улучшенный артефакт переноса, — чуть разочарованно вздохнул я, — Жаль, не смог за дезу пригрозить, мы-то и сами на птичьих правах.

— Девять тысяч? — ее глаза засияли восторгом, — вот за вчера? Сразу?! Мда… нет, тараканище было страшное, но… круто, короче!

Только я так и не поняла пару моментов, — Ирина забавно наморщила лоб в недоуменной гримасе.

— Каких? — переспросил я.

— Почему это задание «черное», и чем оно отличается от «белого»? Откуда у вас вообще этот черный рынок, это же… ну… души, а не сигареты или запрещенный алкоголь! И как вообще выглядит оплата? Нет, с деньгами понятно, их перевели на карту. А скверна? Ты же ее просто… ну, съел? Поглотил, вот! А как ты потом отправлял процент информатору? Как вообще вы передаете друг другу энергию скверны?

— Слишком много вопросов сразу, — я протестующе приподнял обе ладони. — Давай по порядку. Сначала про черные задания. — задумчиво потирая подбородок, я постарался подобрать самое простое пояснение, — Значит так… Клановые, то есть достаточно сильные и образованные мастера с чернушниками не связываются никогда. Они получают официальные задания, платят налоги и остатка с лихвой хватает на обеспеченную жизнь. — я всмотрелся девушке в глаза, — Но существует масса «планктона»: слабосилков, которым не светит академия, неудачников и просто нищих новичков с нулевым опытом. Официально они могут брать только самые бросовые и мелкие миссии, которых тьма в любом мире. Но с этих миссий изымают в качестве налога такой процент скверны, что остаются цвирковы слезы, только выжить.

Ириска понимающе кивнула головой:

— Знакомая ситуация. С переводами у нас так же.

— Хорошо… Но, как и во всех мирах, кроме самих охотников в системе кормится еще куча народу. Одни из них — это Искатели, они же информаторы. Вот именно в их среде и появились энтузиасты, желающие подзаработать. Они стали отслеживать сомнительные заказы. Те, которые можно включить в общую базу, а можно не включить. За некий процент они выставляют «краденую» миссию на нелегальный рынок, и тогда и Охотник и Искатель получают… — я задумался, подсчитал и озвучил: — ну примерно втрое больше, чем от государства за это же задание. Но выполненная миссия, естественно, нигде не учитывается и не идёт в твой… послужный список.

— Поня-атно, — протянула Ирина.

— Я бы в жизни не опустился до нелегальщины, — удержать тяжелый вздох не получилось. — Но у нас нет выбора. Ты не Мастер, у тебя нет лицензии, а нам надо, во-первых, выживать, и во-вторых экипировать тебя, чтоб не пришибло на первом же более-менее серьезном задании. А денег на это… сама знаешь, сколько.

— Нисколько, — кивком подтвердила девушка. Но не успокоилась и повторила вопрос:

— А как все же выглядит куб скверны, и как ты ее… ммм… отрыгиваешь из себя?

— Ч-чего? — опешил я, — Куда отрыгивать?

— Из таракана ты скверну съел в себя, — терпеливо объяснила Ирина. — А информатору ты как его часть отдавал? И на деньги менял?

— В куб слил, эм, в накопитель, — самому бы в этих объяснениях не запутаться, уж больно вопросы Ирины неожиданны, — Хоть и говорится, что мы «питаемся» скверной, но на самом деле это отличается от потребления материальной еды. Мы ее просто собираем в себе и… — я задумался, — часть идёт на поддержание нашей души, часть по связи уходит Мастеру, часть накапливается внутри и затем тратится…на то же открытие прохода, к примеру. Или активацию артефактов. И вообще, вся магия призмы, которой пользуются Оружия и Мастера, работает на энергии скверны. Жизнь, вот, тоже продляется за счет нее. Ты сама не заметила, что после охоты чувствуешь себя лучше?

— Пожалуй, — согласилась девушка и тут же с жадным любопытством поинтересовалась: — А как выглядит накопитель? У нас такой есть?

