"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 523

— Не особенно, — призналась она.

— Понятно, что Лахти чувствует себя неудовлетворённым, но зачем же сочинять то, чего не было? Анна, давайте, я попрошу фон Кеммена предоставить вам полный протокол разбирательства? На котором, кстати, в числе прочих красуется и подпись Матиаса Лахти.

— Хорошо, — согласилась она. — В общем-то, я склоняюсь к тому, чтобы вам поверить, но чтобы полностью и окончательно закрыть вопрос, давайте посмотрим протокол.

— А кстати, почему Матиас сам не дал вам посмотреть протокол?

— Он сказал, что Дворянский Совет этого не позволит.

— Как это не позволит? По уложению о Дворянском Совете участнику разбирательства все протоколы и документы предоставляются немедленно по первому требованию. Анна, вы же сама дворянка, вы должны это знать.

— Я разберусь, — она смутилась.

Ну всё понятно — ещё одна бывшая мещанка, у которой не нашлось времени на зубрёжку скучных уложений. Хотя может быть, и урождённая дворянка — всё-таки мало кто это штудирует. Вот Ленка, я уверен, тоже далеко не всё знает.

— Скажите, Анна — а откуда вообще взялась эта безумная идея, что я к этому причастен? Вот из всех мыслимых кандидатур именно я?

— Сложно сказать, — задумалась она. — Уже и не вспомню всех доводов. В основном это аргументировалось тем, что у кого-то есть такие возможности, у кого-то хватает дерзости, у кого-то может быть желание, но вот чтобы всё это было вместе, подходите только вы.

— Довольно шаткое обоснование, не находите?

— Шаткое, — согласилась она.

И вот что интересно — на протяжении всего разговора я периодически чувствовал от Ленки волны смущения. Всё-таки что-то там нечисто, но лучше, конечно, мне этого не знать. Особенно если учесть, что это дело, оказывается, до сих пор не забыто.

Глава 23

— Здравствуйте, рад вас всех видеть, — улыбнулся я.

Меня тоже встретили улыбками, а в эмоциях прослеживалась искренняя радость и чувство облегчения. Ну надо же, как у нас тут любят начальство, прямо чудеса какие-то. Поскольку я в чудеса всё-таки не верю, то склоняюсь к мысли, что их здесь без меня здорово прищемило, а сейчас они просто счастливы спихнуть ответственность на начальника.

— Ну что же, давайте сразу к делу. Кира, что там за проблема была, которая благополучно решилась?

— Она не решилась, просто отложилась, — глаз она не отводила, и в эмоциях у неё тоже никакой вины не ощущалось, так что я просто ободряюще кивнул. — Те твари внизу активизировались и попытались выйти наружу.

— Однако! — не удержался я от восклицания. — А что же Старшие из Круга, которые с ними работали?

— Старшие там скорее дежурили для порядка, сидели на посту вместе с ратниками, — пояснила Кира. — Как оказалось, сидели не зря — благодаря им ратники смогли организованно и без потерь отступить. Мы заблокировали все выходы из подземелья, так что эти существа наружу не вышли.

— Могу себе представить реакцию князя на такой поворот, — озадаченно сказал я, а Кира криво усмехнулась. Похоже, эту реакцию она почувствовала на себе полностью. — Кстати, эти существа называются марами, это слуги Морены.

— Богини смерти? — на мне скрестились обеспокоенные взгляды. — Тогда у нас серьёзные проблемы.

— Нет, с ней-то как раз проблем не будет, — успокоил всех я. — Мы с Леной встретились с ней и поговорили. Помогать нам она не хочет, но и мешать разбираться с марами тоже не будет.

— Ну у вас и связи, господин, — потрясённо сказал Лазович. — Богиня смерти, это ж надо.

Остальные тоже выглядели совершенно ошеломлёнными. Очевидно, «встретились и поговорили» в приложении к богине смерти вовсе не выглядело таким уж заурядным событием.

— Да какие там связи, Станислав? — с досадой сказал я. — Связи — это когда я могу к ней заглянуть и попросить об услуге. А то, что со мной поговорили вместо того, чтобы просто прибить — это, знаешь ли, на связи тянет слабо.

