Без права на ошибку. Дочь олигарха (СИ) - Майер Кристина - Страница 2

— Ты ревнуешь? — не знаю, зачем спрашиваю. Может, хочу увидеть в ее взгляде живые эмоции: слезы, боль, растерянность, переживания? Но их там нет.

— Нет, ты же знаешь, — передергивает плечами.

Меня не царапает. Я даже рад, наверное.

— Тогда не будем больше поднимать тему моей усталости, — поза расслабленная, откидываюсь в кресле, но по тону она понимает, что переходить границы не стоит.

Она запрещает себе ревновать, Леську не устраивает мой счет в банке, он значительно меньше, чем у нее. Трахаться со мной – одно дело, там можно не прятать эмоции, а вот собственнические инстинкты и любовь она шлет куда подальше. Леська замуж хочет. Я на роль мужа не гожусь, поэтому Елизарова никогда не вцепится в меня острыми, как бритва, ноготками. Она будет искать состоятельного мужика. Прими я наследство деда, все было бы по-другому, но я его никогда не приму. И Леську в качестве жены я не вижу. Она сидит рядом со мной, стреляет глазками по залу в поисках выгодной партии для брака. Я не мешаю.

За наш столик, облобызав именинницу, подтягиваются Леськины друзья. С Кариной знаком. Я был в клубе с Лехой, когда мы встретили девчонок. Ушла она той ночью с Жаровым. Сегодня она в обществе «пепельного» парнишки. Длинная челка, в ушах туннели, бровь проколота, шея и руки полностью забиты. Мы уже здоровались, вроде он даже имя называл, я пропустил.

— Водка или коньяк? — спрашивает меня, поднимая бутылки.

— Коньяк, — пальцами двигаю стакан.

Он наливает себе водку, мне – полстакана коньяка. Девки треплются, обсуждают наряд Юны. Для них он чересчур скромный.

А мне зашло ее платье. Юне идет.

— Чем занимаешься? — интересуется пепельный блондин.

— Работу работаю.

— Не хочешь, не говори, — тянет вверх губы, махом выпивает стопку, кидает в рот оливку.

— Не хочу, — глоток алкоголя растекается теплом во рту.

Я вообще не хочу говорить. Я пытаюсь решить «свою загадку», засела в голове, покоя не дает. Вспоминаю, что я слышал о девчонке. У Серебряковых ювелирный бизнес. Прокручиваю в голове несколько раз фамилию, она всплывает с фамилией его партнера. Последнее время часто пестрят в бизнес-новостях. Вдруг ошибаюсь, надо бы проверить. Вбиваю в поисковике…

Точно! Невеста Гаранина…

Игоря сегодня в зале нет, эту сволочь я бы узнал, как и он меня. С интересом смотрю на Юну. Как ты умудрилась связаться с Гараниным?

Напоминаю себе, что это не мое дело.

Леська с Кариной продолжают трещать, втягивают в разговор «пепельного», мне даже не надо скрывать свой интерес, они уже пьяные и веселые, ничего не замечают, но я все равно наблюдаю украдкой.

Давно я не любовался девушкой со стороны. Ею любуюсь. Линией хрупких плеч, красивой шеей, алебастровой чистой кожей лица, скромной улыбкой. Неудивительно, что Гаранин на нее запал: невинная, чистая, хорошая, правильная девочка. Только таких выбирал Игорь. Портил, а потом бросал. Эту не бросит, женится. Дорогая визитная карточка олигарха Гаранина.

Я не один, кто смотрит на именинницу. Девки – с завистью, мужики вожделеют. Хочется вбить им в глотки зубы за эти пьяные пошлые взгляды. Отставляю стакан в сторону. Лучше не пить, раз такая дичь ползет в голову. С чего вдруг меня это напрягает? С чего вдруг мне захотелось защитить этого ангела?

Мне по-хре-ну!

По-хре-ну на нее и ее жизнь!

Чужие невесты на то и чужие, что у них есть заступники. Мажорками не интересуюсь, если только потрахаться. Эта и не даст. Ничем не могу объяснить свой интерес. Ах да, она ведь меня проигнорировала, а я привык, что бабы на меня ведутся.

Брат уговаривает Юну выпить один бокал шампанского, второй запихивает насильно. Появляется желание врезать этому Мише. Ангелы не должны пить спиртное, им утром бывает плохо. Не хрен спаивать девчонку.

