"Фантастика 2025-74". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Митчел Оливер - Страница 882

Хм. Ну вот и хорошо, до завтра-то я успею выпросить прощение. А может, Ирине и причёска понравится. Смотрится оооочень неплохо! Прям северная княгиня! Что я ей усиленно по менталу и транслировал.

— Не подлизывайся, коварный ржавень, — ткнула она меня локтем в бок. — Иди в душ без шампуня, а то я ща оголодаю окончательно и отъем кусочек от такого вкусного тебя.

— Ну это смотря какой кусочек, — провокационно усмехнулся я, и, размяв плечи, пошел в душ.

Глава 43

Ириска

Я сама, похоже, не чувствовала все это время, как груз надвигающейся несвободы давил на плечи. Видимо, человек ко всему привыкает, вот и я привыкла. А сейчас, когда сбросила… когда свобода — вот она, опять со мной, опять моя… и в то же время я не одна…

Это было как крылья за спиной. Когда даже питерский ноябрь, хмурый и полинявший последним блеклым золотом под ноги, вдруг заиграл всеми цветами радуги на сером фоне старинных соборов.

Я таскала Мика по городу, забыв про голод и про то, что мы вообще-то вышли за продуктами. И сами не поняли, как оказались в центре, на Невском. Нет, я понимаю, что Мик видел множество городов и миров, но мне так хотелось подарить ему именно эту неяркую питерскую сказку… когда-то в своем юношеском снобизме я считала себя похожей на этот город. Под неброской серостью здесь столько всего… что можно бродить и любоваться часами, и он никогда не повторится.

Мне хотелось, чтобы Микаэль принял и полюбил этот город, а город принял и полюбил его.

— Это очень странное место, — в конце концов констатировал Мик. — Я не понимаю, как оно может быть одновременно таким мрачным и таким… — он пощелкал пальцами в воздухе, словно подыскивая эпитет. — Притягательным. С одной стороны, ужасный климат, испорченный воздух, да и вообще… и я не понимаю, почему отсюда так трудно уйти. Вот зачем ты мне это показала? Я хотел перетащить тебя в иную спираль, но твои чувства… или это мои уже… кошмар какой!

— Ага, Питер такой! — засмеялась я. — Ты проникся! Кошмар, от которого не хочется просыпаться. А давай заработаем и заведем в другом мире дачу? — предложила я в шутку. — Питерцы обожают дачи!

— Это действительно вариант, так даже дешевле выйдет, — абсолютно серьезно покивал Микаэль.

— Что, прям серьезно? — не поверила я, сворачивая с проспекта в свой проулок. Мы незаметно так пешком прошли от центра через мосты почти до дома. — А это…

Что-то заставило меня резко остановиться. Неясное чувство тревоги и… узнавания?

— Хм… — на лице моего милого и доброго Мика вдруг появилась улыбка бывалого вивисектора. — Явилась пропажа. Вот сейчас мы решим аааабсолютно все наши проблемы. Подожди минутку, — мой Кос буквально ломанулся в проулок.

— Эм? — с каждой секундой мне становилось все более не по себе. А когда в темном углу соседнего двора знакомо лязгнул металл и что-то вспыхнуло… Ёжики-медвежики! Мик кого-то бьет!

Я догадалась, кого он трясет за шиворот, как терьер крысенка, еще до того, как подбежала поближе. Точно. Пацан-кинжал!

Но в каком виде! Отощал, одни глазюки остались на синем от холода лице, ободранный, грязный, словно он месяц на помойке жил… и ни фига уже не выглядит взрослым парнем, как есть недокормыш подростковый!

Мик еще раз тряхнул зло и совсем не по-детски матерящегося Кинжала, и повернулся ко мне, явно намереваясь что-то сказать, но тут за его спиной в глухой стене прорезалась дверь, из которой хлынул яркий свет, а потом величаво выступил… Бобро на помине, блин.

— О, приятной охоты, — кивнул он, поправляя перевязь с мечом. — У вас на него заказ?

— У нас на него зуб, — мрачно прорычал Мик, еще раз встряхивая завизжавшего мелкого. — Это тот самый дикаренок, который покусился на душу моего Мастера!

— Даже тааак, — задумчиво протянул Бобер, — а мы его просто как пробудившегося выслеживали. Думали в приют отдать. А эта ржавая тварь, — тон его мгновенно сменился, — на невинные души позарилась, значит.

