"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 1234

Под недоумённые взгляды пухлых толстосумов воевода кивнул, быстро вытер руки о лежащее недалече льняное полотенце, после чего встал и проследовал к слегка озадаченному Ратибору, настойчиво взяв того под локоть и споро выведя из тронного зала.

— Всё хорошо с твоими, дружище, не волнуйся! Увидишь сейчас их! Э-э-эх, почему охрана на вратах терема не сообщила, что вы воротились⁈ Велено же было! Разгильдяи, маковки им посшибаю! — зашелестел Яромир на ухо своему товарищу, аккуратно закрыв дверь в палаты и, грозно зыркнув на смущённого Бронислава и двух его бойцов, виновато переминавшихся с ноги на ногу, велел им присмотреть за князем, пока сам отсутствует. — А Марфу с детишками мы со Святом забрали во дворец вскорости после вашего отбытия, решив, что у нас они будут куда в большей безопасности, чем в вашей избушке! Только на время твоего похода, Рат!

— Ясно… — Ратибор немного успокоился, топая за воеводой, а по совместительству и личным телохранителем государя в левое крыло замка. — А чего тут происходит? Пирушка у Святослава⁈

— Ну да, важная. С торговой гильдией переговоры… Выбрал ты, конечно, времечко, чтобы вломиться к нему! Аккурат тогда, когда князь таки уступил их настойчивым просьбам о встрече и пригласил всем скопом на трапезу в терем… У нас тут пять суток назад неприятность одна крупная случилась, купца видного прирезали прям в центре Мирграда средь бела дня, недалече от «Четырёх копыт» да дворца, представляешь? Вот торговцы и всполошились! Хотят знать, кто, когда, зачем, почему да можно ли им теперича по городским улочкам хаживать без оглядки… Вот Свят их и успокаивает! Причём какое-то убийство странное само по себе… Один удар ножом, прямо в сердце, а после ещё и горло головорез вспорол несчастному зачем-то!.. Для верности, что ль, аль просто кровь любит… Но работал явно не любитель!

— Бывает… Чем-то вывел лавочник из себя кого-то, мало, что ль, у них врагов? Обнёс, обокрал, недодал, обманул, проценты высокие заломил, что платить сил нет… Честного человече среди пузанов не часто встретишь нынче, так что мне их брата особо и не жалко, гнилой народец… Даже лапу когда им пожимаешь, ладошки потные обычно, склизкие, как тулово у лягухи болотной… — Ратибор брезгливо скривился. — Ну а что, не взяли у него ничего даже?

— Взять-то взяли, кошель с кругляшами, — молвил задумчиво Яромир. — Да вот только, окромя куля с монетками, имелось, что ещё у купца стянуть: перстни на пальцах в избытке болтались, браслеты на руках, да ту же цепочку златую цены немалой не тронули. Там на ней один кулон с алмазом крупным целое состояние, поди, стоит! Такое ощущение, что пытались всё поставить так, дабы подумали, что это…

— Ограбление, — закончил за него Ратибор. — Но действовали наспех, потому забрали только мошну? Но зачем? Что за теория заговора? Всё же, может, так и было на самом деле, как видится, просто спугнули нашего убийцу, не успел довершить начатое? Дело-то происходило, говоришь, в центре Мирграда? Днём? И чего, никто ничего не подглядел краешком глаза? Да в жизнь не поверю!

— В Соловьином переулке пузана нашего оприходовали, а там обычно тихо в любое время дня и ночи, ты же в курсе. Но может, и не успели толком обыскать, спешили аль взаправду спугнули, кто знает… Хотя цепку-то с шеи сорвать секунда-другая треба, не более… На вспарывание глотки времечко душегуб нашёл! И да, никто ничего не видел и не слышал… По крайней мере, свидетели не объявились покамест. Ну а задержать по горячим следам, как понимаешь, разбойника не удалось…

— Разбойника? Думаешь, он один был? — хмыкнул Ратибор. — Не факт! Как мне кажется, кто-то мог лиходею помогать, отмашку дать, например, что всё чисто, никого нет, можно действовать… Одному так сработать сложнее… Но вообще, не вижу ничего странного! Дорогу кому-то перешёл торгаш, ну а то, что завалили его грамотно и красиво, так мало ли у нас по граду и окрестностям мастеров ножа и топора шляется?.. Пущай, вон, Емеля разбирается, это теперь его головная боль! Ты знал, кстати, что его Свят главой Тайной Канцелярии Мирграда назначил заместо Зедамира?

— Угу, проведал об этом дней восемь-девять назад, когда вы давно уползли уже в Бобруйку. Ох, чего-то я в суматохе забалакался! Как съездили-то? — Яромир покосился на своего рыжего приятеля, у которого синева под глазами от сломанного носа до конца ещё не сошла. — Удачно? Видок-то у тебя помятый, хотя времени уж прошло… Было жарко, как я понимаю? Письмецо прилетело от Мизорада, что проблема улажена, зло уничтожено, как и чёрные разбойники, но никакой конкретики, окромя той, что заслуга в этом целиком и полностью старосте принадлежит! Ну и вы, мол, трое, ему слегка подсобили… Брешет, поди?..

