Измена. Спаси меня, если сможешь (СИ) - Латте Лия - Страница 18

Он сделал небольшую паузу, обводя взглядом собравшихся.

— Ксения Ларина.

В комнате воцарилась тишина. Я почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Сердце замерло, а потом ухнуло вниз.

Я поеду в Москву. С Андреем Викторовичем.

Но… почему именно я?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 24

Я поеду в Москву. С Андреем Викторовичем.

Но… почему именно я?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Артём издал едва слышный свист и бросил на меня быстрый взгляд.

— Ну-ну, Ларина. Карьера идёт в гору?

Я не знала, что ответить. Его слова немного задели меня. В голове всё смешалось — удивление, сомнение, даже лёгкое беспокойство.

Я чувствовала на себе взгляды коллег, но не поднимала головы. Андрей Викторович продолжал говорить о деталях поездки, о предстоящих лекциях и семинарах, но я почти не слышала. Мысли путались. Почему я? На станции достаточно опытных сотрудников, врачей, которые работают здесь дольше меня. Почему выбрали именно меня?

— Ларина, вопросы есть? — внезапно раздался голос Андрея Викторовича.

Я резко подняла голову и столкнулась с его пристальным взглядом. По спине пробежала волна мурашек. Казалось, что в его глазах скользнула тень усмешки, но, возможно, мне просто показалось.

— Нет, — ответила я, чувствуя, как сердце неровно стучит.

— Отлично. Тогда после смены зайдёшь ко мне в кабинет, обсудим детали поездки.

Я кивнула, а Артём тихо фыркнул рядом.

— Ты теперь элита, Ксюша, — шепнул он, когда собрание закончилось. — Избранная. Будешь наукой заниматься.

— Хватит уже, Артём, — раздался голос Наташи, которая стояла неподалёку. — Может, человек просто заслужил этот шанс, а?

Артём ухмыльнулся:

— Конечно, Наташ, но согласись, странно, что из всех выбрали именно её.

— А что, тебя, что ли, должны были взять? — фыркнула она, скрестив руки на груди. — С твоими шуточками? Представляю тебя на конференции, где ты объясняешь профессорам, что любое лечение — это «главное, чтобы пациенту было не скучно, а мне весело, гыгыгы».

Я только закатила глаза, наблюдая, как они начинают привычную словесную перепалку. Наташа и Артём могли спорить о чём угодно, только дай повод, но сегодня у меня не было сил их разнимать. Я просто хотела понять, что стоит за этим решением Андрея Викторовича.

После смены я направилась в кабинет главврача. Внутри всё ещё бушевали сомнения. Выбрали ли меня потому, что действительно видят во мне перспективу? Или всё дело в жалости? В том, что вся станция уже знает о моём разводе, о долгах, о том, как Павел обошёлся со мной? Может, Андрей Викторович просто решил дать мне шанс развеяться и отвлечься?

Я постучала в дверь.

— Войдите, — раздался его громкий голос.

Я глубоко вдохнула, вошла и закрыла за собой дверь. Он сидел за столом, перебирая бумаги, но как только я заняла место напротив, отложил их и внимательно посмотрел на меня.

— Ну, Ларина, вижу, ты не в восторге от поездки, — произнёс он с лёгкой улыбкой.

— Просто… неожиданно, — ответила я. — У нас много врачей, фельдшеров с большим опытом. Почему выбрали именно меня?

Он склонил голову набок, словно раздумывая, стоит ли говорить правду.

— Ты хорошо работаешь. Имеешь хорошую репутацию среди коллег. У тебя однозначно есть потенциал. А главное — ты искренне любишь свою работу и быстро учишься. На таких людях и держится наша отечественная медицина.

Я опустила взгляд, не зная, что сказать. Было ли это правдой? Или просто красиво сформулированной причиной, чтобы не сказать прямо, что меня выбрали из жалости?

— Вам не кажется, что это… не совсем заслуженно? — наконец выдавила я.

Андрей Викторович прищурился, наклонился вперёд, сцепив пальцы в замок.

— Ларина, ты всегда так сомневаешься в себе? Что с твоей самооценкой? Откуда столько неуверенности в себе? Ты же молодая красивая женщина.

Я вздрогнула. Его слова попали точно в цель, больно уколов меня.

