"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 812

Я же не сразу поверила его словам. Вместо того чтобы ринуться к выходу, снова повернулась в сторону зеркала и… увидела в его отражении только принца. Меня там теперь точно не было.

– Но… как?! – выпалила я, не веря своим глазам.

– Не так уж и сложно, – ответил он.

– Стихии… – протянула я.

– Четыре, – добавил непривычно улыбчивый принц.

– У вас?

– У меня, – кивнул он. Но теперь смотрел куда-то мимо. Вероятно, полог невидимости скрыл мою персону и от него тоже.

– С ума сойти! – проговорила, удивленно моргая глазами. Нет, я знала, что он очень сильный маг, но чтоб четыре стихии…

– Иди, Ами. Плетение нестабильно. Пять минут точно продержится, а потом распадется.

Другого намека мне было не нужно. И, бросив на прощание: «до свидания», я спешно выскользнула за дверь. До своей комнаты добралась без происшествий, а войдя, прислонилась спиной к двери, окинула взглядом привычную обстановку и медленно выдохнула.

Слава Богам, история, в которую меня пытался втянуть Эмильер, закончилась. Хотя благодарить за это следует именно принца Димария. Если бы не его чудесное появление прошлым вечером, я даже не знаю, как бы все обернулось. Он словно герой из сказки явился в последний момент, победил всех отрицательных персонажей и унес меня на руках. Вот только… Его Высочество можно было назвать кем угодно, но только не добрым рыцарем. Честно говоря, увидев его глаза в тот момент, когда он только появился в этой комнате, я подумала, что он не в себе. В их холодной глубине было слишком много злости и какой-то поистине дикой агрессии. Они могли принадлежать какому-то дикому зверю, но никак не магу… пусть и очень сильному.

Как ни странно, но стоило мне переступить порог учебной аудитории, и все события вчерашнего дня просто отошли на второй план. Мой перевернутый мир снова встал на свое место, а жизнь мерно потекла дальше. Лекции сменялись семинарами, семинары практическими занятиями, и я снова погрузилась в такой привычный учебный процесс.

И только откровенно любопытные взгляды Мартиши никак не давали покоя. Она хотела поговорить о случившемся вчера, – я видела это по ее глазам. Но также мне было известно, что Марти точно не станет заводить этот разговор, пока рядом есть лишние уши. Да только позже, когда мы вернемся в спальный корпус, когда она активирует свой артефакт безмолвия, ограждающий нашу комнату невидимым куполом, не пропускающим никакие звуки, этот разговор обязательно состоится.

Именно так все и вышло… За тем лишь исключением, что в спальню мы вернулись не вдвоем. Уже когда я открывала дверь одним из выданных принцем ключей, к нам подлетела как всегда взъерошенная Нордина и зачем-то спряталась за спиной Мартиши.

– Что еще? – устало спросила та, глядя на рыжую представительницу второго курса с откровенным скепсисом. – Куда ты снова влезла?

– Не поверишь, никуда! – возмущенно отозвалась Нори, всплеснув руками. Но тут же опомнилась и поспешила снова скрыться за нами.

– От кого хоть бегаешь? – поинтересовалась я, распахивая дверь и пропуская ее вперед.

– От коменданта.

Нордина проскользнула внутрь, и только когда Марти заперла комнату изнутри и достала уже знакомый нам обеим артефакт, наша гостья заговорила в полный голос:

– Представляете? Нет… ну это уже перебор! Меня обвинили в том, что я украла у господина Варолли дверь.

– Что? – не поверила я своим ушам.

– Дверь, – повторила девушка. – Входную, – пояснила она, усаживаясь на мою кровать. – Причем вместе с ключами.

Я удивленно смотрела на Нори, не понимая, шутит она или нет, а вот Мартиша, наоборот, уже откровенно смеялась.

– И ничего здесь смешного! – попыталась осадить ее обиженная второкурсница. – Этот старый пень явился прямо на лекцию к моей группе и потребовал при всех, чтобы я немедленно вернула ему дверь! Представляете?! – Она фыркнула и, ударив кулачками по одеялу, возмущенно выпалила: – Да зачем мне вообще могла понадобиться эта несчастная обшарпанная деревянная створка? Да ей лет – больше, чем мне, раз в десять!

– Ты же сказала ему это? – поинтересовалась я, на самом деле желая разобраться в ситуации.

– Конечно!

– И что он ответил? – Мне правда было интересно, какие аргументы мог привести наш комендант.