— Пошел ты на…и в…и через…да с…. - отреагировал Кинжальчик, обреченно повисая в Миковой руке, но как только Бобро шагнул ближе — извернулся и метко пнул того в колено. — Знаю я вас, су…, педофилы драные! Отвалите от меня, уроды! Этот сраный Дамблдор тоже про души втирал, гад! Тоже говорил, что крутота будет! Мааагия! Не подходи ко мне, не пойду я ни в какой приют!

— Никакой крутоты тебе не будет, мелкий пожиратель, — нехорошо усмехнулся Бобро, брезгливо отряхнув грязь с безупречно сидящих штанов. — Пойдёмте тогда с нами, — обратился он уже ко мне, почему-то игнорируя Мика, — сразу оформим как удачную охоту, получите вознаграждение, — здесь его голос прозвучал слегка кисловато, видать сам рассчитывал на некий куш. — Потом проведём ритуал и вернём кусок вашей души.

Как ни брыкался пацан, а против Мика он был, что тот котенок против сенбернара. Так его за шкирку в нарисованную дверь и поволокли. А я пожала плечами и пошла следом. Сама не могу объяснить, что мне не нравилось в этой ситуации, но что-то беспокоило.

Переместились мы почему-то не в ту комнату, где сидела секретарша, а в какой-то огромный зал, разрисованный разноцветными пентаграммами не только по полу, но и по стенам и по потолку. А в центре зала торчал огроменный валун, тоже изрезанный знаками.

— Сейчас, подождите немножко, подойдёт специалист, — любезно проинформировал нас Бобро. — Если он подтвердит наличие частички вашей души в этом дикаре, то ритуал будет проведён немедленно. Заодно узнаем, сколько еще душ он поглотил и освободим их.

Пацан продолжал отчаянно брыкаться, но Мик с непроницаемым лицом потащил его прямо к камню, а я поняла, что эта фигня мне напоминает. Алтарь! И вот знаете… ассоциации какие-то нехорошие у меня. Про кровавые жертвоприношения и прочие древнепоганые гадости.

Мои подозрения прямо-таки вспыхнули фейерверком, когда из воздуха возле алтаря материлизовался «специалист по душам».

Эмм… я, если честно, сначала подумала, что голова у мужчины — собачья. Но нет, это оказался какой то прибор, козырёк которого создавал иллюзию длинного доберманьего носа, а выступы по бокам — острых больших ушей. Одет мужчина был в подобие белого халата без рукавов, а также поблёскивал множеством артефактов на запястьях и предплечьях. И вот что-то мне подсказывало, что зовут его…

— Доброй охоты, коллеги. Моё имя Анубис. Где тут наша очередная муми… кхм, прошу прощения, преступник.

Е-мое… реально Анубис?!

Э… это… надеюсь, они не будут на этом камне делать мумию из пацана?

Я подобралась поближе к месту действия и даже натянуто улыбнулась собакоголовому спецу, но и сама поставила ушки на макушке. Кусок моей души меня чрезвычайно интересовал, но вот чем дальше, тем больше я сомневалась в том, как именно его собираются… извлекать.

Но я все равно даже тявкнуть не успела, как, впрочем, и пацан, потому что Анубис вдруг ткнул в его сторону посохом, и рот осыпающего все вокруг отборными матами парня оказался заткнут каким-то на вид древнеегипетским кляпом. И руки-ноги ему перебинтовало серыми лентами, как бинтами.

Глаза от ужаса мы с пацаном, кажется, вытаращили одинаково. Только ему заорать теперь мешал кляп, а мне шок.

Но я хоть за Мика могла уцепиться и яростным шепотом потребовать объяснений:

— Что он с ним делать будет?!

— Сначала осмотрит, при помощи шлема на голове — во внутрь заглянет, определит, сколько он успел сожрать, — так же вполголоса пояснил Мик с довольной улыбкой.

Анубис действительно довольно оперативно переправил помертвевшего от страха пацана на свой «рабочий стол» и пеленальные бинты растянули худющее нескладное тело на горизонтальной поверхности, как цыпленка табака.

Гладкий, изогнутый на конце посох скользил вдоль туловища мальчишки, временами меняя цвет и интенсивность свечения, Анубис то напряженно хмурился, то недоуменно поднимал брови.

Потом вздохнул, пожал плечами и закругление на конце посоха со звонким щелчком сменилось… здоровенным лезвием, похожим на мясницкий тесак!