— Извините, просто непростой этап в жизни, — призналась я тихо. — Небольшой упадок моральных сил, но на работе это не сказывается, честно.

Он некоторое время молчал, словно оценивая мои слова. В комнате повисла напряжённая тишина.

— Думаешь, я выбрал тебя из жалости? — вдруг спросил он.

Я резко подняла взгляд и посмотрела в его глаза. Он смотрел прямо, без тени иронии или насмешки.

— Разве не так? — выдохнула я.

Он чуть прищурился.

— Ты думаешь, я стал бы рисковать своей репутацией, если бы не был уверен в тебе?

Я открыла рот, но слова застряли в горле. Почему он смотрит на меня так? Так… Вызывающе!

— Я выбрал тебя, потому что так будет лучше, — после короткой паузы сказал он. — Это полезный опыт. Ты многое увидишь, узнаешь.

Он говорил ровно, но я заметила, как он сжал руку в кулак на столе.

Я сглотнула.

— Хорошо, — наконец произнесла я. — Тогда скажите, когда выезжаем?

Он посмотрел на меня чуть дольше, чем обычно, потом открыл ежедневник.

— Через три дня. У тебя есть достаточно времени, чтобы собраться.

Глава 25

До поездки оставались считанные часы, а чемодан всё ещё стоял открытым и наполовину пустым. Я смотрела на него, пытаясь сообразить, что взять с собой, но мысли разбегались. С одной стороны — конференция, официальное мероприятие, с другой — несколько дней вдали от станции, в одном городе с Андреем Викторовичем.

Я вытащила из шкафа пару строгих блузок, брюки, удобную обувь. Вроде бы всё, но ощущение, что я что-то забываю, не покидало.

«Может, не ехать?» — промелькнула глупая мысль, но я тут же её отогнала. Раз уже согласилась, нужно держать себя в руках.

Я задумчиво сложила вещи, когда в дверь неожиданно постучали.

— Ксю, открывай, это я! — донёсся голос Наташи.

Я вздохнула и пошла открывать.

— Ты чего здесь? — спросила я, впуская подругу.

— А я думала, ты будешь рада меня видеть! — Наташа прошла в квартиру и сразу направилась к кухонному столу. — Чай будешь делать?

Я пригласительным жестом указала на кухню и сама пошла следом, ставить чайник.

— Ну, рассказывай, как твой Павел, — Наташа опустилась на стул и скрестила руки на груди. — Не докучает? Не выкидывал новых фокусов?

Я усмехнулась, взяла чашку и опустилась напротив неё.

— Да нет. Исчез, как будто и не было. Я даже не знаю, что хуже — его истерики или вот это полное игнорирование.

— Ксю, так тебе же лучше, — Наташа пожала плечами. — Пусть сидит в своей норе, пока ты разбираешься с документами и спокойно разводишься с ним.

— Наверное, — вздохнула я, перемешивая ложечкой чай. — А у тебя как дела? Как сын?

Лицо Наташи смягчилось, в уголках губ появилась тёплая улыбка.

— Хорошо. Он полностью восстановился, пошёл в первый класс. Такой важный теперь, с портфелем больше себя, — она тихо засмеялась. — Иногда смотрю на него и не верю, что всё это позади.

Я улыбнулась в ответ. Сын Наташи — Матвей, относительно недавно перенес операцию на сердце, и мы все очень переживали за него. Хорошо, что всё это уже позади

— Я рада за тебя. Ты столько пережила.

— Да уж, было непросто, — Наташа вздохнула, а затем хитро прищурилась. — Кстати, раз уж мы обсуждаем личную жизнь… Как там Артём?

Я подняла брови.

— В смысле «как там Артём»?

— Ксю, ну ты серьёзно? — Наташа всплеснула руками. — Этот человек открыто с тобой флиртует. А ты ведёшь себя так, будто ничего не замечаешь.

— Да ну брось, — я закатила глаза. — Он так со всеми.

— Да? — Наташа ухмыльнулась. — Тогда почему кофе утром он приносит только тебе? И почему его шутки всегда адресованы именно тебе? Ты просто не хочешь этого видеть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я отвела глаза в сторону, задумавшись. Действительно, Артём был слишком внимателен, но я списывала это на дружеские подколы. Разве он мог воспринимать меня иначе?

А потом я вспомнила его недавнее приглашение на свидание…