Леська с Кариной забирают пепельного и уходят танцевать. На сцене куражится известная группа. Зал пьяно подпевает, орут так, что не слышно микрофона. Тупая музыка, слова идиотские, которые не заходят только мне и Юне. Поддавшись уговорам, она идет в танцевальный круг.

Через три песни ди-джей ставит медляк.

Дерзнуть, пригласить на танец? Не пойдет. Могу настоять, но не буду портить девчонке праздник. Тем более она уже танцует с братом. Продолжая наблюдать, замечаю, что мужики держатся от нее на расстоянии. Еще одна загадка. Установка Гаранина? Никто, кроме него, не может к ней прикоснуться?

— Идем? — возвращается Леся, плюхается на бедра, упираясь ягодицами в пах, крутит задницей.

Да, детка!

Оставляю загадку по имени Юна, тащу Лесю наверх. Номер чистый, еще никто не занимал. Леська падает на колени, расстегивает ширинку, достает из трусов член. Действует быстро, даже отдышаться не успевает. Кто ее так завел? Облизывает головку, смачно посасывая. Профессионально заглатывает даже мой размер, упираясь губами в яйца.

Расслабляет мой напряженный мозг, топит его в чисто мужском удовольствии. Вплетаю пальцы в волосы на ее затылке, фиксирую голову и несколько раз толкаюсь, чтобы не мучить Леську, отпускаю себя. Она проглатывает все. Упирается в живот двумя ладошками, отталкивает. Глаза блестят, как у голодной кошки. Перемазанный слюной член выскакивает наружу. Это только разминка.

Скидываю с себя одежду, Леська раздевается сама.

Достаю презервативы из заднего кармана, бросаю на постель. Леська получает первую разрядку, выкручивается на моем члене, сжимая его до легкой боли.

— Стас, хватит… — стонет Леська, когда после второго ее оргазма я не успокоился. В голову опять лезет Юна. Что ты там забыла? Но, вопреки голосу разума, представляю ее губы, аккуратную попку, которой она почти незаметно крутила на танцполе. Два глубоких толчка – и я кончаю до пятен перед глазами…

Это ппц как хреново! Мы видимся первый и последний раз! Напоминаю себе, чья она невеста. Обещаю: выкину эту девочку из головы…

Натянув штаны, не застегиваю ширинку, босым выхожу на балкон. Прикуриваю. Затягиваюсь до легкого головокружения и тошноты.

— Ты меня уделал, — ржет Леська, поднимаясь с постели. — Я теперь на раскорячку ходить должна? — сопровождая довольным стоном. На балкон не выходит, топает сразу в ванную.

Затягиваюсь еще раз, успокаиваю бешеный пульс. В голове просветление. Вот это правильно. Запрокидываю лицо к звездному небу. Красиво. Спокойно должно быть на душе… А неспокойно…

Плохо, майор Юматов! Плохо!

Фильтр сигареты прикладываю к губам, там еще на пару затяжек. Не успеваю впустить в легкие дым. Знакомый до дрожи хлопок замораживает в венах кровь. Его не могут заглушить даже звуки музыки. Я слишком хорошо знаком с тем, как работает снайперская винтовка…

Твою мать!

Глава 2

Стас

Есть разница между тем, когда целятся в тебя, и когда ты находишься по ту сторону прицела. Сердце даже кровь качает по-разному. Когда выполняешь задание, ты холоден и собран, на твоей стороне опыт. Когда целятся в тебя, как бы привычен ты ни был к смерти, чувство опасности выбрасывает в кровь адреналин. Спрятаться на открытом балконе невозможно, если вдруг в тебя направлено дуло.

Ныряю в тень. Пульс частит. Непонятно, что происходит. А непонятные ситуации с оружием, заряженным боевыми патронами, я не выношу. На розыгрыш это не тянет. Тушу о поручень балкона окурок. Вслушиваюсь и всматриваюсь в темноту. Именно в темноту, потому что освещение во дворе загородного клуба резко гаснет.

Люди, отвечающие за безопасность «золотой молодежи», приходят в движение. Им ведь не зря деньги платят.

Хлопок…

Еще один…

«Минус три», — мысленно.

Наши так не работают. Любое задержание, даже самое сложное, должно проводиться с минимальными, а желательно нулевыми потерями. Не всегда получается, но чем чище отработали, тем меньше бумажной волокиты.

Херачат по охране профессионалы. Будут класть всех или кого-то конкретно? И я сейчас я не про «мордой в пол».

Охраны здесь почти столько, сколько гостей. Не простая молодежь собралась. Многие из них катаются с телохранителями, хоть и не все. Плюс служба безопасности самого клуба.