Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн - Страница 160

Коэн задумался о возможных вариантах. Он мог либо продолжить свое сотрудничество с Солом и Натали, сохраняя формальную дистанцию между Моссадом и их непонятной любительской затеей и дожидаясь, что из этого выйдет, либо же вмешаться на настоящем этапе. По крайней мере, заставить группу Западного побережья занять более активную позицию. Он не стал говорить Солу, что фермерский дом начинен подслушивающими устройствами. Коэн мог распорядиться, чтобы тройка из его лос-анджелесской команды установила фургон с аппаратурой под прикрытием леса в миле от дома, и поддерживать с ними связь по совершенно безопасным каналам. Это означало бы активно задействовать в операции по меньшей мере с полдюжины агентов Моссада, однако другого пути Коэн не видел.

Сол Ласки говорил, что больше не станет дожидаться спасительной кавалерии, но в этом случае она подключится без его ведома. Коэн пока не видел связи между операцией «Иона» и контактами Барент – Колбен, между отсутствующим и, возможно, мифическим оберстом Ласки и всем тем безумием, которое творилось в Вашингтоне и Филадельфии. Но что-то явно происходило. И он выяснит, что именно. А если ему придется столкнуться с возражениями начальства, что ж, пусть будет так.

У Коэна была с собой единственная небольшая сумка, но он сдал ее в багаж, поскольку в ней был пистолет. Да уж, таможня – это всегда лишняя головная боль.

И он подумал, что решил правильно, когда, получив свою сумку, вышел из здания аэропорта в Далласе и направился к долгосрочной стоянке, где оставил свой старый синий «шевроле».

«Надо позвонить Джону или Эфраиму в Лос-Анджелес, предупредить их о ферме и распорядиться, чтобы они прикрывали Ласки и девушку, – подумал Коэн. – По крайней мере, у них будет поддержка, что бы они там ни затевали».

Он протиснулся к своей машине, открыл дверцу и швырнул сумку на пассажирское сиденье. За его спиной в узком проходе появился кто-то еще, он раздраженно оглянулся, мол, могли бы подождать, пока он не даст задний ход…

Дальше Коэну потребовалась секунда, прежде чем в нем возобладали древние инстинкты. И еще секунда ушла на то, чтобы рассмотреть в тусклом свете лицо приблизившегося человека. Это был Леви Коул.

Уже вспомнив, что его пистолет запрятан под бельем в сумке, Коэн продолжал бесцельно шарить в кармане своей куртки. Потом он выкинул вперед руки в защитном жесте, хотя тот факт, что перед ним стоял Леви, и вызывал у него некоторое смятение.

– Леви?

– Джек!

То был крик о помощи. Молодой агент исхудал и был очень бледен, словно провел несколько недель в подвале без воздуха. Зрачки расширены, взгляд пустой. Он поднял руки, будто желая обнять Коэна, однако тот уперся ладонью в грудь агента, останавливая его.

– Что происходит, Леви? – спросил он. – Где ты был?

Леви Коул был левшой. Коэн забыл об этом. Короткое выкидное лезвие вдруг блеснуло в его руке. Движение было быстрым и незаметным, как мгновенно прокатившаяся судорога. Лезвие ножа, пройдя под ребрами, вонзилось Коэну в сердце, и тело шефа Моссада тут же обмякло.

Леви усадил Коэна на место водителя и оглянулся. Сзади к «шевроле» подъехал лимузин, закрывая обзор. Он вынул бумажник Коэна, достал из него деньги и кредитные карточки, обыскал карманы куртки и сумку, вытряхнув одежду на заднее сиденье. Из машины он вышел с пистолетом, авиабилетом, деньгами и кредитными карточками, а также с конвертом, в котором Коэн хранил квитанции. Скинув мертвое тело на пол, Леви захлопнул дверцу «шевроле» и направился к ожидавшему его лимузину.

Машина выехала со стоянки и по автостраде направилась к Арлингтону.

– Здесь немного, – сообщил Ричард Хейнс по рации. – Разве что два счета за бензин на заправочной станции в Сан-Хуан-Капистрано. Гостиничные счета из Лонг-Бич. Это вам что-нибудь говорит?

