"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 1192

— Значит, так! Дуй давай, летописец, на улицу да тащи сюда первый попавшийся отряд ватажников! Как припелёхают, оставим их тут, а сами к князю наведаемся! Разговор у нас будет с ним непростой! Ну а пока ты там бегаешь, аки оленёнок несмышлёный, я потолкую с кем-то из этих поганцев, если есть выжившие, конечно… — с этими словами Ратибор подошёл к трём возлежавшим в коридоре телесам и, схватив разбойников кого за шиворот, а кого за волосы, поволок их вон из дома.

— Понял! Одна нога здесь, другая — там! — Емельян споро умчался выполнять указание своего приятеля. Тот же, вышвырнув троих лиходеев наружу, бегло их осмотрел, пошарив при этом по карманам. Ничего интересного не обнаружив, Ратибор проверил, живы ли они. У Тапислава оказалась свёрнута шея, Руземиру сломанная лицевая кость вонзилась в мозг, подарив ему быструю смерть, а вот Яривисту не повезло. Он начал подавать признаки жизни и даже стал помаленьку приходить в себя, бессвязно что-то при этом бормоча; перекорёженный мощным ударом нос да свёрнутая набок челюсть не особо располагали к разговору, но попытаться всё же стоило. Молодой богатырь присел на корточки, достал из-за пояса распластавшегося перед ним громилы его же топорик да не мудрствуя лукаво тут же вогнал добрую сталь тому в бедро. Раздалось что-то похожее на мычание вперемешку с жалобными всхлипами; негодяй мгновенно очухался, с трудом сплёвывая кровь и тоскливо при этом подвывая; ему явно было тяжко.

— Говорить-то можешь, тварь? — Ратибор хмуро нависал над окровавленным мерзавцем.

— М-могу, но п-плохо… — кое-как проскрипел тот в ответ, сильно при этом заикаясь и шепелявя. Похоже, с произношением у негодяя после славной богатырской затрещины начались явные проблемы.

— Кто послал? Где стража? Как удалось всё это провернуть? — рыжеволосый воин выдернул колун из ляжки разбойника и тут же всадил его по новой в ногу провинившегося головореза. Послышался очередной жалостный вскрик. Яривист повернулся и попытался даже куда-то поползти, но Ратибор опять вонзил чекан в телеса несчастного негодяя, на этот раз в ягодицу. Незадачливый душегуб звонко заверещал от нестерпимой боли.

— Я не з-знаю! Н-ничего не з-знаю! — наконец, с трудом выпалил он в ответ. По щекам его потекли ручьём слёзы. — Тап вот з-знал, но ты ему б‑башку свернул! Мы же х-хотели лишь деньж-жат с-срубить п-по-лёгкому… — ещё недавно бывший таким самодовольным, косоглазый бандит представлял сейчас собой жалкое зрелище.

— Врёшь, поди, собака?.. — Ратибор выдернул топор из задницы Яривиста и вогнал его по обух в плечо «везучего» убийцы, уже давно пожалевшего, что вообще на свет родился.

— Н-нет! Н-нет! Ув-веряю! Я п-правду говорю! — окровавленный бандюган горестно завыл.

— Похоже, что не брешешь… Тогда на кой ты мне?.. — задумчиво пробормотал рыжий гигант, вонзая лезвие топора в череп Яривиста, тем самым прекращая его страдания. — Благодарить должен, что я тебя на кол не насадил, как червячка на крючок, шакалюга вонючий… — Ратибор встал и обернулся. На пороге их избушки стояла потрясённая Марфа, прижимая к себе угрюмых Буреслава и Власту. Похоже, это зрелище они запомнят надолго.

— Дорогая, ты совсем ку-ку⁈ — могучий исполин неодобрительно зыркнул на жену. — Детей в дом уведи и сама там закройся! Нечего вам на это глазеть! Не спорь только! Не сейчас!

Марфа молча кивнула и скрылась в дверном проёме, забирая с собой ребятишек. Те держались молодцом, несмотря на свой юный возраст: никто из них реветь и не думал.

Тем временем к избе Ратибора примчался запыхавшийся отряд бравых воителей, состоящий из семи стражников. Возглавлял его Зареслав, хорошо знавший упрямого витязя по совместному походу в Забытые пустоши. За ними кое-как присеменил знатно вспотевший Емельян, явно толком не поспевавший за тренированными бойцами из ватаги Святослава.

