Одержимость Фенрира (СИ) - Снегова Анна - Страница 69

Мне очень, очень не понравилась эта улыбка на полных, ярко-алых губах.

- Один велел немедленно вызвать тебя в тронный зал, Нари.

Брунгильда вскочила на ноги.

- Одну, - высокомерно добавила Альвита и метнула ненавидящий взгляд на предыдущую невесту своего жениха.

- Иди прочь! Мы сами проводим, - презрительно выплюнула Брунгильда. И прекрасное лицо Альвиты исказила злоба, которая очень уродовала её миловидную внешность.

- Как знаешь! Я свою миссию выполнила. Если Один Всезнающий разгневается, вам же хуже.

Она развернулась на каблуках своих изящных, окованных металлом высоких сапог, и убралась, плавно покачивая бёдрами.

Хаг с Брунгильдой переглянулись.

- Мне это категорически не нравится, - проговорил он, подходя к нам ближе, едва дверь за Альвитой захлопнулась. Я же кое-как пыталась выпутаться из одеяла и встать. А потом сохранять вертикальное положение так, чтобы мои друзья не заметили, как ужасно у меня кружится голова. Во рту был противный металлический привкус.

- Не к добру, - кивнула Брунгильда. – Странно, что Нари вдруг Одину понадобилась. И вообще в последнее время как будто что-то зреет в воздухе. Скалы словно шепчут угрожающе. Рокот во тьме. Я чувствую такие вещи. Совсем перестала спать по ночам. Что-то грядет.

- Что-что… Рагнарёк к нам грядёт… - буркнул Хаг хмуро.

- До Рагнарёка ещё дожить надо! – оптимистично заявила я, улыбнувшись. Судя по лицам друзей, мою шутку они не оценили.

- Мы идём с тобой! – заявила Брунгильда.

Я попыталась протестовать.

- Вам со мной опасно! Зачем же злить этого вашего деспота. Сказал, я должна одна прибыть. Да вы не переживайте, мало ли что ему могло понадобиться! А со мной ничего не случится. Малыш меня защитит.

Если бы я ещё чувствовала такую же уверенность, как ту, с которой пыталась говорить.

Правда, моих друзей я, по-моему, обмануть так и не смогла.

Хаг всё больше горячился. У него на скулах проявились красные пятна. Глаза лихорадочно сверкали. Чёрные крылья резко дёрнулись, перья на них топорщились, одно выпало на пол.

- Да плевать мне, что он там сказал! – взорвался он. Я аж вздрогнула. - Я всю свою жизнь из кожи вон лез, пытался заслужить его одобрение! Только с твоим появлением, Нари, я понял, что это бесполезно. Если тебя хотят переделать, значит, не любят, и никогда не полюбят. И дело не в тебе. Ты не виноват, что не нравишься такой, какой есть. Найдутся люди, которые тебя примут настоящего. И вот за таких людей я готов рисковать.

Тронутая до глубины души, я смотрела на него, не зная, что сказать.

Брунгильда же любовалась им с гордостью, как за младшего брата.

Потом мягко улыбнулась и взяла меня за руку.

- Ты помнишь тот наш разговор? О различиях человека и животного. Зверем движет инстинкт самосохранения. И только человек побеждает страхи и готов рисковать собой ради высшей цели. Иногда совершенно иррациональной. И знаешь, что? Я решила, что не хочу быть животным. Я выбираю путь человека. А для этого надо преодолеть свой страх. Я иду с тобой.

Хаг подтолкнул меня к двери.

- Всё, девушки! Хватит трындеть. Он ждать не любит. Идём все вместе. И будь, что будет.

Глава 54

Глава 54

С бешено бьющимся сердцем я вошла в тронный зал. Хаг и Брунгильда сопровождали меня, и я чувствовала друзей за спиной… но это не придавало уверенности.

Здесь царь и бог – Один. Одно его решение, один его приказ… кровь в венах не позволит никому из подданных его нарушить. Магическая связь, которой невозможно противостоять. Я нездешняя, у меня, пожалуй, из нас троих больше всего сил сопротивляться ему. Особенно с помощью малыша.

