Рассвет Души Повелителя. Том 12 (СИ) - Ло Оливер - Страница 40

Битва за цитадель Ацтлана достигла апогея. Воздух наполнился рёвом сражающихся существ, звоном оружия и грохотом разрушающихся зданий. Небо над городом потемнело от дыма пожаров и энергетических всплесков столкновений могущественных практиков.

Рован Крейн, поднявший копьё своего отца, возглавлял атаку на центральную площадь города. Его глаза были красными от непролитых слёз, но движения — чёткими и смертоносными. Каждый удар его копья находил цель, каждый выпад заставлял демонических практиков отступать.

— За отца! — кричал он, и его голос придавал сил сотням практиков, следовавших за ним. — За свободу континента!

Но даже их храбрость имела пределы. Защитники цитадели сражались с отчаянием загнанных в угол зверей, зная, что им некуда отступать и в то же время они фанатично верили в свою победу. За каждого павшего практика Ацтлана на его место вставали двое новых, словно из самой земли рождались бойцы демонической секты.

На восточном фланге сражение возглавлял Горм из секты «Небесного Тарана». Его массивная фигура, окутанная золотой аурой, была подобна маяку для союзных сил. Но даже его могучая сила постепенно истощалась.

— Держать строй! — рычал он, отбрасывая от себя сразу трёх демонических практиков. — Ни шагу назад!

Но ряды атакующих редели. Тела павших устилали улицы города, и всё больше практиков Альянса начинали сомневаться в успехе своего предприятия.

В небе над городом шла не менее ожесточённая битва. Духовные звери всех видов сражались с демоническими существами, служившими Ацтлану. Огромные орлы вцеплялись в летучих змеев. Стаи волков, чья Ци светилась в сумраке настоящим огнём, охотились на костяных гончих, управляемых практиками секты.

Хранитель Пустыни, древний золотистый змей, стал центром сопротивления в битве духовных зверей. Его огромное тело, сверкающее подобно расплавленному металлу, изгибалось среди туч противников, его клыки и когти разрывали демонических тварей десятками. Но даже он начинал проявлять признаки усталости — его движения замедлялись, а раны, полученные в многочисленных стычках, не успевали затягиваться.

— Нас слишком мало, — прошептал Лиан из секты «Алых Лепестков», наблюдая за сражением. — Мы не сможем прорваться дальше.

В этот момент земля под ногами сражающихся задрожала. По всему городу прокатился глухой гул, словно глубоко под землёй пробудилось древнее существо. Демонические практики первыми почувствовали изменение — многие из них замерли на месте, их лица исказились от ужаса и неверия.

— Барьеры пали! — воскликнул кто-то из атакующих. — Они сделали это!

Это известие пронеслось по рядам Альянса подобно свежему ветру, вдыхая новые силы в измученных бойцов. Главная защита Ацтлана, их неприступные барьеры, которые считались непреодолимыми, рухнули. Это означало только одно — группа проникновения достигла Зала Вечного Пламени и уничтожила артефакт.

А значит, демонические практики ослабеют, ведь основной источник, что питал энергией весь город — уничтожен.

Защитники города на мгновение растерялись, и этого хватило атакующим, чтобы перейти в решительное наступление. Рован Крейн первым воспользовался моментом.

— Вперёд! — крикнул он, и его копьё вспыхнуло духовной энергией, подобно тому, как когда-то сияло оружие его отца. — Сейчас или никогда!

Практики Альянса ринулись вперёд с новыми силами. Демоническая секта начала отступать к зиккурату, перегруппировываясь для последней обороны.

Но в момент, когда казалось, что победа близка, с вершины зиккурата ударил луч тёмной энергии, подобный гигантскому копью, пронзающему небеса. Там, где он касался земли, возникали разломы, из которых поднимались новые бойцы — не обычные практики, а демонические существа из плоти и крови, с горящими глазами и когтями, способными разрывать камень. Один их вид вызывал ужас у тех, кто на миг ослабил свою волю.

— Последний резерв Кетцаля, — выдохнул Лиан, наблюдая за происходящим. — Он призвал истинных демонов!

Эти существа ринулись в бой с такой яростью, что первые ряды Альянса были смяты в считаные минуты, увы, даже сильные практики в первые мгновения растерялись и все это могло привести к катастрофе. Горм, видя это, собрал вокруг себя элитных бойцов «Небесного Тарана».

— За мной! — прорычал он, и его тело увеличилось вдвое, покрываясь золотистой аурой. — Мы встретим этих тварей лицом к лицу!

Столкновение Горма и демонических существ напоминало схватку титанов из легенд. Земля дрожала от их ударов, воздух наполнился рёвом боли и ярости. Практики «Небесного Тарана» сражались яростно, но даже их легендарная выносливость имела пределы.

— Нам не выстоять, — произнёс один из командиров, видя, как демонические твари теснят их со всех сторон. Он дрогнул первым, его воля оказалась слабее того испытания, что даровало ему Небо. — Их слишком много.

Лиан из «Алых Лепестков», принял в этот момент решение, которое могло изменить для него все. Его лицо, обычно красивое до женственности, стало жёстким и решительным.

— Передайте всем командирам, — произнёс он. — Мы удерживаем позиции любой ценой. Всё решится на вершине зиккурата.

Все взгляды обратились к вершине гигантского храма, где в этот момент решалась судьба не только этой битвы, но и всего континента. Там, в личных покоях Владыки Кетцаля, Джин Ри, последний наследник древнего клана, сражался с силой, которую многие считали непобедимой.

— Если Джин победит, мы выиграем эту войну, — произнёс Рован Крейн, поднимая копьё отца высоко над головой. — Если нет… то мы все падём вместе с ним.

С этими словами силы Альянса перегруппировались, готовясь к отчаянной обороне. Они знали, что их судьба теперь зависела от одного человека, от исхода одной битвы. И всё, что они могли сделать — это выиграть для него время.

Поднимаясь по спиральной лестнице на самую вершину зиккурата, я чувствовал, как изменяется энергетика вокруг. Воздух становился тяжелее, насыщеннее демонической Ци, которая ощущалась почти физически — словно я пробирался сквозь болотную жижу. С каждым шагом сопротивление нарастало, будто сама атмосфера пыталась оттолкнуть меня, не допустить к своему хозяину.

Чешуйка, всё это время державшаяся на моём плече, тихо и тревожно зашипела.

— Папа, я чувствую… нечто огромное, — прошептала она, её кристаллические глаза сузились от напряжения. — Как будто гора энергии, настолько мощной, что она искажает пространство вокруг себя.

Я кивнул, ощущая то же самое. Ци Кетцаля чувствовалась даже сквозь стены и перекрытия — мощная, древняя, насыщенная тысячелетним злом и жаждой власти.

Наконец лестница закончилась, и я оказался перед массивной дверью, вырезанной из цельного куска чёрного металла, испещрённого сложными узорами и руническими знаками. От неё исходило тусклое багровое свечение, пульсирующее в такт с какой-то неведомой силой внутри.

Проанализировав структуру двери, я понял, что это не просто вход — это сложнейшая защитная формация, созданная для того, чтобы удерживать внутри колоссальную энергию и одновременно не пропускать внутрь незваных гостей.

— Даже не думай, что сможешь просто выбить её, — произнесла Чешуйка, словно прочитав мои мысли. — Эта дверь, похоже, связана с самой сущностью зиккурата.

— Я и не собирался её выбивать, — ответил я, внимательно изучая узоры на металлической поверхности. — Любая формация имеет свою структуру, свои ключевые узлы. Найти и разрушить их — вот задача.

Я провёл рукой вдоль рунических символов, позволяя своей Ци соприкоснуться с энергией формации. Моё двойное ядро давало мне уникальное преимущество — Звёздная Ци ощущала структуру защиты, в то время как Ци Изначальной Бездны позволяла видеть её уязвимости.

— Вот они, — прошептал я, обнаруживая три основных узла, удерживающих формацию в стабильном состоянии. — Если разрушить их одновременно…

Я сконцентрировал Звёздную Ци на кончиках пальцев правой руки и Ци Изначальной Бездны на левой. Затем, выбрав момент, когда пульсация формации достигла минимальной интенсивности, нанёс точные удары по всем трём узлам одновременно.