Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн - Страница 110

– Давай! – выдохнул Джентри, и они опрометью бросились к платформе. Шериф бежал согнувшись, зажимая рукой раненый бок.

Скользя и буксуя, автобус вертелся на месте, двигатель ревел, визжали тормоза, а луч единственной фары метался, как безумный, из стороны в сторону. Наконец деревянная опора с треском подалась, и автобус вынырнул из-под моста как раз в тот момент, когда Джентри и Натали достигли насыпи и стали карабкаться по замерзшему, усеянному мусором склону. Джентри зацепился за ржавую проволоку и упал, на мгновение оказавшись в луче автобусной фары. Пальто его было разорвано в клочья и испачкано кровью, искалеченная рука безвольно повисла. Натали схватила его за другую руку и помогла подняться.

– Дай мне «ругер», – хрипло попросил он.

Автобус пятился задом, намереваясь с разгону въехать на склон.

– Оружие!

Натали протянула Джентри револьвер, когда автобус начал набирать скорость. Оба трупа, лежавшие на улице, теперь были расплющены тяжелыми колесами.

– Уходи! – велел он.

Натали на четвереньках стала карабкаться дальше. Джентри последовал за ней. Преодолев половину пути, они наткнулись на забор, который не был виден снизу. Он просел и кое-где представлял собою лишь витки проволоки. Натали запуталась, тогда Джентри дернул проволоку на себя, услышал треск рвущейся ткани и подтолкнул девушку наверх. Она сделала четыре шага и снова упала. Шериф развернулся, покрепче уперся ногами в скользкий склон и поднял «ругер». Высота насыпи и длина автобуса были почти одинаковыми. Тяжелое пальто мешало, и Джентри скинул его, ощущая, как слабеет рука.

Автобус разогнался, перепрыгнул через невидимый бордюр и стал въезжать на обледеневший склон. Джентри опустил ствол чуть ниже, чтобы отдача от выстрела не подбросила его вверх. Теперь он наконец разглядел лицо водителя. Это была женщина в камуфляжной форме, лицо ее застыло, глаза неестественно расширились.

«Они… он… те, кто использует этих людей, все равно не оставят ее в живых», – решил он и разрядил последние два патрона. Ветровое стекло пошло трещинами и осыпалось мелкой пылью, Джентри развернулся и бросился бежать. Его отделяло от Натали десять футов, когда автобус нагнал его, поддел решеткой радиатора, и он взлетел вверх, как младенец, небрежно подброшенный к потолку. Сильно ударившись, шериф рухнул на левый бок и, перевесившись через ледяной рельс, посмотрел вниз.

Автобус въехал на пять футов выше гребня, потерял управление и теперь с безумной скоростью летел вниз, вихляя из стороны в сторону. Наконец его правое крыло с грохотом врезалось в мостовую, чуть не поставив весь длинный корпус на попа, затем он завалился набок и замер. Колеса все еще вертелись как заведенные.

– Не шевелись, – прошептала Натали, но Джентри уже поднялся, все еще сжимая револьвер помертвевшей рукой.

Машинальным движением он попытался сунуть его в карман пальто, но, обнаружив, что пальто на нем нет, затолкал «ругер» за ремень брюк.

– Что будем делать? – тихо спросила Натали, поддерживая его.

– Ждать полицию, пожарных, «скорую», – ответил Джентри, понимая, что эти предложения здесь почему-то не годятся, но он слишком устал.

В окнах домов один за другим загорались огни, хотя на улице так никто и не появился. Джентри стоял, опершись на Натали. Ему было холодно, к тому же снова пошел снег.

Снизу вдруг раздался звон выбитого стекла. На металлический корпус автобуса вскарабкались три темные фигуры, ползущие по нему, как огромные пауки.

Не говоря ни слова, Джентри и Натали повернулись и помчались по железнодорожным путям. Зацепившись за шпалу, шериф упал и услышал мерный топот быстро приближавшихся шагов. И вновь Натали подняла его, и они побежали, хотя сил уже у обоих не осталось.

– Туда! – выдохнула Натали. – Я знаю, где мы находимся.

