"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 695

Генрих помолчал, что-то обдумывая, а потом всё-таки решился:

— Расскажу вам одну небольшую историю из своей жизни, чтобы вы получше поняли и прониклись. Только не для пересказа, пожалуйста — ничего там такого нет, но я не очень люблю об этом эпизоде вспоминать. В общем, когда-то давно мне, недавнему выпускнику, случилось схватиться со Старшим. У меня, разумеется, и мысли не было с ним сражаться — я чисто случайно на него наткнулся и попытался сбежать, но он мне не позволил. Я был уже уверен, что мне конец, он меня практически додавил и вдруг я заметил, что Старший стоит на люке ливнёвки. Люк был большей частью присыпан песком, и он в горячке боя не заметил, как на него встал. Я просто выбил люк у него из-под ног, и Старший рухнул вниз. И сразу же утонул. После дождя там стояло довольно много воды, а он, по всей видимости, ударился головой, когда падал, и потерял сознание. Арди, мораль истории?

— Нужно всегда полностью контролировать окружение, — ответил я не задумываясь.

— Правильно. А ещё?

— Нельзя расслабляться даже со слабым противником.

— Правильно. Ещё?

— А ещё нужно избегать сражений в одиночку.

— Очень хорошо, Арди, — с удовлетворением сказал Менски. — Ещё?

Я задумался.

— Больше ничего в голову не приходит, — наконец признался я.

— А ещё надо хорошо учиться и понимать, что именно боевая практика является тем, что когда-нибудь поможет вам выжить, — наставительно сказал Генрих. — Приучить себя всегда контролировать окружение непросто, но я был отличником и относился к боевой практике очень серьёзно, а вот мой противник, очевидно, не очень. И в результате я выжил, а он умер, хотя должно было быть наоборот. Но довольно болтовни — у нас, в конце концов, боевая практика, а не теория. Видите этот щит?

Мы заметили его ещё до занятия и некоторое время безуспешно гадали о его предназначении. Большой лакированный лист из толстой фанеры был установлен вертикально; в него в беспорядке были вставлены крупные болты, с обратной стороны зафиксированные затянутыми гайками. Возле каждой головки болта был написан номер. Болты были длинными и высовывались довольно далеко с другой стороны щита. Для какой цели могла бы служить такая конструкция, ни у кого из нас не возникло ни малейших предположений.

— Это очень полезное устройство, не смотрите, что такое простое, — сказал Генрих, усмехнувшись при виде наших непонимающих лиц. — Посмотрите на этот щит с обратной стороны.

Он подобрал лежащую рядом длинную стальную пластину и с некоторым усилием закрепил её на щите так, что она удерживалась в изогнутом положении выступающими концами болтов.

— Как видите, эта пластина — просто плоская пружина, которая удерживается в изогнутом состоянии болтами номер пять, двенадцать, двадцать пять и двадцать семь. Эти четыре болта испытывают сильное давление на изгиб, тогда как все прочие болты находятся в покое. А сейчас я установлю пружину иначе и вы, не видя её, должны почувствовать, какие болты находятся в напряжённом состоянии и записать их номера. Пять минут вам на это, затем повторяем с другой конфигурацией. А ещё с этого дня вы будете приходить на мои занятия на пять минут раньше, и эти пять минут до занятия вы будете заниматься с этим щитом. На нём каждый раз будет установлена новая комбинация.

— Так разве нельзя будет подсмотреть? — удивился Иван.

— Если ты идиот, то можешь и подсмотреть, Сельков, — ласково сказал Генрих. — А можешь просто в этом не участвовать. Я ведь даже проверять вас не буду — это вам нужно, а не мне. Непонятно, правда, как ты при этом будешь сдавать этот щит на экзамене, но это, опять же, твоя проблема.

— Я просто так спросил, — хмуро сказал Иван, и Генрих молча кивнул в ответ.

— Начинаем, — скомандовал он. — Пять минут пытаетесь почувствовать напряжение болтов и записываете номера. Затем я объявляю правильные номера, и вы обводите кружком угаданные. Затем повторяем.