Я положила руку на живот в инстинктивном жесте. Что бы ни случилось – я должна тебя защитить, мой волчонок! Значит, должна быть сильной. Пора уже вырастать. Я больше не ребёнок под крылом заботливой семьи. Ради тебя я стану волчицей. И порву любого, кто попытается тебя у меня забрать. Я сделаю всё, что должна – чтобы меня не постигла участь Хильды. Которая так и не смогла увидеть собственного сына.

Подняв гордо голову, я посмотрела на человека, восседавшего на троне в дальнем конце зала.

Я, гордая дочь Таарна.

Ваш Вороний камень – ничто пред древним величием моих гор. Пусть сегодня они говорят моими устами.

- Вы меня звали? – с достоинством проронила я. Эхо усилило мои слова и понесли их до самого дальнего уголка.

Один распахнул крылья шире. Ему не понравилось, что я не добавила «мой господин». Что-то в этом духе, какое-нибудь «Один Всезнающий…» - или как там ещё они пресмыкаются перед этим негодяем.

Сухое древо у левой стены, внутри ниши в форме арки, по-прежнему жалко крючилось, но я подавила в себе эту жалость. Вдруг ещё оживлять случайно начну.

Водный поток внутри арки справа стал наливаться чернильной тьмой. Я внутренне содрогнулась.

Хель была здесь. Как же мне стало неприятно, когда её злобные глаза вцепились в меня… я видела лишь чёрную воду, льющую из стены в полукруглый резервуар, но ощущала этот взгляд всем телом, буквально кожей. От острого чувства опасности встали дыбом все маленькие волоски у меня на предплечьях, и они покрылись мурашками.

- Подойди ближе!

Я сделала несколько шагов вперёд и остановилась прямо напротив трона. Целый ряд высоких ступеней шёл вверх, и у меня было ощущение, словно я – насекомое, которое рассматривают на ладони.

Разноцветные глаза Одина – правый угольно-чёрный и левый мертвецки-белесый – уставились на меня хмуро. Он как будто пытался понять, что за странное насекомое поймал. Непривычное. Никак не получалось классифицировать и разобраться, станет ли оно кусаться.

Голубые кристаллы в стенах переливались искрами, бросая призрачный свет на фигуру правителя и его массивный трон. Молчание всё длилось и длилось, испытывая мои нервы на прочность. Боль под рёбрами пульсировала всё сильней, и я тщетно пыталась успокоиться. Чем дольше это невыносимое молчание продолжалось, тем сильней моё сердце кричало об опасности.

- Что же с тобой делать, Дева-Жизнь… - пророкотал задумчивый бас Одина.

- Обязательно что-то со мной делать? – неловко улыбнулась я. – Уверяю вас, если меня отпустить, Вороньему камню от этого будет только…

- Это был не вопрос! – громыхнул Ворон, и чёрный взгляд вспыхнул гневом. – Говорить будешь, когда я прямо спрошу!

Я прикусила язык. Какой бы я ни старалась быть смелой, смелость не должна превращаться в глупость. Злить того, от кого зависит твоя жизнь, ни в коем случае нельзя. Даже если он не может меня коснуться. Как это помешает, например, мечом в меня ткнуть или копьём каким-нибудь, если ему надоест моя непокорность? Или кинуть в подземелья фоморам, чтоб те разбирались? Зная всё, что я услышала о нём за всё время пребывания на Вороньем камне, я вообще бы ничему не удивилась.

- Что за гвардия у тебя за спиной? Я вроде их не приглашал, - проворчал Один, когда убедился, что я поняла и больше не пытаюсь заговорить. А потом после паузы добавил недовольно: - А вот это уже был вопрос!

- Простите, - спохватилась я. – Не совсем поняла. В этом минус затыкать других людей – они потом будут бояться с вами говорить.

Ох, ёлки… всё-таки не привыкла я общаться с маньяками.

Оба глаза Одина недовольно прищурились.

- Мы – её почётный караул! – поспешно встрял Хаг. – Будущая невеста самого Одина заслуживает ходить по коридорам Вороньего камня не в одиночестве, а с достойной свитой. Брунгильда выполняет при ней роль доверенной служанки.

По тому, какая гроза собралась в воздухе за моей спиной, я прям ощутила, что кто-то очень сильно огребёт потом за «служанку». Но это потом. Для начала бы неплохо выбраться без последствий.

Но судя по всему, Хаг прекрасно знал, как следует обращаться с собственным отцом. Его ответ Одина удовлетворил.