Эволюционер из трущоб. Том 9 (СИ) - Панарин Антон - Страница 37

— Убей… — прошептал он одними губами.

— Да что вы такое говорите? Сейчас приедут люди барона Титова, они доставят вас в санаторий. А там — знаете, какие врачи? О-о-о! Живо поставят вас на ноги! Ой, а ног-то у вас и нет. Ха-ха, — холодно засмеялся я, а в следующее мгновение схватил мага Крови за волосы и приподнял над землёй.

«Ут, активировать модификатор похитителя». Обшарив карманы, я нашел бумажник с тысячей рублей внутри и ключ от квартиры. Было бы интересно посмотреть, что там. Вот только как найти квартиру этого гражданина в огромной Уфе? А ещё в луже крови я увидел артефактный меч мага. Жаль, что половина клинка испарилась от выстрела Оторвы.

Действие кинжала в качестве кастета мне понравилось, поэтому мага Крови я также отправил в нокаут ударом в висок. Погасил его сознание, а тело отправил в пространственный карман. С улицы донёсся звук приближающихся сирен. Ого. А Титовцы работают весьма оперативно. Нужно и мне поторапливаться. Я рванул к трупам мага Земли и иллюзиониста. Хотел обшарить карманы, вот только карманов не осталось. Вся одежда сгорела.

Зато рядом с ними на асфальте лежало их оружие. У иллюзиониста пять метательных ножей, у мага Земли короткая дубина, больше похожая на кусок ржавой трубы. Обмотка рукояти дубины обгорела, сделав оружие бесполезным. Именно на обмотку были нанесены руны, делая из обычной железяки артефакт. Жаль, жаль. Я бы не отказался узнать, что за заклинание таилось в этой обмотке.

Помимо этого барахла имелся и меч огневика. На удивление, он оказался самым полезным, хоть и выглядел весьма невзрачно. Одноручный меч с обоюдоострым лезвием. Гарда покрыта ржавчиной, а под ржавчиной скрывались рунические символы. На артефактный клинок нанесли два контура.

Первый увеличивал прочность меча, а второй усиливал заклинания мага. Но судя по тому, что я вижу, заклинания усиливались максимум процентов на десять. Впрочем, бесплатная прибавка к силе лишней не бывает.

Как только меч отправился в хранилище, с потолка каменного барьера посыпались бойцы Титова. Вооруженные до зубов, все, как один, в ранге магистра. Можно было бы сказать что они красавцы, если бы не одно «но». Эти красавцы не смогли обнаружить четверых вражеских магистров на своей земле.

Ну, да бог с ними. Титовцы взяли на прицел трупы, а один боец двинул в мою сторону. Приблизившись, он отдал честь и спросил:

— Михаил Константинович, вы не ранены?

Его вопрос заставил меня усмехнуться. Прибыли бы они на пару минут ранее, и увидели, как я без рук, с пробитым насквозь телом, хожу от трупа к трупу, обливаясь кровью. Вот бы Титовцы удивились. Уверен, они бы тут же записали меня в покойники. Спасибо регенерации за то что избавила меня от лишних вопросов.

— Да. Со мной всё впорядке, — кивнул я. — Спасибо барону Титову за то, что подарил мне парочку защитных артефактов. Лишь благодаря им я и смог выстоять, — бессовестно соврал я.

— Рад это слышать, — кивнул боец, осматриваясь по сторонам. — Нам сообщили, что здесь…

— Да. Два живых магистра. Забирайте, — перебил я титовца и выбросил из пространственного кармана два тела.

Увидев располовиненного мага Крови, магистр присвистнул.

— Ого. Неслабо вы его. — Обернувшись, боец закричал. — Лекаря сюда, живо!

Спустя мгновение прибежал целитель, но прежде, чем помочь магу Крови, он заковал его руки в антимагические кандалы. Тоже самое проделали и с огневиком.

— Михаил Константинович, позвольте полюбопытствовать, а откуда здесь столько крыс?

Спросил титовский магистр и пнул ногой почерневшую крысу, которая тут же осыпалась пеплом.

— Полагаю, этот вопрос стоит задать санитарным службам баронства, а не мне, — устало улыбнулся я, призывая из хранилища новый комплект одежды. — Я переоденусь, если вы не против?

— Да-да. Безусловно, — кивнул боец и отправился осматривать поле боя.