В моей ладони появились парочка мелких, заказанных мной курьером кристаллов, один глубоко туманно-чёрного, с разноцветными прожилками, а второй — полностью прозрачный, энергию из которого я уже благополучно съел.

— Примерно вот такие. Это и есть малые кубы. Сначала были только такие крошечные ёмкости, потом их научились объединять в более мощные. Средний куб — это 10 малых, а большой 100. Есть и вовсе огромные, на десятки и сотни тысяч — но такие обычно стоят только в хранилищах.

Я подбросил оба накопителя на ладони и протянул девушке, правильно поняв ее заблестевший нетерпением взгляд.

— Когда оплата составляет один малый куб, это… — постарался я подобрать слова попроще, — это ровно столько, во сколько оценили бы один маленький накопитель. Раньше и расплачивались за всё только ими, но потом создали сначала расписки, а потом и электронную валюту, которую так и продолжили назвать малыми, средними и большими кубами. Но при этом, сами накопители так и не вышли из обихода.

— Это как у нас с золотыми монетами, — Ирина покачала на ладони один из кубов, поковыряла его ногтем и отложила. — Ладно! Давай готовить! Есть хочу — ужас как, сейчас бы и того чудовища навернула, не посмотрела бы, что зеленое. Так, чего у нас тут… хо-хо! А давай соорудим балканский суп?

Глава 3

— Как хочешь, я в вашей кухне пока не разбираюсь. Главное, чтоб вкусно было, — пожал я плечами, отворачиваясь к компьютеру. Уж очень напрягали меня эти фразы, будто готовить она собирается вместе. Нет уж, я мясо добыл, домой принёс, а дальше всё в руках женщины. Я может и Оружие, которое априори подчиняется Мастеру, но не тряпка.

— Не тряпка, а партнер! — хмыкнула девушка. Ржа, ограничитель! Вот же голова дырявая… Ну, теперь хотя бы мытая. Нет, и не проси, я в кухарки не нанимался.

— Я просто устала, — без всякого наезда или требования вздохнула девушка. — И есть хочу. А вдвоем-то мы быстрее же справимся. — Она полностью открыла мне разум, показывая, что действительно так думает, а не собирается сесть мне на шею и ножки свесить.

— Нечего было бесполезными делами заниматься, — для проформы проворчал я. — Сказал же, что на заданиях ты заработаешь больше. Но нет, попёрлась ни свет ни заря… — решив, что нравоучений достаточно, всё же смягчился, — Ладно, но только сегодня.

— Отличненько! — Ирина повеселела и довольно шустро захлопала дверцами навесных шкафчиков. — А насчет бесполезных дел ты не прав. Я проучилась в институте уже почти четыре года, и стоило мне это очень недешево. Не денег, а сил, времени, характера, слез, бессонниц, отношений… всякого. Но это была моя мечта — стать востребованным специалистом и навсегда забыть про… про многое. Бросить все сейчас, когда до победы всего несколько шагов — это как предать себя, понимаешь?

— Хм, не очень, — честно признался я, — всё же одно дело, когда у тебя столетие впереди, а другое — если есть лишь пару лет. И ты половину этого срока хочешь убить на то, что уже нигде не понадобится….ммм….чисто из принципа?

Ирина улыбнулась, вручила мне тупой нож и луковицу местного растения, а сама занялась какими-то коричневыми клубнями. И задумчиво пояснила, глядя, как аккуратная тонкая ленточка грязной кожуры стекает из-под ножа в пакет:

— Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что ты не сон. И вообще все это не сон. Умом понимаю, но… как тебе сказать. С одной стороны про два года — это как страшилка, и все время ощущение, что… ну выкручусь как-то. С другой — ты слишком хорош, чтобы быть настоящим. Вот меня и колбасит. А институт и языки — это такое все реальное, вещественное. Знакомое и понятное. Как там дальше сложится, я не знаю, а вот диплом — это всегда гарантия спокойной и сытой жизни.