"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 680

Забавно, что именно Стефа предупреждала меня, что Милана опасна. Вот так Высшие и живут, похоже — ничего друг про друга не знают, и друг друга побаиваются.

— Думаю, вы правы, Милана, — кивнул я. — Спасибо за предупреждение, постараюсь быть осторожнее. А вот, кстати, раз уж мы заговорили об опасных сущностях — не знакома ли вам, случаем, некая Тамила Лапа?

— Очень опасна, — не раздумывая отозвалась Милана. — Очень.

— А можно подробнее? — попросил я.

— Да я о ней практически ничего не знаю, Кеннер, — извиняющимся тоном сказала она. — Была одна история, широко известная в узких кругах — с ней как-то поссорилась Драгана Ивлич. Что-то там Гане от неё понадобилось, она к ней пришла, а та отнеслась к Ивлич безо всякого уважения. Ну, вы же сами знаете — Гана у нас девушка резкая и неуважения не терпит. В общем, слово за слово, они там крепко поругались, и дело кончилось тем, что Лапа просто выкинула Драгану из дома и сказала ей больше не приходить.

Как же, помню, как Тамила о Драгане отозвалась — «та наглая соплячка».

— В общем, вы же понимаете, Кеннер, что человек, способный взять и вышвырнуть Драгану Ивлич за порог — это не тот, с кем стоило бы ссориться разумному человеку.

— А она вообще человек? — поинтересовался я.

— Точно была человеком когда-то, — ответила Милана, хотя в голосе её определённо чувствовалось сомнение. — А сейчас не знаю. Драгана после той стычки начала Лапой интересоваться, и всё-таки сумела кое-что про неё раскопать. Она лет так тысячи полторы назад была любовницей вожака ватаги повольников, «Лапа» — это как раз её кличка была. А потом её возлюбленный погиб, и она сама стала водить ватагу. Вот, собственно, и всё, что про неё известно. А потом она надолго исчезла и всплыла совсем недавно. Живёт тихо, никого вроде не трогает. А почему вы ею заинтересовались?

— Да затеял с ней небольшое совместное дело, — небрежно ответил я.

Милана закрыла рукой лицо.

Глава 6

Семейная общага выглядела ещё более роскошно, чем студенческая, хотя, казалось бы, куда уж дальше. Мрамором и барельефами здесь дело не ограничивалось — в богато украшенных нишах стояли статуи, каждая из которых представляла какую-то специализацию Владеющего. Я даже приостановился и немного придержал Ленку, чтобы спокойно их рассмотреть. Слева от входа алхимичка пристально и слегка хмурясь рассматривала колбу, видимо, гадая, что же такое она только что намешала. Поскольку колба, как и она сама, была мраморной, рассматривать её было занятием довольно бессмысленным — впрочем, не мне судить об алхимии.

С другой стороны от входа стоял явный боевик. Правой рукой он опирался на посох, а левую вытянул ладонью вперёд — очевидно, запуская в противника какой-то смертоносный конструкт. Посох меня немного смутил — вроде что-то такое действительно использовали у бриттов, но наших Владеющих с посохами мне видеть не доводилось. Одет мраморный боевик был в широкие штаны и длинную куртку — наряд, чем-то напоминающий китайцев. Такой одежды у нас я тоже не припоминал — наши боевики носили обычную городскую одежду, а на контрактах камуфляж, как и все офицеры. Впрочем, что это я ударился в занудство? Хотя бы не мантия, и на том спасибо. Скульптор так видит, и нечего тут придираться.

— Впечатляет, — признала Ленка, рассматривая фасад общаги. — Но всё-таки немного безвкусно, как мне кажется.

— Ну это же обычная общага, а не Академия художеств, — отозвался я. — Да и живут здесь никакие не люди искусства, а местами даже простые боевики.

— Ещё ты мне расскажи, что боевики тупые, — недовольно заметила Ленка.

— Да разные они, боевики-то. Некоторые, не будем тыкать пальцем, даже картины рисуют. А что, тебе кто-то рассказывал, что боевики тупые?

— Да был тут один, — уклончиво сказала Ленка. — Слишком много на эту тему рассуждал.

— И чем дело закончилось? — заинтересовался я.

— Да морду ему набила, тем и закончилось, — небрежно сказала Ленка. — Раз уж я тупая и способная только на мордобой, то надо соответствовать, верно?

