"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 622

— Они опасаются, что дело всё равно кончится тем, что мы станем подданными князя. Я тоже опасаюсь, кстати.

— Если уж так ставится вопрос, то что плохого в том, чтобы стать подданными? Ведь на самом деле обязательства взаимны. Как подданным, вам невозможно обрубить поставки — вы будете полноценно пользоваться всеми плодами разделения труда. Заниматься только тем, что у вас получается лучше всего. При этом нашествие наружников вам никак не угрожает — к вам могут зайти только сильные Владеющие.

— Князь может заставить нас что-то делать, — неуверенно возразил Кальцит. — Добывать какие-то ископаемые, или ещё что-нибудь в этом роде.

— Добывать он вас ничего не заставит, поверьте, — усмехнулся я. — Наоборот, княжество ограничивает добычу ископаемых. Зачем заставлять вас, когда можно просто выдать лицензию на добычу тем же Чермным и они радостно выкопают что угодно? Я могу дать вам один совет — не пытайтесь поставить княжество в критическую зависимость от себя и у вас не будет никаких неприятностей. Опасение зависимости работает ведь в обе стороны.

— Что вы имеете в виду? — заинтересовался он.

— Например, представим такую ситуацию: вы начинаете поставлять какой-то интересный сплав, вдруг оказывается, что он имеет важное военное применение и через некоторое время от этих поставок начинает зависеть обороноспособность княжества. От подданных подобная зависимость приемлема, но если вы при этом вдруг вспомните, что вы сами по себе, а наружники сами по себе, и начнёте шантажировать князя прекращением поставок, дело кончится плохо. Если вы хотите сохранить дистанцию — не пытайтесь влезть в критические поставки.

— Я понял, что вы имеете в виду, — медленно кивнул Кальцит, о чём-то размышляя. — Это действительно стоит обдумать. И всё взвесить. Я думаю, к какой-то форме сотрудничества мы так или иначе придём.

— Да я в этом и не сомневаюсь, — хмыкнул я. — Я же пробовал ваши грибы. У вас до голода дело даже не дойдёт, просто очень скоро ваши люди, Кальцит, больше не захотят их есть. А глядя на них и другие кланы начнут давить на своих старейшин. Подумайте как следует — подданство, тем более такое формальное, даёт вам массу преимуществ, не накладывая серьёзных обязательств.

Драгана сидела на цветастом ковре и неторопливо прихлёбывала из пиалы зелёный чай с молоком. Ковёр был на удивление пушистым и чистым, чай был очень неплох, и настроение у Драганы было под стать.

— То есть ты ута? — спросила Драгана у гостеприимного хозяина. — Я так понимаю, по-нашему это значит жрец. Богам молишься?

— Нет, — покачал головой тот. — Молится дебилала, а я ута.

— Нет? — удивилась Драгана. — Но ты сам с богами как-то же общаешься?

— Нет, — опять отказался тот. — С богами пшур общается. А я ута.

— Надо же, как сложно у вас[342], — поразилась Драгана.

— И ведьма рассказывает мне про сложности? — саркастически хмыкнул жрец. — Ты ведь ведьма, верно?

— Я бы так не сказала, — задумалась Драгана. — Но нашу систему у меня вряд ли получится тебе объяснить, так что проще, наверное, считать меня ведьмой.

— Ну вот, а ты говоришь, что у нас сложно.

— Не то чтобы совсем сложно, — признала Драгана. — Но некоторые вещи у вас ставят меня в тупик. Вот, к примеру, меня всю дорогу пытаются либо изнасиловать, либо в рабство продать, а чаще совместить. Я уже со счёта сбилась, сколько рук и ног переломала. Наверное, скоро уже начну просто убивать, а то до ваших всё никак не доходит. Но здесь меня почему-то никто насиловать не собирается, ты вот даже в гости позвал. Почему?

— Это Прасун, — пожал плечами жрец. — Мы, прасунцы, мирный народ. Нам не нужно убивать, чтобы добиться уважения, мы избраны богами.

— А соседи, которым нужно убивать — им этого хватает, чтобы вас уважать? — с любопытством спросила Драгана.

— Не всегда, — вздохнул жрец. — У нас бывают проблемы с соседями, приходят грабить иногда. Но они признают, что нас избрали боги. А весь Прасун признаёт клан Касем, все вожди происходят из нашего клана.