— Тысячник, ты прям притягиваешь к себе неприятности! А где же охрана наша?.. — Зареслав озабоченно обернулся, удивлённо осматриваясь. — Ничего не понимаю… Они что, оставили пост, дуралеи⁈

— Как раз хочу у них поинтересоваться за тот же самый вопросец! — угрюмо пробурчал Ратибор, заходя в дом и снимая со стены у входа свою любимую старушку секиру. — Пошли до князя, Емеля! Денёк перестаёт быть томным! Вы же, — дюжий ратник сурово глянул из-под кустистых бровей на примчавшихся дружинников, — если оставите без присмотра моих родных, я вас всех на ремни постругаю, а опосля свиньям на завтрак подкину, усекли, кулебяшки⁈

Воины лишь быстро закивали в ответ. Сомнений в том, что в случае чего этот хмурый великан мигом исполнит своё обещание, не было никаких.

— Вот и ладушки! Ну а мы до княжьего терема тогда! Пора испортить кое-кому трапезу… — и Ратибор вместе с непутёвым писарем споро потопали к замку Святослава. Мрачное выражение лица рыжебородого богатыря не сулило ничего хорошего любому, на кого будет направлен его гнев.

— Никогда не думал, что скажу такое, но не хотел бы я сейчас оказаться на месте Яромира или князя… Про наших молодцев, что пост у его избушки оставили, я вообще молчу! Они, считай, покойники! Или калеки… Ещё ведь, кстати, неизвестно, что хуже… — пробубнил себе под нос Зареслав, провожая взглядом свирепого исполина и его белобрысого приятеля.

— Зачем ты взял с собой секиру, вулкан огнедышащий? — между тем обеспокоенно молвил Емельян, опасливо косясь на стремительно идущего к дворцу Святослава угрюмого друга. — Прошу тебя, только не пори горячку…

— Не трухай, балбес, — бросил ему на ходу сурово Ратибор. — Я буду сама любезность!

— Ну-ну… — горестно вздохнул молодой повеса, предчувствуя надвигающуюся бурю. — И с чего ента меня терзают небольшие сомнения?.. Можно сказать, совсем малюсенькие…

— Хорош гундеть, Емеля! — раздался грозный рык в ответ. — Ни одного хомяка не пострадает! Наверно…

— Я тебя только об одном прошу, Ратик! Ты сначала спрашивай, а потом бей, а не наоборот! — взволнованно шмыгнул носом бравый летописец. — Иначе мы так никогда ничего не узнаем…

— Умолкни, писарюга!.. Яйца курицу не учат!

— Э-э-э, я правильно понимаю, что ты сейчас сравнил меня с яйцом, а себя — с курочкой⁈ Не, я-то чего, я не обиделся… Ведь яичко по имени Емельян, это такая обыденность нынче! Но вот цыпочка по кличке Ратиборушка, это определённо была бы местная знаменитость…

— Да захлопнись, Емеля, пока я тебе по маковке чем-нибудь не тюкнул!.. Не зли меня! Не сейчас! А то до князя Емельян по прозвищу Яйцо точно не докатится целым и невредимым!..

— Не могу остановиться, уж прости! Тем более ты всё перепутал, топтыга! Наоборот же, яйцо по прозвищу Емельян! Хотя… Как ты считаешь, Ратибор по кличке Несушка и цыпа с имечком Ратик, это ведь разные вещи?.. Или в твоём случае — нет?..

— Эка тебя понесло, пустомеля! Если не хочешь, чтоб в довесок ещё и пронесло не по-детски…

— Цып, цып, цып…

— Ну не дрянь, а⁈ Изыди, козюлька приставучая!..

— Не дрянь я…

— А-р-р-р, загрызу!..

— Не брезгуешь козюлькой-то… Ой! Больно же! — княжий племяш обиженно потёр темечко. — Щелбан-то за что⁈

— За дело, Емеля! За дело!

Глава 3

Ты что себе позволяешь⁈

— Ты чего, Рат?.. Что стряслось⁈ — Яромир, восседавший за одним столом со Святославом, оторвался от нежнейшего мяска молодой лани, с неприкрытым удовольствием им уплетаемого за обе щёки, и с удивлением и плохо скрываемым беспокойством уставился на могучего товарища, мощным пинком отворившего дверь в обеденный зал и угрюмо направлявшегося в их сторону. В руках Ратибор крепко сжимал любимую секиру, а позади него маячил не на шутку встревоженный Бронислав с несколькими дружинниками.

— Прости, князь! — глава дворцовой охраны явно был сильно озадачен и смущён. — Но разве этого шатуна сумасшедшего остановишь!.. Он ведь даже не спрашивает!.. Ворвался как ураган!.. — Бронислав виновато пожал плечами, при этом на всякий случай обнажив клинок. Его бойцы не преминули последовать примеру своего командира.