Роза Иллиана (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 81

Ему было интересно узнать, что скажет Марла о его новых вещах.

У портовый ворот было ещё больше народу, чем обычно. Причина была очевидна: он никогда не видел там столько Быков. Неудивительно, ведь уже несколько дней по городу ходили вербовщики с барабанами и бубенцами, и принаряженными сержантами, которые громким голосом расхваливали приключения в далёких странах и преимущества, которые служба империи принесёт храбрецам: кроме золота и красот этих самых чужих земель, ещё и грамотность, ведь каждый легионер должен был научиться читать и писать. После двадцати лет службы можно было рассчитывать на пенсию, а если быть достаточно бережливым, то, по словам вербовщика, даже позволить себе небольшой дом. Может быть, даже жену. Более того, благодарность богов, империи и императрицы была тебе обеспечена! Но самое главное, если ты вписал своё имя в контракт, то сразу же мог получишь своё первое месячное жалованье: полкроны и три серебряные монеты! А ещё важнее — гражданские права в империи! А они позволяли приобретать землю, заниматься торговлей или другими профессиями, которые раньше были недоступны.

Обычно рядом с агитатором шёл священник или аколит Борона и, когда его спрашивали, он подтверждал, что человек говорит правду. Это вызвало у Ласки улыбку: должно быть, штаб-полковник Орикес тщательным образом обыскал легионы, чтобы найти Быков, которые действительно были настолько бережливы, что купили дом.

О чём не упоминалось, но все должны были знать, так это о том, что империя находилась в состоянии войны.

То, что гордое военное ремесло связано с боями, со смертью или тяжёлыми ранениями, можно было себе представить. Но большинство людей об этом не думали, и это доказывали множество новых, сверкающих нагрудников, ещё совсем без вмятин и царапин, которые он видел вокруг. Их здесь было предостаточно.

Это также свидетельствовало о спешке, с которой набирали новых солдат: раньше на получение доспехов уходили месяцы. И объясняло, почему блестящие солдаты двигались скованно, словно марионетки, и часто пошатывались. Чтобы можно было легко носить тяжелые доспехи Быков, требовалась гора мышц; они не появлялись за несколько дней.

Это наглядно продемонстрировал новобранец Меча, который сейчас неуклюже попытался преградить ему дорогу: под шлемом бедняга был весь в поту и, казалось, шатался от усталости, а ведь не прошло ещё даже и половины дня. Ласка дружелюбно кивнул ему и уклонился, отчего тот слегка ахнул. Что случилось потом, напоминало сказку о зайце и черепахе, только последних было несколько, и все они теперь неуклюже заковыляли в его сторону. Когда один из новобранцев Меча встал на его пути в четвертый раз и попытался удержать, Ласка понял, что это не случайно, и невозмутимо остановился.

— Стой! — задыхаясь, приказал новобранец, который первый хотел поймать его. — Остановись!

Поскольку Ласка уже стоял, он скрестил руки на груди и выгнул бровь. Он не чувствовал за собой никакой вины и декларировать ему было нечего.

— В чём дело, солдат? — вежливо спросил Ласка. Уже прошло несколько недель с тех пор, как он умыкал чужую собственность, и делал это на службе империи и с благословения Борона. Старых ордеров тоже больше не было благодаря сделки, которую он заключил со штабным-полковником Орикесом ещё до вступления Дезины на престол. Хотя он сомневался, что до настоящего времени она хоть раз сидела на троне.

Вокруг него угрожающе выстроились ещё четверо новобранцев, а у ворот хорошо знакомый Ласки опытный сержант теперь тоже их заметил и неспеша направился в их сторону. На нём были такие же доспехи, как и на новобранцах, только в его случае казалось, что они весили не больше, чем кольчуга.

— Вы… — выдохнул новобранец. — Сэр Ласка, верно?

— Да, это я, — признал Ласка. — Но что…

— Вас разыскивают, — решительно сообщил ему новобранец, положив мужественную руку на меч, который он носил на боку. — Вам приказано тихо идти за нами и не сопротивляться.

«Зачастую известность ценится даже меньше, чем показывают весы», — сокрушенно подумал Ласка. — «И у неё есть обратная сторона». Лучше попытаться их образумить.

— Солдат… — начал он.

— Вперёд, — потребовал новобранец тоном, которому он, несомненно, научился совсем недавно; это прозвучало почти как настоящий приказ, только ему не хватило дыхания. — Иди за мной!