Задача оказалась совсем не простой. С первого раза ни у кого не получилось ничего угадать, да и со второго раза тоже. Уже в самом конце занятия мне показалось, что я начал что-то чувствовать, и действительно угадал два болта из пяти, но на самом ли деле я что-то ощутил, или же это была просто удачная догадка? Впрочем, мой результат оказался лучшим, остальные не могли похвастаться и этим.

— Достаточно на сегодня, — наконец, скомандовал Менски. — Давайте теперь вернёмся к теме нервной стимуляции. Вы разобрались с защитой?

— Разобрались, наставник, — ответил за всех я.

— Вот как? — удивился Генрих. — Неужели в самом деле разобрались? А давайте проверим!

Поле Силы практически незаметно вздрогнуло, и Дара негромко охнула.

— Что ты почувствовала, Селькова? — внимательно посмотрел на неё Генрих.

— Лёгкий укол, — ответила она. — Больно было, но несильно.

— И в самом деле разобрались, — неверяще сказал он. — Знаете, на моей памяти вы первая группа, которая сумела сделать это самостоятельно. Я ведь правильно догадался, что это семья Арди разобралась и помогла Сельковым? Поразительный результат, Арди, честно.

— Нам мама помогла, — Ленка очень болезненно относилась к незаслуженным похвалам.

— Это объясняет, — понимающе кивнул Генрих. — Но тем не менее результат всё равно впечатляющий. К тому же я сомневаюсь, что сиятельная сильно с вами нянчилась — скорее всего, она просто объяснила и показала, а дальше сами. Ну что же, я вижу, что объяснять вам что-то уже нет никакой необходимости. Дальше просто привыкайте держать такой щит постоянно — я буду регулярно это проверять в самые неожиданные моменты. Но чем же нам с вами заняться сейчас? Вы мне весь план занятия порушили.

— Мы можем, например, обсудить один интересный вопрос, наставник, — предложил я. — Когда вы рассказывали нам о нервной стимуляции, вы приводили в пример северных зверей, которые ею пользуются и от которых мы должны защищаться.

— И что из этого? — вопросительно посмотрел на меня Менски.

— И то, что против этих зверей наша защита не работает, — просто объяснил я. — Как и ваша, кстати.

— Откуда взялись такие сведения?

— От одного человека, который знаком с темой.

— Чепуха! — отверг моё заявление Менски. — Этого не может быть.

— Не только может, но так оно и есть, — вмешалась в наш разговор Ленка. — Мила мне даже показала, как это работает.

— Мила? — не понял я.

— Ну, Тамила.

— Она для тебя уже стала Милой? — поразился я.

— Да она нормальная, Кени, — легко отмахнулась Ленка. — Вы с ней просто плохо стыкуетесь. Она простая девчонка, а ты весь такой серьёзный.

— Этой девчонке как минимум полторы тысячи лет, Лен. Это уже, мягко говоря, не молодость.

— Ой, не занудничай, Кени.

— И насчёт простоты — ты знаешь, что она университет окончила?

— И что из того? Любой дурак может окончить университет, если упорства хватает.

— То есть у неё упорства хватило? — уточнил я.

Ленка просто презрительно отвернулась, не найдя подходящего ответа. Вмешался Менски, до этого с большим интересом слушавший наш диалог:

— Для меня очень познавательно было услышать мнение семьи Арди о системе высшего образования княжества, но давайте вернёмся к первоначальной теме разговора. Я правильно понял, что Менцева способна подкрепить заявление своего мужа практической демонстрацией?

— Если вы готовы стать объектом демонстрации, — заявила Ленка. — Обещаю, что воздействую совсем чуть-чуть.

— Хорошо, Менцева, я готов, — сказал Генрих напрягшись.

Правильно сделал, что напрягся — он прекрасно знал, что у Ленки нет привычки болтать попусту. Впрочем, это не помогло — я уловил лёгкое движение Силы — совсем другое, чем использовали мы, — и Генрих резко побледнел, явно с трудом удержавшись от крика.

— Я впечатлён, — наконец, сказал он, немного придя в себя. — И что это было?

— Воздействие на нервный узел, — пожала плечами Ленка. — Только по-другому.

— А ещё раз можешь показать? Только не на мне, — поспешно уточнил Генрих, когда она задумчиво на него посмотрела.