Он повернул голову и увидел трехэтажное здание, зажатое между пустыми стоянками. В нем светилась дюжина окон. Но тут Джентри оступился и полетел вниз по крутому склону. Что-то острое впилось ему в правую ногу. Едва он успел подняться, как услышал грохот приближающегося пригородного поезда.

На крыльце трехэтажного дома с освещенными окнами стояли несколько человек. Они выкрикивали угрозы, Джентри различил у двоих винтовки. Он полез в карман за «ругером», но замерзшие пальцы отказывались повиноваться.

Откуда-то издали звучал настойчивый голос Натали. Джентри решил на пару секунд закрыть глаза, чтобы собраться с силами. Теряя сознание, он почувствовал, как чьи-то сильные руки подхватили его.

Глава 26

Весь понедельник Натали то и дело заглядывала к Робу. Его лихорадило, он не осознавал, где находится, и время от времени бормотал что-то в забытьи. Ночь она провела рядом с ним, тихонько поглаживая его и стараясь не задеть заклеенную пластырем грудную клетку и перебинтованную левую руку.

Когда Марвин Гейл увидел, как они с Джентри приближаются к общинному дому, его это не слишком обрадовало.

– Что это за толстяк с тобой, малышка? – окликнул он Натали, стоя на верхней ступеньке; по бокам от него стояли Лерой и Кальвин с обрезами в руках.

– Это шериф Роб Джентри, – произнесла Натали и тут же пожалела, что упомянула о его связи с властью. – Он тяжело ранен.

– Это я вижу, малышка. А почему бы тебе не отвезти его в больницу для белых?

– За нами кто-то гонится, Марвин. Впусти нас. – Натали понимала, что, если ей удастся достучаться до юного главаря банды, он выслушает ее.

Почти весь конец недели Натали провела в общинном доме. Она была здесь и в субботу вечером, когда стало известно, что убиты Монк и Лайонел. По просьбе Марвина она отправилась на место происшествия и сфотографировала их расчлененные трупы, после чего, спотыкаясь, отошла за угол, где ее долго тошнило. Уже позднее Марвин рассказал ей, что у Монка с собой был снимок Мелани Фуллер, который он показывал многим в округе, пытаясь определить местонахождение старухи. Но когда нашли его тело, фотографии при нем не оказалось. Услышав об этом, Натали буквально похолодела.

Как ни странно, ни полиция, ни средства массовой информации никак не отреагировали на убийства. За исключением Джорджа, перепуганного пятнадцатилетнего подростка, свидетелей не было, а Джордж никому, кроме членов братства Кирпичного завода, ничего не рассказывал. Банду вполне это устраивало. Искалеченные трупы завернули в полиэтилен и спрятали в холодильнике в подвале у Луиса Тейлора. Монк обитал один в полуразрушенном доме, Лайонел жил с матерью на Брингхерст-стрит, но та бо́льшую часть времени пребывала в алкогольном ступоре и могла не скоро вспомнить о сыне.

– Сначала мы пришьем ублюдка, который это сделал, а потом уже сообщим легавым и телевизионщикам, – рассуждал Марвин в ту субботнюю ночь. – Если мы проговоримся им сейчас, у нас останется слишком мало пространства для того, чтобы действовать.

Натали провела с бандой все воскресенье, снова и снова рассказывая о способностях Мелани Фуллер и выслушивая их стратегические планы, которые в основном сводились к тому, чтобы найти старуху с ее белым чудищем и убить обоих.

И вот теперь, в воскресную ночь, она стояла под тяжелыми хлопьями снега, поддерживая полубессознательное тело Роба Джентри, и умоляла:

– За нами гонятся. Помогите нам!

Марвин сделал жест рукой, и тут же Луис, Лерой и еще какой-то парень, которого Натали не узнала, спрыгнули с крыльца и исчезли во тьме.

– Кто за вами гонится, малышка?

– Я не знаю. Какие-то люди.

– Такие же умалишенные, как тот старухин белый выродок?

– Да.

– Это она управляет ими?

– Возможно. Не знаю. Но Роб ранен. За нами гонятся. Впусти нас, пожалуйста.

Марвин посмотрел на нее своими прекрасными холодными синими глазами и отошел в сторону, разрешив войти. Джентри пришлось отнести в подвал и положить на матрас. Натали требовала, чтобы вызвали врача или «скорую помощь», но Марвин лишь качал головой: