Вадбольский 5 (СИ) - Никитин Юрий Александрович - Страница 64

Для меня самой большой заслугой Морзе было то, что он придумал и ввел в оборот «азбуку Морзе», а в России работы Шиллинга продолжил Якоби, сконструировавший в 1839 году пишущий телеграфный аппарат, а в 1850 году — буквопечатающий телеграфный аппарат.

То есть, в России уже четыре года существует телеграф, а связь в абсолютном большинстве осуществляется либо голубями, либо конными курьерами.

Я полагал, телеграфная связь есть только между императорским дворцом и Военным министерством, но оказалось, что первые телеграфные линии были установлены ещё в сорок первом между Петербургом и гарнизонами в окрестностях, а два года назад между Санкт-Петербургом и Москвой установили подземную кабельную телеграфную линию. Уже разработан проект как через пару лет начнут прокладывать телеграфные линии в города Центральной России и дальше в Польшу, Крым и Молдову!

— Здорово, — сказал я ошарашено, — всё, оказывается, существует и работает!.. Здесь я опоздун ещё тот. А что с радио?

Мата Хари тут же выложила информацию, что беспроводной телеграфной связью посредством электромагнитных волн займутся уж точно не сегодня, датой изобретения радио считают 1820 год, это тридцать пять лет тому, когда датский физик Эрстед продемонстрировал, что провод с током отклоняет намагниченную стрелку компаса. Потом в этом направлении работали Фарадей, Максвелл, Хьюз. Кто сделал больше сейчас не установить, у каждой страны свой первооткрыватель, в России — Попов, в Италии — Маркони, в Германии — Герц, во Франции — Бранли, а Англии — Лодж, а вот в Индии свято уверены, что радио изобрел их соотечественник Джагадиш Чандра Бос.

— Раз уж работы идут, — сказал я с оптимизмом, — опередить на шажок не будет такой уж крамолой.

Из-за угла показался освещённый слабым светом газового фонаря мой дом на Невском, я ускорил шаг, а в голове раздался гулкий мощный бас Шаляпина:

— Шеф, сведения из кабинета Рейнгольда. Изволите восхотеть?

— Давай, — сказал я со вздохом. Реальная жизнь нагло вламывается в мою красивую, где всё хорошо и правильно. — Тебя не заметили?

— Нет. Кабинет на третьем этаже, там даже на окнах нет решёток.

Перед моим внутренним взором задвигалось изображение. Комнату я узнал, был там недавно.

Рейнгольд, несмотря на позднее время, всё ещё в наглухо застегнутом мундире, работает, темп всему чиновничьему аппарату задаёт сам император.

Дверь неслышно распахнулась, вошёл тот самый лакей, что точно не лакей, повадки не те, заговорил с порога:

— Ваше сиятельство, прошу прощения, но срочные новости, как вы и велели.

Рейнгольд вздохнул, отодвинул чуть бумаги по столешнице и потёр пальцами усталые глаза.

— Что-то у меня от нынешних новостей сердце болит, — сказал он тусклым голосом. — Давай, выкладывай.

— Мы ожидали нападения на Вадбольского, наши службы попытались его охранять, но он как-то ушёл от нашего наблюдения…

Рейнгольд вскипел, вскочил, лицо налилось тёмной кровью.

— Что?.. Значит, наёмники Долгоруковых его перехватили?

Пётр, как Рейнгольд называл в прошлый раз этого служаку, вздохнул, развел руками.

— Наше упущение, ваше высокопревосходительство. Хотя не представляем, как он это сделал, но как-то сумел.

Рейнгольд прорычал:

— Я выделил из личной охраны троих лучших сыскарей! И никто не заметил, когда он исчез?

— Он нарушил обещание не покидать автомобиль, — возразил Пётр. — Вышел на тёмной улице, свернул в ещё более тёмный переулок… Люди Долгоруковых успели за ним раньше. Десять человек!.. Ну, точно не скажешь, что именно люди Долгоруковых, у них никаких бумаг, значков, ничего такого, что указывало бы на Долгоруковых.

Рейнгольд помассировал левую сторону груди, уже почти не слушая Петра, но сейчас насторожился.

— Но кого-то из наёмников удалось задержать? Желательно у трупа?

Пётр удивился.

— Какого трупа?

— Разве Вадбольский не убит?

Пётр широко заулыбался, понимая, что проваленное задание сейчас смотрится не таким уж и страшным.

— Убиты все напавшие. Застрелены, считай, в упор. Стрелял кто-то очень умелый. А через два часа на выходе из ночного клуба «Весёлый Стрелец» был застрелен Кирилл Долгоруков, шалопай и прожигатель жизнь, бретёр и дуэлянт, третий по старшинству сын из боковой ветви Долгоруковых, заядлый картёжник, один из тех, кто громче других клялся в ненависти к Вадбольскому, и обещал стереть его в порошок и заставить страдать перед смертью.

Я выругался:

— Вот же чёрт!..

— Верно сказали, шеф, — отозвался Шаляпин.

— Да это я поскользнулся на ступеньках, — ответил я рассерженно, — лёд скалывать надо, дворника уволю!.. Так и ногу сломать можно. Ты продолжай, продолжай!

Он сказал с восхищением:

— Но вы красиво упали, шеф!.. Столько пируэтов, чемпион мира бы позавидовал!.. И вскочили легко, словно с батута. Если что, вам можно в балеруны! В общем, дальше…

На красочной картинке Рейнгольд тяжело вздохнул, снова потёр усталые глаза.

— Так и знал, что закончится чем-то вроде…

— Что Вадбольский вывернется?

— Ничего хитрого не было, — сказал Рейнгард раздраженно. — Долгоруковы давно разучились хитрить, когда есть сила и власть, мужчины не хитрят. Как ни искали, но нигде не могли найти Вадбольского, а на заключение помолвки сам пришёл! Понятно, что его ждало на выходе. Но Вадбольский хитрый жук, тоже всё это понимал. И если явился, то явно придумал что-то совсем уж хитрое.

Пётр пробормотал озабоченно:

— Но как-то слишком уж быстро…

Рейнгольд сказал с одобрением:

— Хорошо соображаешь. Так быстро собрать группу и послать в ответ на устранение кого-то из рода противника… У него что, свой телеграф?..

— Очень быстро, — согласился Пётр. — Как он знал, где удастся подловить этого картёжника… Или ещё до покушения на себя заранее подготовил?

— Похоже на то, — согласился Рейнгольд. — Он знал, что Долгоруковы устроят на него покушение, и заранее приготовил адекватный ответ. Хорошо просчитал! Не хотел бы я такого иметь в противниках!.. Захватить никого не удалось?

Пётр сказал со скрытым одобрением профессионала:

— Вадбольский, если это он, свои операции проводит чисто. Выстрел из ниоткуда, и Долгоруков-младший валится в снег… хотя там снега уже нет, одна грязь, валится с простреленной головой. И никаких следов. Есть предположение, стреляли либо с крыши здания, либо из окна дома напротив.

Рейнгольд отмахнулся.

— Ну да, это всегда предполагают. Но даже стреляной гильзы не находят. С Долгоруковым кто-то был?

— Две женщины очень лёгкого поведения. Но в ночи, особенно после ярких люстр банкетного зала, ничего не увидели, только звук выстрела, и их богатый меценат сунулся мордой в снег. Подумали, что поблевать решил, выпито много, но потом кровь… Завизжали и убежали.

— Так-так…

— Ваше сиятельство?

— Интересный случай. Долгоруковы и так в дикой ярости. Прямых улик нет, но понимают, чей это ответ. Куда более успешный.

— Может быть, — сказал Пётр в сомнении, — всё-таки не Вадбольский?..

— А кто ещё? Мы следим за всеми распрями, хоть и не вмешиваемся. Долгоруковы всех настолько сумели устрашить, никто не смеет им в глаза взглянуть.

— Кроме этого новичка.

— Да. Но он не прост. Одно то, какие винтовки сумел смастерить из нашего говна… прости, Господи, за грубые слова!.. И болеутоляющее зелье создал, моя жена только им и пользуется.

— А если кто-то, прикрываясь именем Вадбольского, решил пощипать Долгоруковых? Они многим поперек горла.

Рейнгольд сдвинул плечами.

— Всё возможно. Но тогда этот кто-то очень хорош. И отважен до безумия!

Глава 13

Шаляпин подлетел ко мне ближе, чтобы картинка шла чётко и без малейших помех, старается быть максимально полезным, но я уже всё нужное увидел и услышал, махнул рукой.

— Конец передачи, возвращайся на дежурство.

Мне понятно, что им непонятно, я же точно не пользуюсь магией, в кабинете Рейнгольда два добавочных детектора магии, здесь называемые обнаружителями, не говоря о том, что всё здание императорского дворца накрыто невидимым куполом защиты от магического присутствия.