"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 844

Перед глазами заплясали темные круги, но я упорно не позволяла своему сознанию отключиться. Сидеть стало очень тяжело, но от одной мысли, чтобы прилечь на этот черный камень, мне становилось дурно.

– Ами, я могу попросить тебя об одолжении? – тихо спросила моя мертвая тетка.

– Конечно, – кивнула я.

– Отнеси Ганесу розу. Скажи, что я любила его и люблю до сих пор. Но передай, пожалуйста, чтобы больше не приходил сюда. Он должен жить, должен идти по своему пути. Я же свой… закончила.

– Передам, – прошептала я, борясь с дурнотой.

– Спасибо, – ответила Андамирра.

Потом она отпустила мое запястье и улеглась прямо на алтарь.

– Пора, Ами, – сказала она уверенным тоном. – Я буду говорить, а ты повторяй.

– А вы уверены, что у нас получится? Вдруг станет хуже?

– Хуже? Вряд ли. Да и я не сомневаюсь в успехе. Не переживай. Я же постараюсь прислать тебе подарок.

– Из-за грани?

– Если я уйду за грань, этот подарок и так станет твоим.

Очень хотелось спросить, что же она имеет в виду, но леди Артарри уже закрыла глаза и приготовилась произносить слова ритуала.

– «Свет – свету. Тьма – тьме. Воздух – ветру. Бег вод – воде…»

Она говорила, а я повторяла те же странные фразы вслед за ней. Вслух уже не получалось, потому приходилось шептать. Но по мере того, как с моих губ срывались эти звуки, дышать становилось все сложнее, а лежащая рядом девушка и вовсе вспыхнула, обернувшись видимой энергией четырех стихий.

– «С земною силой раскрой ладонь. Огню отдай ты живой огонь», – продолжала она.

Я вторила ей, несмотря на то что глаза сами собой закрылись. И даже когда леди Андамирра замолчала, мои пересохшие губы все равно продолжали шептать неведомое: «Свет – свету. Тьма – тьме». Сил не осталось, кровь продолжала сбегать по моему запястью, но я не могла даже заставить себя зажать рану. И, наверное, просто рухнула бы без сознания, если бы не Дим.

– Амишенька, – позвал он, подхватив меня на руки и крепко прижав к себе. – Не бойся, я помогу. Сейчас станет легче.

Его мягкая теплая ладонь легла на мой лоб, и я с удивлением почувствовала, как ко мне начинают возвращаться силы. Вскоре снова смогла открыть глаза и даже сказать Димарию спасибо, а он в ответ только улыбнулся и погладил меня по волосам.

– Ты молодец, Амиша, – с гордостью заявил он, касаясь губами моих губ. – Справилась.

– Думаешь, получилось?

Мой голос звучал хрипло и очень устало, но теперь я хотя бы могла говорить.

– Не знаю, – честно ответил принц. – Леди Андамирры здесь больше нет. – Потом тяжело вздохнул и добавил: – Знала бы ты, Ами, как сложно мне было находиться в стороне. Это ведь опасный ритуал. А с призраками вообще лучше не связываться. Да только она дала мне клятву… поклялась благополучием рода Артарри, что не причинит тебе вреда. И сдержала слово.

– Ты… слышал, о чем мы говорили?

– Да, – не стал отрицать Димарий. – Но не проси меня прямо сегодня посетить этого ее возлюбленного. Ты еще слишком слаба, и сейчас мы отправимся в Себейтир, в тот самый ресторан, откуда недавно ушли. А все остальные дела отложим на завтра.

О, да, сейчас, после всего пережитого, мне хотелось хотя бы несколько часов спокойствия. А еще – чего-нибудь сладкого… и соленого… и пить. И вообще, после слов Дима о ресторане я вдруг поняла, что просто умру, если сейчас чего-нибудь не съем. Желудок был со мной полностью солидарен, о чем уведомил недовольным урчанием.

– Пожалуй, отправимся прямо сейчас, – улыбнулся Димарий, поднимая меня на руки и направляясь прочь с этой поляны.

И это его решение полностью меня устраивало.

В ресторане мы провели несколько часов. Я ела, Дим рассказывал о последних выходках Янорины, о ее тайных вылазках на свидания, которые каждый раз заканчивались неожиданными встречами с братом. И вообще старательно отвлекал меня от грустных мыслей. Честно говоря, получалось у него прекрасно, на какое-то время мне даже удалось отрешиться от реальности… и от своих невеселых мыслей.