– Отправьте туда своих людей, – раздался голос Барента. – Начните с мотелей и заправочных станций. Кстати, ласточки уже вернулись в Капистрано?

– Боюсь, мы пропустили это событие.[53] – Хейнс бросил взгляд на Леви Коула, сидевшего рядом и безучастно смотревшего вперед. – Что будем делать с вашим приятелем?

– Мне он больше не нужен, – ответил Барент.

– На сегодня или вообще?

– Думаю, вообще.

– О’кей, – откликнулся Хейнс. – Мы позаботимся об этом.

– Ричард…

– Да?

– Пожалуйста, начните поиски немедленно. То, что привлекло любопытного мистера Коэна, непременно окажется небезынтересным и для меня. Я ожидаю от вас сообщений не позже пятницы.

– Вы их получите.

Ричард Хейнс выключил рацию и уставился на пейзажи штата Виргиния, мелькавшие за окном. Над головой, мигая огнями, взлетал реактивный самолет, и Хейнс невольно подумал, не мистер ли Барент направляется куда-нибудь? Сквозь тонированное стекло чистое голубое небо приобретало цвет бренди. Салон машины заливало болезненным, коричневатым светом, который создавал ощущение надвигавшейся бури.

Глава 42

К северо-востоку от Шайенна расстилался тот самый тип западного пейзажа, который у одних вызывает поэтическое настроение, у других же – немедленный приступ агорафобии. Стоило свернуть с автострады и проехать сорок миль, как вокруг раскидывались бескрайние, забытые богом прерии. На расстоянии многих миль от дороги временами попадались случайные ранчо, а еще дальше к востоку бастионами вздымались холмы, кое-где мелькали ручьи, обрамленные кустарником и редкими деревьями, между которыми бродили пугливые стайки косуль и стадо коров, сбившихся в кучу, хотя им были предоставлены миллионы акров пастбища.

На фоне этого привольного пейзажа пусковые площадки выглядели столь же непривлекательно, как все, что является плодом человеческих рук. Небольшие прямоугольные участки, покрытые обожженными сгустками гравия, располагались в основном ярдах в пятидесяти от дороги. От естественных газовых скважин или пустующих стоянок их отличало прочное металлическое ограждение. По углам его виднелись трубы с отражающими зеркалами и низкая массивная бетонная крыша, установленная на ржавых опорах. Последнее можно было рассмотреть, лишь приблизившись на такое расстояние, с которого была видна надпись: «Вход воспрещен. Собственность правительства Соединенных Штатов. При обнаружении посторонних лиц на данной территории охрана стреляет без предупреждения». За исключением этого, ничего не было. Лишь ветер свистел в прерии, да время от времени с полей доносилось мычание коров.

Синий фургон военно-воздушных сил выехал с базы Уоррен в 6:05 утра и должен был вернуться с остатками штатного состава эскадрильи в 8:27, в промежутке доставив персонал смены на различные объекты. В то утро в фургоне находились шестеро молодых лейтенантов, двое из которых направлялись на юго-восток от Меридена, в центр управления стратегического военного командования ВВС США, а остальные – на тридцать восемь миль дальше, в бункер, расположенный неподалеку от Чагвотера.

Оба лейтенанта на заднем сиденье без всякого интереса взирали на мелькавший мимо безрадостный пейзаж. Они были знакомы с космическими фотографиями этого участка земли; так же он выглядел и с советского спутника. На снимках изображались шесть тысяч квадратных миль прерии – десять колец ракетных шахт, представляющих собою окружности по восемь миль в диаметре. Каждая из шестнадцати пусковых площадок в каждом круге была оснащена ракетой «Минитмен-3». В последние месяцы шли разговоры об уязвимости этих устаревших площадок, обсуждалась противоударная стратегия Советов, которые могут засыпать эти прерии боеголовками, взрывающимися со скоростью одна в минуту. Ходили слухи о необходимости укрепления шахт и об оснащении их более совершенным новым оружием. Но эти политические проблемы отнюдь не волновали лейтенантов Билла Дэниэла и Тома Уолтерса. Это были просто два молодых человека, промозглым весенним утром отправлявшиеся на работу.