— Посмотрите… — снова попытался Ласка, уже собираясь залезть под жилетку, где находился заверенный печатью документ, содержание которого наверняка повергло бы этих новобранцев в трепет.

— Оружие! — крикнул один из новобранцев и бросился на него, остальные сделали то же самое, и со звонким грохотом удивленный Ласка упал на землю. И, как выяснил, приземление под кучей из пяти солдат в латах было уже не шуткой: рёбра сомнительно затрещали, и из-за всего этого металла ему было трудно дышать.

— Рол, — выдохнул Ласка, увидев приближающегося сержанта между двух ног в доспехах. — Сделай что-нибудь!

Иметь в знакомых солдат на воротах и строить с ними хорошие отношения с помощью шуток, любезностей или оказанием той или иной услуги никогда не помешает. Только никаких взяток. За это можно загреметь в темницу быстрее, чем успеешь сосчитать монеты. Ласка знал сержанта Копья Рола уже много лет, и когда на нём не было всего этого железа, он был дружелюбным парнем, который любил выпить пиво, поиграть в кости и переживал за сестру, вышедшую замуж за никчемного цирюльника, которому сержант не доверил бы даже свою собаку, если бы она у него была.

Пока однажды ночью Ласка не вытащил этого цирюльника из постели, чтобы почитать ему наставления из книги Астарты. И из книги Борона. И показать, что с ним будет, если он продолжит проигрывать деньги или ещё хоть раз посмотрит косо на свою жену! После этого сержант даже угостил Ласку пивом и время от времени оказывал ему мелкие услуги.

Теперь сержант подошёл ближе и весело посмотрел на кучу малу. Солдаты теперь были озабочены не тем, чтобы удержать Ласку на земле — худощавый вор отказался от всякого сопротивления, — а тем, чтобы в своих тяжелых доспехах снова подняться на ноги.

Это было почти так же больно, как и предыдущее падение, потому что солдаты при попытке встать почему-то упорно продолжали упираться коленями в его тело.

— Если это не наш сэр Ласка, — приветливо поздоровался Рол. — Да ещё в совершенно новой одежде. Не считая сапог. Их я уже видел. — «Неудивительно», — кисло подумал Ласка и ахнул, когда ещё одно колено надавило на чувствительное место. «Всё остальное было погребено под железом!»

— Рол! — задыхаясь, позвал худощавый вор. — Позаботься о том… ай… чтобы эти… Осторожнее, придурки!

— Слезли с тебя? — вежливо спросил Рол. Ласка лишь ахнул.

— Спокойно, друг мой, — улыбнулся сержант. — Давай сначала разберёмся, почему ты оказался в таком затруднительном положении. Ты опять что-то натворил?

— Нет, — выдохнул Ласка. — И ты это знаешь! — добавил он с упрёком.

— Давай спросим этих отважных героев, — предложил Рол. — Кому из вас пришла в голову славная идея арестовать самого известного вора Аскира? — любезно спросил он.

— Мне! — гордо отозвался первый новобранец.

— И кому это мне? — вежливо поинтересовался Рол. «На месте новобранца я бы сейчас пустился в бегство», — подумал Ласка и попытался снова вздохнуть. С умеренным успехом. — Я не могу сейчас видеть твоё лицо, рекрут, мне мешает твой шлем!

— Сэр, рекрут Меча Талас, сэр!

— И что было причиной?

— Сэр, его портрет висел в караульной, с заметкой как можно скорее доставить к штаб-полковнику Орикесу, сэр, сержант Копья, сэр!

— Итак, рекрут Меча Талас. А было ли там написано, что его нужно доставить туда в тяжелых цепях и под охраной?

— Нет, сэр, сержант Копья, сэр!

— Тогда как вам, придурки, пришла в голову безумная идея впятером наброситься на брата императрицы? — прорычал Рол так громко, что его крик, наверное, отразился эхом от далёких морских стен гавани.

Тишина. Торговцы на повозках и другие прохожие с удовольствием наблюдали за этим зрелищем, делали ставки на то, что произойдёт, и в целом веселились, отпуская шуточки и пикантные комментарии. Но сейчас, в этот момент, слова у людей застыли на языке, даже волы перед тяжелыми торговыми повозками перестали мычать и смотрели в их сторону.