– Заявил, что я якобы решила отомстить ему за то, что он запретил мне в течение трех месяцев покидать академию на выходные. Ха! Наивный глупый индюк! Плевала я на его запреты.

– То есть… это для тебя ерунда? – снова уточнила я.

– Конечно, – самодовольно бросила Нори, закинув ногу на ногу. Сегодня на ней красовались светло-голубые брюки в мелкую полоску, с которыми отлично сочетался жилет с эмблемой академии.

Кстати, меня очень радовало, что как таковой формы здесь не было, но имелись два обязательных правила внешнего вида. Во-первых, наряд не должен быть кричащим и вульгарным, а во-вторых, на каком-то из предметов одежды обязана присутствовать эмблема Астор-Холт. Она могла выглядеть как значок, который легко цеплялся на отворот воротника камзола, или вот такой нашивкой, как на жилете Нордины.

– Не сомневайся, Ами, если я захочу выйти из академии, ни одна защита не сможет меня здесь удержать. Что уж какому-то там лысому коменданту?

И только я решила спросить у Нори, каким же, интересно, образом она собралась обходить защитный купол академии, через который даже магистры без специального разрешения проникнуть не могли, как в этот момент мимо меня пролетело что-то большое. Я даже опомниться не успела, когда заметила лежащую на кровати Нордину, прикрытую только что прилетевшей в нее подушкой.

– Какого демона, Марти?! – прорычала рыжая, отшвыривая столь неожиданный снаряд в сторону. Она с такой злостью смотрела на мою соседку, что у меня просто не нашлось слов. А когда ее светлые янтарные глаза медленно начала заволакивать чернота, по моей спине пробежал холодок.

– Не зарывайся! – строгим тоном осадила ее Мартиша. – Сиди и молчи в тряпочку о том, что ты можешь и не можешь.

– Да что я такого сказала? – с видом обиженного ребенка протянула девушка, переводя взгляд с Марти на меня. – Ами, ну почему меня все сегодня обижают? Я же хорошая. Пусть и заносит меня иногда… но ведь не сильно. И двери у коменданта я точно не воровала. Да и как? Она же тяжелая. К тому же мне неизвестно, каким образом ее вообще можно снять?

Сейчас ее глаза снова приняли свой обычный оттенок, отчего я даже на мгновение решила, что мне показалось. Сама же Нори бросила в сторону Мартиши растерянный взгляд и отвернулась к окну.

– Да ладно тебе, – протянула я, присаживаясь рядом и легко касаясь ее плеча. – Не расстраивайся. С дверью разберутся, а этот комендант еще будет приносить тебе извинения за то, что оклеветал невиновную.

– Ага, думаешь, это в первый раз? – хмыкнула девушка, взглянув на меня с иронией. – Да если в этом корпусе случается что-то нехорошее, он всегда в первую очередь обвиняет меня.

– Слушай, несчастная ты наша, ты только не забывай, что половина этих обвинений очень даже заслуженная, – добавила со своего места Марти.

– Ну и что, – парировала та. – Дверь я не брала. Но если узнаю, кто взял, обязательно пожму ему руку.

В этом была вся Нордина. Если честно, иногда она казалась мне смерчем, который какой-то нерадивый маг запер за толстыми стенами. В ней было столько нерастраченной энергии, что я удивлялась, как эта академия до сих пор остается целой и невредимой. Нори для комфортного существования нужен был простор, свобода и еще авантюры. Обычно она ограничивалась мелкими шалостями. Но вот когда ей становилось скучно – студентам Астор-Холт приходилось несладко.

Марти же для нее была кем-то вроде строгой няньки, которая периодически ставила ее на место, вовремя отвешивая заслуженный подзатыльник. Но когда Нори не было рядом, Мартиша с гордостью и искренним смехом рассказывала мне о некоторых шалостях нашей младшей подруги.

Сама же я пока застала только одну ее каверзу. Случилось это всего пару недель назад. И тогда она что-то не поделила с третьекурсницами факультета воздуха. Уж не знаю, что они сделали ей, но отомстила Нори им красиво. Просто каким-то никому не известным образом во всю их косметику оказался добавлен странный раствор, который сразу после использования видно не было, но спустя несколько часов он проявлялся на коже насыщенно-красными, идеально круглыми пятнами. Помню, тогда над несчастными девочками вся академия потешалась, называя их жуками-альмирами – те тоже имели похожий причудливый окрас.