— Верно, — одобрил я. — Мы же не только тупые, мы ещё и резкие, и это всегда стоит учитывать. Ну ладно, пойдём внутрь, посмотрим, что за гнёздышко свили себе наши Сельковы.

Гнёздышко и в самом деле оказалось вполне миленьким — просторная четырёхкомнатная квартира с высокими потолками и неплохой мебелью. По своей привычке смотреть на вещи с изрядной долей цинизма, я сразу же предположил, что Академиум предоставляет такие замечательные условия не просто так. В этой общаге живут в основном аспиранты, которым вскоре предстоит отрабатывать свой долг Академиуму. Они привыкают к достойному уровню жизни, и чтобы поддерживать его в дальнейшем, вынуждены аттестоваться на более высокий ранг и таким образом увеличивать срок отработки. Впрочем, возможно, что я неправ — так ведь можно в любом поступке отыскать какие-то низкие мотивы, было бы желание. У меня оно обычно есть.

— Всем привет, — объявил я, ставя на стол тяжёлую корзину, которую мне порядком надоело тащить. — Надеюсь, сюда по запаху не придут?

— Нет, здесь поприличнее народ живёт, — отозвалась Дара, сноровисто распаковывая содержимое. — Будущим преподам уже не положено у студентов еду стрелять. Смела, тащи тарелки, надо всё это разложить. А ты Ваня, пока чайник организуй.

Я пил чай маленькими глотками, с умилением наблюдая, как хозяева успешно сражаются с принесённым угощением. Куда в студентов столько влезает? Хотя, помнится, в меня в своё время тоже каким-то образом всё влезало.

— Вы просто в гости, Кеннер? — прямо спросила Дара. — Или что-то случилось?

Я такую прямоту вполне одобряю — по-моему, этот вопрос лучше прояснять сразу. Неловкости это создаст гораздо меньше, чем мучительное ожидание, когда же, наконец, незваные гости сообщат, зачем они, собственно говоря, припёрлись.

— Лена выяснила у матери детали насчёт воздействия на нервные узлы, — объяснил я. — Мы более или менее поняли теорию и собрались теперь отрабатывать практику. Подумали, что вы, возможно, тоже захотите, вот и заехали к вам. Так что вы решайте, интересно вам это или нет. Если интересно, то давайте вместе разбираться, а если нет, то мы поедем домой тренироваться.

— Конечно, интересно! — воскликнула Дара, и остальные тоже интенсивно закивали и вообще всячески выразили своё согласие. — Спасибо, что вы про нас вспомнили, а то мы уже в полное уныние впали.

— Ну тогда слушайте, — начала рассказывать Ленка. — Защита от этого на самом деле простая — вот как вы стягиваете Силу в конструкт, точно так же стяните Силу вокруг себя, в такой как бы кокон под кожей. В теории это выглядит очень просто, сложность в деталях. Во-первых, надо привыкнуть держать такой кокон постоянно, не думая об этом. Во-вторых, он должен быть именно той плотности, которая нужна. Если он будет слишком разрежённым, то его получится пробить. Если будет слишком плотным, то на него будет уходить много сил, и их не останется на что-то другое. Так что проблема не в том, как эту защиту сделать, а как довести её до автоматизма. То есть надо долго тренироваться и, стало быть, нужен кто-то, кто регулярно будет пытаться эту защиту пробить. Генрих всё делает правильно, вот только он наверняка будет стимулировать нас по максимуму.

Иван мрачно кивнул, и я тоже непроизвольно поёжился. Это уж точно — Менски твёрдо уверен, что палка должна быть как можно больше, а пряник и вовсе ни к чему — студенты всё равно по-хорошему не понимают.

— Так что если мы не хотим, чтобы нас подлавливал Генрих, то нам надо самим подлавливать друг друга, — закончила Ленка.

— И как это делать?

— Очень просто, — Ленка с некоторым трудом вытащила из пакета большой медицинский атлас. — Смотрим карту нервных узлов, выбираем подходящий и стимулируем его лёгким электрическим разрядом. Хотя здесь тоже есть сложность — нужно следить, чтобы разряд был достаточно слабым, иначе вместо просто неприятных ощущений можно получить то, что Генрих делает. Или вообще вызвать болевой шок, а то и нерв сжечь.