"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 665

— Увидишь, — бросил он, оборачиваясь и растягивая на губах чуть коварную улыбочку. — Но не сомневайся, встречаться с тобой мы будем очень часто.

Остаток дня Эркрит провёл в компании Иларии, с которой действительно было невозможно заскучать. Сначала она накормила его обедом, потом провела подробную экскурсию по дому и ближайшим окрестностям, даже показала свою маленькую студию звукозаписи, расположенную в пристройке за конюшнями. Она с гордостью рассказывала гостю о некоторых традициях этой странной большой семьи, расспрашивала про сестру, но по большей части предпочитала говорить сама.

Ближе к вечеру, вернувшись в родную кухню, Лари заявила, что хочет приготовить какой-то очередной шедевр, и уже хотела дать Эркриту задание почистить овощи, но на пороге очень вовремя появилась Тарша. Таким образом, обязанности по помощи в приготовлении ужина плавно переместились к ней, но и Эрки в покое не оставили. Илария отправила его в погреб за вином, причём не за каким-нибудь, а за определённым. И пришлось ему потратить больше получаса, чтобы найти среди сотен бутылок самых разных годов именно то, что так настойчиво просила эта неугомонная леди.

Но когда он вернулся, оказалось, что теперь к ним присоединилась ещё одна жительница этого дома — та самая Армария, с которой у него так сразу не сложились отношения. Она и сейчас смотрела на него с деланным снисхождением, как на человека, не заслуживающего к себе особого внимания, и оттого умудрялась выводить Эрки из себя одним лишь взглядом.

— Как самочувствие? — поинтересовалась Арми.

Её почему-то веселило его открытое раздражение, отчего Эркрит бесился ещё сильнее.

— Прекрасно, — бросил он, всеми силами стараясь сдерживать свои эмоции. — Гораздо лучше, чем было ночью.

— Вот и славненько, — равнодушным тоном отозвалась она и, будто позабыв о его присутствии, обратилась к Тарше: — Как, говоришь, тот фильм назывался?

Разговор продолжился, вот только Эркрит теперь в нём участия не принимал. Девочки обсуждали какую-то неизвестную ему мелодраму, причём были очень увлечены этой темой. Но когда Лари попыталась привлечь к беседе и парня, всё та же несносная рыжая грубиянка, перебила её, вспомнив о каком-то общем знакомом.

И ладно бы это произошло один раз, но ведь подобное повторялось с завидной регулярностью. А Эрки очень быстро понял, что таким образом гадкая Армария желает показать ему, что он здесь лишний. Может, на кухне, а может, и в доме или даже в городе.

Но Эркрит не был бы собой, если позволил ей вот так «оставить его за бортом». Поэтому вместо того, чтобы скромно удалиться из их женской компании, он притянул к стойке ещё один высокий стул и, присев на него, начал выспрашивать девушек об их городе, культуре, обычаях. И они были только рады ответить на его вопросы. И Лари, и Тарша с упоением рассказывали ему не только о Доме Солнца, но и о других городах их народа. А вот Арми теперь молчала, то и дело ловя на себе взгляды Эркрита, в которых плескалось лёгкое искреннее злорадство.

Как он понял из слов Тианы, эта рыжая злюка здесь не так уж и давно, а значит, и рассказывать ей почти нечего. Потому она и помалкивала, а Эрки мысленно отметил, что пока счёт в их маленьком противостоянии: один-один. Но что-то, какая-та мысль на самых задворках сознания тонко намекала ему, что они с Армарией ещё повоюют.

Тамир появился на кухне всего на несколько мгновений. Он легко обогнул стойку, поцеловал в щёку свою супругу и сообщил, что отправляется встречать гостей. И только когда за ним чуть слышно хлопнула входная дверь, Эрки поднял на Иларию немного озадаченный взгляд и всё же спросил:

— Каких гостей?

— Твою сестру.

С этого момента Эрки стало не до болтовни. И даже откровенно озадаченные взгляды Арми совершенно не цепляли. Сейчас он мог думать только о Мике, для которой всё происходящее совершенно точно стало самым настоящим ударом. Это ему, Эркриту, проще. Он хотя бы имеет представление о тех, кто оказал им гостеприимство. А вот Микаэлье вряд ли кто-то соизволил хоть что-то объяснить.

Размышляя о сестре и о том, как она восприняла необходимость ехать в неизвестном направлении, Эрки всё же покинул уютную кухню и вышел на крыльцо. И уже там, присев на нагретые солнцем мраморные ступеньки, с нетерпением уставился на ведущую в город дорожку.

Думая о Мике и обо всём случившемся с ними, он невольно вспомнил Максима. Вот уж кому хотелось от души съездить по лицу. Да так, чтобы мало не показалось. Ведь по всему получалось, что этот гад просто играл с его сестрёнкой — возил на свидания, целовал. А на деле — просто хотел подобраться ближе.

Но именно в этот момент в памяти Эрки промелькнула фраза Литсери, о том, что Макс отказался отдавать Микаэлью. А ведь по факту получалось что, он её и не отдал. Увёз, спрятал. Да и Эверио упоминал, что Максим — преграда для того, чтобы доставить Мику в Дом Солнца. Но из этого всего выходило, что он настроен очень серьёзно по отношению к Микаэлье. Ведь пошёл же ради неё против своих. Пусть в итоге всё равно вынужден был подчиниться.

Об этом определённо стоило подумать. А лучше, просто спросить всё у самого Макса. Ведь теперь скрывать что-то ему просто нет смысла. И уже по результатам его ответов и делать какие-то выводы.

Время шло, солнце уже опустилось за гору, в ясном чуть потускневшем небе наметились белые очертания луны. Приближение гостей Эрки скорее услышал, чем увидел. Оно сопровождалось громким цокотом лошадиных копыт по каменной дорожке. А когда из-за деревьев показался Литсери, ведущий двух коней, Эркрит нетерпеливо поднялся и направился к нему навстречу.

— Где Мика? — довольно грубо спросил он, не зная, что и думать. Ведь по всему получалось, что привести её должен был именно Лит. И вот он здесь… а её нет.

— Успокойся, нервный ты наш, — хмыкнул тот, спокойно огибая его напряжённую фигуру. — Идёт твоя сестрёнка. Просто тут довольно крутой подъём, да и они с Тамиром особенно не торопятся. Жди. Скоро будут.

Литсери ушёл к конюшне, а сам Эрки снова вернулся назад, уселся на своё место на ступеньках и постарался вернуть мыслям ясность. Честно говоря, сейчас он бы не отказался от сигареты. Любой марки, пусть даже самой паршивой. Со всеми этими новостями и нервами курить хотелось до одури. И пусть он не очень часто баловался сигаретами, хотя в последние годы это всё равно стало его привычкой. Но теперь, судя по всему, придётся ему от неё отказаться. Почему-то он был уверен, что среди местных жителей курение не приветствуется.

Но когда спустя несколько минут вернулся Литсери и, присев рядом с ним на ступеньках, вдруг достал из кармана пачку «Парламента», Эрки вдруг поймал себя на мысли, что готов простить ему всё, включая направленный в голову пистолет. А тот даже спрашивать ничего не стал. Просто протянул сигареты своему бывшему пленнику и зажёг огонёк зажигалки.

Некоторое время они сидели в тишине, наслаждаясь лёгкой прохладой и общим спокойствием природы, присущим времени вечерних сумерек. Где-то в отдалении пела ночная птица, слышался стрекот сверчков, и на душе становилось спокойнее.

— У тебя очень красивая супруга, — сказал Эрки, продолжая смотреть на дорожку. В его голосе не было ни зависти, ни иронии. Он просто констатировал факт.

— Да, — согласился Лит. — А главное любимая и любящая, — добавил он, выпуская вверх маленькое облачко дыма. — Две недели её не видел. Вот сейчас покурю тут с тобой, посижу пару минут и пойду к ней. А то Тарша не переносит табачный дым.

— Ясно, — хмыкнул Эрки, продолжая наблюдать за дорожкой. А потом вдруг всё же спросил: — Где Макс?

— Тамир отправил его домой, — не стал скрывать Литсери. — Но я уверен, что Максик заявится сюда прямо с утра. Он бы и не ушёл, если бы ему оставили выбор.

Возможно, Эркрит бы и спросил ещё что-то — на самом деле у него было много вопросов, которые он хотел задать именно Литу, но в этот самый момент в стремительно сгущающейся темноте показались два силуэта, в одном из которых он безошибочно узнал Микаэлью.