Силы восстанавливались быстро, чему немало поспособствовал божественно вкусный суп, жареная индейка, восхитительный салат из морепродуктов и странного вида горячий ароматный напиток, после которого я почувствовала себя поразительно бодрой. Поначалу Димарий сидел напротив на удобном диванчике, но когда принесли десерт, пересел ближе и даже приобнял меня за талию. Таким образом наш совместный ужин вполне предсказуемо закончился поцелуем… от которого я растаяла окончательно.

В академию мы вернулись сразу после отбоя. Дим проводил меня до комнаты, правда, из-за того, что в коридорах до сих пор мелькали припозднившиеся студенты, он предпочитал держаться от меня на расстоянии. Целовать на прощание не стал, ибо даже этого оказалось бы достаточно для рождения сплетен. Но перед тем, как уйти, пристально посмотрел в глаза и, наклонившись чуть ближе, тихим голосом сообщил, что если он мне понадобится, то я смогу найти его этажом выше, в уже известной спальне.

И может, кому-то и могло бы показаться, что это всего лишь проявление заботы, вот только… в глазах Димария отражались совсем другие эмоции и желания. Но что удивительно, мне даже нравилось видеть это, ощущать, что он испытывает ко мне симпатию, что я интересна ему. И какая-то часть меня очень хотела прямо сейчас пойти вместе с ним, отдаться его рукам, губам… принадлежать ему как мужчине. Но другая – до сих пор хорошо помнила те боль и отвращение, что испытала с Эмильером, и не желала добровольно соглашаться на повторение подобного.

И пусть я понимала, что наши отношения с Димом не должны выходить за рамки общения наставника и его ученицы, что если о них узнают леди Эриол или лорд Кай, то будут очень недовольны. Понимала, что о совместном будущем не может быть и речи, что стать женой наследника престола мне не светит, а остаться фавориткой не позволит гордость. Но меня слишком тянуло к этому человеку, и в моменты, когда его губы касались моих… я просто переставала ощущать реальность.

– Ами! – воскликнула Мартиша, едва за мной закрылась дверь. – Где тебя носило? Я тут чуть с ума не сошла от переживаний!

Она стояла у своей кровати и взирала на меня, будто мать-настоятельница на провинившуюся послушницу монастыря. Несмотря на то что Марти уже облачилась в ночную сорочку и явно готовилась ко сну, оставаться без ответов она точно не собиралась. И, конечно, имела на них полное право, но мне совсем не хотелось сейчас говорить с ней. Ни о семье, ни о том, где я пропадала весь день, и уж тем более о том, почему сбежала из дома ее матери. Понятное дело, что этот разговор все равно должен состояться, но почему именно сегодня?

– Марти, я очень устала. Причем не столько физически, сколько морально, – проговорила, проходя мимо подруги и на ходу стягивая с себя камзол. – Если честно, день был… жуткий. Я такого сегодня насмотрелась, столкнулась с такими вещами, что просто дрожь берет. Понимаю, что нам надо поговорить, но… давай завтра? Пожалуйста…

Она не ответила. Смотрела на меня с недоверием, да еще и руки перед грудью переплела, будто являлась строгой воспитательницей. А когда я без сил опустилась на край своей кровати, Мартиша неспешно подошла и присела рядом.

– Ладно, – сказала она, подарив мне сочувственный взгляд. – Будь по-твоему. Но знай: дядя рассказал нам, что ты его дочь, как и то, что отказываешься принимать нашу семью. И мы обязательно побеседуем на эту тему, но, так уж и быть, не сегодня.

– Спасибо, – ответила с вымученной улыбкой. И, молча поднявшись, направилась в ванную.

Вода в душе была горячей. Она приятно согревала тело, но, к сожалению, не могла окутать теплом душу. Отмыть ее от той грязи, в которую сегодня пришлось окунуться. Ведь как бы я ни держалась, как бы ни желала казаться сильной, но события сегодняшнего дня показали, насколько я слаба. На самом деле еще после встречи с родственниками, после открытия чужих воспоминаний хотелось завыть в голос. Но я сдержалась… во многом благодаря Анидару. И будь это единственным ударом за день, я нашла бы в себе силы справиться. Суметь принять ситуацию такой, какая она есть. Но посещение места смерти Андамирры и встреча с самой Первой ведьмой меня попросту добили.