Я стянул с себя обгоревшие тряпки и принялся надевать новьё! Титовские гвардейцы косились на меня, видя, что я наряжаюсь в точно такую же форму, какую носят они сами. Прикрыв голую жо… В смысле, облачившись в нарядное одеяние, я попрощался с людьми барона и вылез из каменного барьера, который пока не стали разрушать, чтобы не пугать мирных граждан жуткими видами пролитой крови.

А вокруг и правда собралось довольно много зевак. Ещё бы. Вместо перекопанного асфальта появился странного вида каменный короб, из которого совсем недавно струями било яркое пламя. Забавно, но на место происшествия прибыли не только гвардейцы, но и кареты скорой помощи, а вместе с ними — газовики. Сейчас люди в синих робах рассказывали горожанам о том, что прорвало трубу, поэтому и возникло возгорание.

Внезапно толпа расступилась, и мне навстречу выбежал запыхавшийся барон. Дмитрий Антонович встревоженно оглядел меня с головы до ног и сбивчиво проговорил:

— Михаил Константинович, с момента, как вы появились, всё идёт кувырком.

— Сочту это за комплимент, — улыбнулся я. — Извините, что слегка преобразили ландшафт города, — я покосился на каменный купол.

— Ерунда, — отмахнулся барон. — Зато вы вскрыли гнойник, который вызревал долгие годы. А ещё, Маша просила передать вам это, — он протянул мне письмо. — Чувствует она себя отлично. Я бы даже сказал, лучше, чем когда-либо. Позвольте полюбопытствовать, как вы…? — начал было барон, но я прервал его.

— Дмитрий Антонович, мы, конечно, с вами друзья, но это тайна рода. И я не вправе её разглашать.

— Понимаю, — кивнул Титов и добавил. — Надеюсь, в скором будущем мы породнимся. — Барон подмигнул мне, а я лишь рассмеялся.

— Всё может быть, Дмитрий Антонович. Всё может быть.

— Что ж. В таком случае, не смею задерживать. Надеюсь, что мы скоро увидимся.

— Обязательно увидимся. Но сперва мне нужно разобраться кое с какими делами, — ответил я, крепче сжимая в руке портальный камень.

Попрощавшись с Титовым, я пешком отправился в ломбард Шульмана, который находился за углом. Измаил Вениаминович, по своему обыкновению, обманывал посетителей.

— Какая тысяча рублей? Это фамильное оружие! Им владел мой прадед! — возмутился толстый аристократ в поношенном костюме с заплатками на локтях.

— Возможно, это и так. Вот только величие вашего рода… Хммм… Как бы сказать помягче? — нахмурился Шульман, поглаживая подбородок. — Да. Пожалуй, так и есть. Величие вашего рода угасло, и эта безделушка не несёт никакой исторической ценности. Тем более, что это даже не артефакт.

Равнодушно произнёс торговец и бросил брезгливый взгляд на кортик, лежащий на прилавке.

— Да как вы смеете⁈ Я из гордого рода Жабиных! Мой пра-прадед воевал… — стал распаляться аристократ, раздувая щёки, но его перебил Шульман.

— В те времена воевали все. Мои родичи тоже. Чтобы эта безделушка приобрела историческую ценность, ваш прадед должен был совершить нечто героическое. Увы, я не припомню, чтобы гордый род Жабиных, хоть как-то прославился в войне с Прусами.

Аристократ задохнулся от возмущения. Его маленькие глазки то падали на кортик, то поднимались на Шульмана. В итоге, немного подумав, он снисходительно сказал:

— Накиньте хотя бы пару сотен. Имейте совесть, в конце концов.

— Хорошо. Хорошо, — тяжело вздохнул Шульман. — Я дам вам тысячу сто рублей. И только из уважения к вашему древнему гордому роду.

Со стороны могло показаться, что Шульман говорит искренне, но я знал этот тон. В душе торговец ликует от того, что сумел облапошить этого увальня.

— Чёрт с вами. Я согласен, — кивнул толстяк, получил оговорённую сумму и ушел.

— Вижу, бизнес процветает? — улыбнулся я, облокотившись о прилавок.

— В Уфе полным-полно людей, не знающих, что именно попало им в руки, — задумчиво проговорил торговец, поднеся поближе к глазам кортик. — К примеру, вот этот образец, — он протянул кортик мне. Как только я прикоснулся к рукояти, понял, что передо мной артефакт. — Подобные кортики выдавались в награду Императором Александром. Самозатачивающееся лезвие, восхитительная сталь, а ножны — это просто произведение искусства. А ещё…