— А как именно вас избрали боги? — немедленно заинтересовалась Драгана. — Я ведь как раз и путешествую, чтобы узнавать разные такие вещи. Мелкие детали порой приносят большие знания… ах, как хорошо я сказала!

— Это давняя история, её все знают, — веско сказал ута.

— Мне-то откуда её знать? — лениво возразила Драгана. — Я и не знаю.

— Недостойно гордиться невежеством, — строго указал жрец.

Драгана смешливо фыркнула на это заявление, даже не подумав оскорбиться.

— Расскажи, ута, — с улыбкой попросила она. — Рассей светом своей мудрости тьму моего невежества.

Жрец в её просьбе никакой издёвки не уловил, и, немного помолчав со значительным видом, степенно начал рассказ[343]:

— Давно это было, ещё когда Мара спускался к людям и учил их разным вещам. Клан Касем тогда ничем не выделялся. Уважали нас, конечно, но всё равно мы были просто одним из кланов. И была у вождя клана юная дочь, прекрасная Со՛гад, — жрец сделал многозначительную паузу, глядя куда-то вдаль. — И вот однажды, когда она жила на летнем пастбище со своими семью братьями, Мара спустился к ней в образе белого барана и овладел ею.

— Это ещё как? — поразилась Драгана. — Вот просыпается девица и обнаруживает, что на неё залезает баран с самыми гнусными намерениями. А она вместо того, чтобы прогнать наглое животное пинками, или хотя бы заорать, просто раздвигает ноги. Она идиотка или у вас это считается нормальным?

— Это бог был, — терпеливо указал ута.

— А она-то откуда это знала? Или этот баран сразу ей представился: «Спокойно, Зульфия, я бог»?

— Её Со՛гад звали, — с видом безграничного терпения поправил её жрец.

— Да неважно, как её звали. Ты сам представь, как это было. Да любая нормальная девка от такого крик бы подняла. Семь братьев там у неё, говоришь? Вот они на крик с дубьём и сбежались — а дальше что? Свечку держали для барана?

— Что ты можешь знать о богах, женщина? — раздражённо вопросил жрец. — Я говорю, что так было.

— Да где уж мне что-то знать о богах, — саркастически усмехнулась Драгана. — Ладно, не злись, ута. Я просто понять не могу — ну хорошо, пусть девка дура. Любой баран ей богом назвался, она и ноги врозь. Но богу-то это зачем — ему бараном привычнее, что ли? А может, ваш Мара тоже из зверобогов? — вдруг задумалась Драгана. — Но тогда зачем ему человеческая девка? Шёл бы на пастбище овец валять. Хотя ты же вроде сказал, что дело как раз на пастбище было — может, эта ваша Со՛гад просто за компанию с овцами пошла?

— Ты слушать будешь или нет? — жрец начал терять терпение.

— Всё, всё, слушаю, — согласилась она.

— Когда братья увидели ребёнка…

— Сразу и родила? — удивлённо подняла бровь Драгана. — Хотя, с другой стороны — чего тянуть? Молчу, молчу, рассказывай.

—… они решили, что отцом мальчика был один из них, и стали этого брата убивать.

— Быстро у вас в плане правосудия, — уважительно заметила Драгана. — Наши сутяги здесь бы с голоду перемерли.

— Но они с сестрой обнялись и их скрыло цветное облако, а оружие братьев ничего сделать не могло.

— Обнялись, говоришь? — понимающе хмыкнула Драгана. — Может, там и впрямь что-то было. Допустим, девчонке понравилось, вот она и решила продолжить, а братец и не прочь посодействовать.

— А ребёнка покрыло сияние, и тогда все поняли, что он родился от бога, — жрец вздохнул. — И кому я всё это рассказываю?

— Да ладно тебе, ута, мне в самом деле интересно. Я просто пытаюсь понять, что там на самом деле было, а что уже после понаврали. Здесь, похоже, порядком присочинили.

— Наши легенды правду говорят, — возмутился жрец.

— Я верю, — покладисто сказала Драгана. — А дальше что-нибудь ещё было?

Жрец немного помолчал с кислым видом, но потом всё-таки решил досказать: