Пораженные (ЛП) - Бейкер Р. Д. - Страница 59

Я на мгновение задумываюсь.

— Да, нет смысла тащить его обратно с нами.

Джульетта дрожит на обратном пути к грузовику, промокшая насквозь. Когда я держу ее дрожащее тело под мышкой, когда я вспоминаю пролетающие мимо нее пули, на меня давит еще одно бремя реальности. Опасность надвигается на нас со всех сторон. Как долго еще состав будет в безопасности?

Как долго еще я смогу оберегать ее от всего этого?

Когда грузовик везет нас обратно к территории комплекса, когда дождь барабанит по ветровому стеклу и проникает через выбитое окно, реальность обрушивается на меня, как это было миллион раз до этого — я понятия не имею, как все это остановить.

ГЛАВА 27

САЙЛАС

Андерсон смотрит на меня, приподняв брови и открыв рот.

— Гребаная Национальная гвардия саботирует нашу сигнализацию? — он откидывается на спинку своего скрипучего кожаного кресла, сложив пальцы домиком у рта. — И ты сказал, что там был только один из них?

— Да, к счастью, только один. Он выстрелил в нас, не раздумывая ни секунды.

Андерсон выдыхает, вздрагивая, когда над нами раздается раскат грома.

— Господи, эта буря. — его взгляд возвращается ко мне. — Что ты думаешь? Мы можем сохранить пакеты с кровью здесь в безопасности?

Я немного обдумываю свой ответ. Честно говоря, я не думаю, что мы сможем, я думаю, что мы в опасности. Я думаю, нам нужно переехать в Саванну, так как мы здесь слишком изолированы. Там, где когда-то пребывание в одиночестве считалось более безопасным, что делало нас менее привлекательной мишенью для атак Пораженных, сейчас все изменилось. Наши запасы оружия ограничены.

Но все, о чем я могу думать — это Джульетта. В таком большом поселении, как Саванна, как Бостон, я никогда ее не увижу. У нас не будет той свободы, которая есть здесь.

И именно с этой единственной, эгоистичной мыслью в моей голове я встречаюсь взглядом с Андерсоном и пожимаю плечами.

— Если честно, я не думаю, что у нас сейчас были бы лучшие шансы в другом месте. Будет лучше, если мы подождем, что скажут об этом в Бостоне.

Андерсон, кажется, доволен этим ответом, его губы растягиваются в знак одобрения, когда он кивает.

— Отлично, это то, что я надеялся услышать.

Дождь барабанит по крыше, а ветер завывает сквозь щели в окнах. За жалюзи ярко сверкает молния, и Андерсон поворачивается в кресле, чтобы приоткрыть их пальцем, глядя наружу.

— Нам повезет, если электричество останется включенным, — тихо размышляет он.

— Что ж, скрестим пальцы. — Я поднимаюсь на ноги. — Если это все, сэр.

— Да, спасибо, Кинг.

Я направляюсь к двери и берусь за ручку, когда голос Андерсона останавливает меня.

— Кинг, всего лишь вопрос.

Я полуоборачиваюсь к нему, глядя на него через плечо.

— В чем дело, сэр?

— Ты был там один, не так ли? Я имею в виду, сегодня?

— Да, сэр. Один. — Я решительно киваю. Надеюсь, не слишком решительно.

— Ты сказал «Нас». — он слегка прищуривает глаза. — Когда ты сказал, что Национальная гвардия стреляла, ты сказали «Нас». Кто это «Мы»?

Гребаный идиот. блядь, блядь, блядь.

Я слегка смеюсь и пожимаю плечами.

— Извините, сэр, чертов британский сленг до сих пор время от времени подкрадывается ко мне.

Лицо Андерсона мгновенно расслабляется, и он тоже смеется.

— А, понял. — Он отпускает меня веселым взмахом пальцев и кивком.

В этом не должно быть ничего особенного, но, выходя в бушующий шторм, я ругаю себя снова и снова. Вот так, блядь, неправильно выразиться, оступиться — этого не может быть. Я должен быть осторожен. Протащить Джульетту обратно в лагерь в разгар сильного шторма было достаточно сложно. Они отчаянно искали ее, и мне пришлось сочинить историю о том, как она испугалась в лесу. К счастью, все были слишком заняты, чтобы задавать вопросы.

Огни над головой на мгновение мерцают и гаснут, как будто они дышат, пытаясь выжить в бушующем шторме. Они снова становятся ярче, но только для того, чтобы снова замерцать, когда очередной порыв ветра сотрясает территорию комплекса. Небо наполняется одной вспышкой молний за другой, прокладывающих себе путь сквозь темные тучи, сгущающиеся над комплексом.

Пелена дождя накрывает меня, когда я направляюсь к своей хижине, как раз в тот момент, когда прямо над головой раздается оглушительный раскат грома. Территория комплекса погружается во тьму. Начинают появляться светящиеся точки фонариков, и я направляюсь к башне obs. Как только я достигаю подножия лестницы, Кроули оказывается там и машет мне рукой.

— Все кончено, чувак. Шторм полностью разрушил сеть. Нам нужно идти охранять ворота и мешки с кровью, — он говорит что-то еще, что заглушается очередным раскатом грома прямо над нами, и он машет рукой, показывая мне следовать за ним в душевую кабину.

Молния продолжает танцевать вокруг нас, отбрасывая тени на стены, и я ненавижу эту гребаную панику, которая начинает скручивать мои конечности. Комплекс не защищен. Если отключается электричество, отключается и сигнализация. Мне это не нравится. И Национальная гвардия, без сомнения, ищет своего человека, который так и не вернулся…

Кроули распахивает дверь душевой кабины, светя фонариком внутрь.

— Здесь есть кто-нибудь? — зовет он.

Несколько голосов отвечают, вглядываясь в туннель света, поднимая руки вверх и моргая в ответ. Люди, некоторые завернутые в полотенца, некоторые полуодетые, идут к нам.

— Отключается питание, — рявкает Кроули. — Мы в условиях карантина. Идите в общежитие и оставайтесь там.

Они все кивают в знак согласия, и тут сладкий аромат ударяет меня в живот, как удар под дых. Джульетта идет ко мне. Ее влажные волосы перекинуты через плечо, она одета в тонкую белую рубашку и обтягивающие леггинсы.

— Ты иди вперед, — говорю я Кроули. — Я проверю остальную часть здания на предмет отставших.

— Без проблем. — Кроули поворачивается, приказывая людям следовать за ним в ненастную ночь.

Взгляд Джульетты встречает мой, когда она проходит мимо меня, и я протягиваю руку, чтобы обхватить ее за локоть, удерживая неподвижно. Она ждет, не сводя с меня глаз. Остальные шаркающей походкой выходят, и мы остаемся одни. Ее серые глаза освещены резким светом фонарика.

— Что ты делаешь? — тихо спрашивает она

— Я не оставлю тебя в этом общежитии, — я притягиваю ее ближе к себе. — Все электричество отключено, и я не доверяю им твою безопасности.

— Ты сумасшедший, они заметят.

— Оставайся здесь. — Я поднимаю брови, ожидая, что она согласится. — Оставайся здесь, а я вернусь через минуту.

Наконец она кивает и садится на скамейку.

— Не оставляй меня здесь надолго, я не люблю темноту.

Я криво улыбаюсь ей и, быстро развернувшись на каблуках, направляюсь вслед за Кроули. Когда я подхожу, он машет людям, приглашая в общежитие, выглядя так, будто наполовину считает, но в то же время слишком расстроенный порывами ветра, которые продолжают налетать на нас.

— Все учтено. — Я повышаю голос, чтобы меня услышали сквозь шум бури. — Душевая пуста.

— Великолепно! — он моргает, смахивая дождь с глаз. — Андерсон отдал приказ всем, кто не на смене, оставаться внутри.

— Ладно, никаких проблем. В любом случае, делать особо нечего, да?

— Думаю, что нет! — Кроули закрывает дверь после того, как заходит последний человек, и встряхивается, как раздраженный терьер. — Иди вперед и убирайся с этого дождя, у тебя сегодня было достаточно забот.

— Спасибо, чувак. — Я ухожу, помахав рукой, проверяя через плечо, не смотрит ли он, пока я иду в душевую.

Гребаный идиот.

Голос вернулся, упрекая меня, проклиная меня, мою глупость и мою зависимость от этой женщины. Но будь я проклят, если оставлю ее без защиты. Я лучше столкнусь со всей яростью Андерсона и всеми садистскими наказаниями, которые он только может назначить, чем оставлю ее здесь.

Я придерживаюсь тени, пробираясь обратно, чтобы найти Джульетту, ждущую там, где я ее оставил, обхватив себя руками. Не говоря ни слова, она поднимается на ноги и берет меня за руку, позволяя отвести ее обратно в мою хижину под скудным покровом темноты, под сердитым световым шоу, мерцающим в небе.