— Вот жук нахальный! — язвительно фыркнул Ратибор. — Заслуга его лишь в том, что припасы нам в дорогу организовал, прохиндей старый… Ну да Перун ему судья, хрен с ним! А так, это Мельванес там безобразничал, представляешь? Вместе с недобитками серыми, что тогда отказались признать Лучезара да отколупнулись от Варградского воинства…

— Да ты что! — Яромир резко остановился, поражённо уставившись на друга. — И⁈

— Что «и»? Запулили всех разом на суд к богам, пущай в тесноте пообщаются скопом… — Ратибор, слегка поморщившись, опять почесал не прекращающие зудеть четыре царапины на плече, оставленные тёмным магом. — Бобруйских спасли, Твердоземье спалили, ибо место гиблое, тьмой пропиталось порядком… Познакомились так же с оравой ходячих одуванов да вожаком йотунов, жаль, что кратенько… А, погодь, самое интересное! Там ещё, представляешь, этот олух, ну, шаман костлявый, сынку своего воскресил, Лудогора белёсого, помнишь такого? Упёр тело с поля брани, потому и найти его тулово не могли!.. В общем, я этого наследничка трона серого тоже до кучи, того, снова зажмурил, на этот раз навсегда уж точно!.. Надо бы, кстати, с Лучезара деньжат стрясти! Сдаётся, он нам должен, ибо кабы не мы, подвинули бы его вскорости из терема княжьего в Варграде! Это так же верно, как и то, что Емеля — гроза кузнечиков!..

— Ну ты даёшь!.. — только и смог вымолвить ошарашенный воевода. — Как-нибудь поведаешь поподробнее…

— Емельку тереби, он всё в красках опишет. Сам знаешь, из меня рассказчик так себе… — Ратибора вдруг охватило плохое предчувствие. Явно чего-то вспомнив, он бросил быстрый взгляд на Яромира: — Слушай, а как звали торгаша того? Ну, которого убаюкали недавно?..

— Эм, сейчас, погодь… — княжий воевода нахмурился, припоминая: — Этот, как его… Демидий вроде… Да, точно, Демидий!..

— Что⁈ Вот дерьмо!.. — пробормотал обескураженно Ратибор, почесав задумчиво макушку. — Вызнал, что ль, чего?.. Седло ишака старого мне на завтрак каждое утречко, похоже, подставил я купца под удар-то своей просьбой необдуманной! Прах и пепел, меня вся эта кухня с крысёнышем в тереме порядком уже утомила!..

— Ты чего, братишка, знал этого лавочника? — Яромир удивлённо уставился на приятеля.

— Угу!.. Пересекались несколько раз… — Ратибор досадливо поморщился. — Между прочим, один из немногих торговцев, кто не вызывал у меня отвращения и желания съездить ему немедля по мордасам! Потому что нормальный мужик… был. Что редкость в наше непростое время средь их ушлого племени… Надо бы Емельяшку напрячь, пущай всех сыскарей своих на уши поднимает да плотнячком к этому делу присобачивает! М-дя-я-я, жаль купчишку-то…

— Ну да, жаль… — Яромир тяжело вздохнул, потопав было далее по коридору, но, спустя мгновение внезапно развернувшись к рыжебородому приятелю, вдруг подмигнул ему да хлёстко бросил: — Кстати, есть и хорошая новость! Нашёл князь того, кто повторил заказ на твою ряху, дружище! И ты его знаешь!..

Александр Фомичев

Ратибор и сыны Одина

Пролог

Где-то на Западе. Вскоре после гибели Мельванеса

Высокая, слегка изогнутая, причудливая тёмная башня, мрачная, как непроглядная ночь, подпирая небеса остроконечным шпилем в виде узкой, продолговатой иглы, возвышалась на окраине никогда не спящего многотысячного города Нурязима, столицы великой Ослямбской империи, жемчужины Западной цивилизации, сразу привлекая к себе всеобщее внимание. В первую очередь тем, какое безмолвие царило вокруг неё. Зловещее безмолвие. Хотя, как порой шептались испуганно случайные прохожие, спешившие по своим делам и вынужденные проходить мимо, из самой туры нет-нет, да и доносились приглушённые жуткие звуки. А точнее, крики. И плач, горький плач, полный ужаса и невыносимой боли, порой переходящий либо в звериный вой, либо в безумный смех. Ещё ни один обычный человек, которому довелось побывать внутри сего грозного строения, именуемого в народе Башней Страха, назад не воротился, чтобы поведать о том, что же там творится. Да простой люд старался этим и не интересоваться, разве лишь между очень близкими и родными обсуждая еле слышным шепотком саму башню и происходящее в ней. Говорят, хозяйка сего диковинного строения была колдуньей. Могучей, безжалостной и умалишённой. А с ведьмами и магами связываться не хотелось никому. А уж с сумасшедшими и подавно.