— Ну всё равно, — проговорил он, явно не убеждённый. — Кто бы решился с ней встретиться, и с кем бы она стала разговаривать?

— Ладно, боги с ней, с Мореной. Хм… В общем, её мы можем не учитывать. Кира, что там с князем?

— Он в основном беспокоился насчёт возможной паники из-за утечки информации, и насчёт того, что этой паникой собирались воспользоваться сторонники Воислава Владимирского. Я перебазировала туда полк дружины и приказала начать разрушать здания. Мы по большому секрету сообщили всем, кому только можно, что вы были недовольны медленной реакцией дружины во время предыдущих конфликтов, и приказали срочно создать там оперативную базу дружины. Этим мы и объяснили повышенный уровень охраны. Слухи всё равно были, но уже ничего конкретного, обычная болтовня. Князя такое решение устроило. Пока устроило.

— Всё правильно сделала, Кира, — одобрительно кивнул я. — А почему мары вообще активизировались?

— Если позволите, господин, я расскажу, — вмешался Кельмин. — Я как раз и занимался расследованием. Там целый остросюжетный роман. Дело в том, что поначалу несколько входов в подземелье не охранялись, потому что нам было неизвестно, где они расположены, а просто пройти по ним мы не могли. Люди из Круга ставили эксперименты с марами, и в результате те гуляли почти по всему второму уровню. А вот дальше и начинается приключенческий роман — честное слово, никогда бы не подумал, что такое бывает и в жизни, а не только в книжках.

Ну, положим, я давно уже убедился, что в жизни постоянно случается такое, до чего никакой сочинитель не додумается.

— Значит, история началась так: есть, то есть был, в Хутыни мелкий бандит по кличке Маркус. И попала ему в руки карта, на которой было отмечено, где в нашем подземелье зарыт воровской общак.

— Ну, не общак, конечно, Антон, — поправил его я. — Может, там какой-нибудь клад и есть, но никаких общаков быть не может.

— Почему не может, господин? — удивилась Кира.

— Потому что только мелкие бандиты верят, что преступный общак — это что-то вроде чемодана с деньгами. На самом деле все эти деньги куда-то вложены. В акции, облигации, векселя, прочие ценные бумаги, а управляет всем этим какая-нибудь внешне респектабельная инвестиционная компания.

— Это вы в чемодан с деньгами никогда не поверите, — усмехнулся Кельмин. — Я, кстати, тоже не поверю. А вот мелкий бандит вроде Маркуса как раз в карту с кладом не поверит, зато в общак поверит легко.

— Почему? — опять не поняла Кира.

— Карту с кладом слишком сложно подсунуть, чтобы это выглядело убедительно, — объяснил я вместо Кельмина. — Склад характера у обычного преступника совершенно не романтический, и клад, которые вот именно его дожидается, сразу вызовет у него подозрение, что это какая-то подстава. А общак — вещь насквозь понятная, и скрысятничать у братьев — дело знакомое и привычное. К тому же ворьё в нашем подземелье действительно сидело, и это очень добавляет достоверности истории насчёт общака.

— Именно так, господин, — кивнул Антон. — Словом, Маркус получил карту, и никаких подозрений она у него не вызвала. Но он сразу туда не полез, а подсунул другую карту — якобы копию, — совсем мелкой уличной банде, чтобы те залезли в подземелье первыми. Так сказать, проверили маршрут. Те полезли, напоролись на мар, а когда вслед за ними полез Маркус с подельником, мары сожрали и их. В результате мары полностью высосали пятерых здоровых парней и ожили настолько, что двинулись наверх искать новые жертвы.

— С марами всё ясно, — заметил я, — но здесь встаёт вопрос, кто подсунул ему карту, и зачем.

— Совершенно верно. Пришлось как следует покошмарить деловых и не только, но мы всё-таки сумели с этим разобраться. Карту ему подсунул местный алкоголик по кличке Синяк. Очень интересный алкаш — в других местах его знают как авторитетного делового по кличке Могила, а в более приличных кругах он известен как уважаемый купец, почтенный Фадей Козловский, и пристрастия к алкоголю за ним никто не замечал. До того разносторонняя личность, что сразу и не поверишь.