Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн - Страница 506

— Что вас привело в Вашингтон, шериф? — осведомился Хейнс ровным баритоном.

Джентри поерзал в тесном креслице, пытаясь устроиться поудобнее, потом понял, что его конструкция исключает эту возможность, и откашлялся.

— Просто приехал на праздники, Дик, и решил заскочить, чтоб поздороваться.

Хейнс удивленно поднял бровь, продолжая перебирать бумаги.

— Очень мило с вашей стороны, шериф, хотя у нас тут довольно сумасшедшие выходные. Если вы по поводу убийств в «Мансарде», то ведь я уже все отослал вам через Терри и наше отделение в Атланте, больше у меня нет ничего нового.

Джентри положил ногу на ногу и передернул плечами.

— Я просто оказался поблизости и решил заскочить. У вас тут впечатляющая обстановочка, Дик. Хейнс хмыкнул.

— А что это у вас с подбородком? Похоже, кто-то хорошенько вам вмазал. Неприятности во время ареста? — спросил шериф.

Хейнс прикоснулся к своему подбородку — на фоне крупного желтоватого синяка виднелся пластырь. Его не скрывал даже грим телесного цвета.

— Ничего особенного, шериф, — с печальным видом промолвил Хейнс. — Поскользнулся, вылезая из ванны на Рождество, и стукнулся подбородком о вешалку для полотенец. Хорошо еще, что не убился насмерть.

— Да, говорят, что большинство несчастных случаев происходит дома, — проворковал Джентри. Хейнс незаметно поглядел на часы.

— Послушайте, а вы получили фотографию, которую мы вам послали? — спросил Джентри деловито.

— Фотографию? Ах ту, пропавшей женщины. Мисс Фуллер. Да, спасибо, шериф. Она роздана всем нашим полевым агентам.

— Это хорошо. — Джентри кивнул. — Ничего не слышно, где она может находиться?

— Фуллер? Нет. Я продолжаю считать, что она мертва. Думаю, ее тело нам никогда не удастся найти.

— Возможно, и так, — согласился Джентри. — Дик, я только что проезжал мимо Капитолия на автобусе, и сразу через улицу там такое большое здание с полицейскими кордонами вокруг. Это то самое, как оно называется...

— Здание Сената, — договорил Хейнс.

— Да, это там, где неделю назад террористы взорвали сенатора?

— Террорист, — поправил Хейнс. — Всего один. А сенатор от штата Мэн в это время отсутствовал. Был убит его политический советник — довольно известное лицо в партии республиканцев по фамилии Траск. Больше никто из важных лиц не пострадал.

— Полагаю, вы участвуете в расследовании этого дела, а?

Хейнс вздохнул и отложил бумаги.

— У нас здесь довольно большое учреждение, шериф. А агентов не так много.

— Да, — согласился Джентри. — Конечно. Говорят, террорист был пуэрториканец. Это так?

— Прошу прощения, шериф. Мы не имеем права рассказывать о текущих расследованиях.

— Конечно, конечно... Скажите, а вы помните этого нью-йоркского психиатра — доктора Ласки?

— Сол Ласки... — протянул Хейнс. — Преподает в Колумбии. Да, мы выясняли, где он находился в уикэнд, тринадцатого. В Чарлстон он, вероятно, приезжал, чтобы организовать презентацию своей будущей книги.

— Вполне возможно. Дело в том, что он должен был прислать мне кое-какие сведения об этих массовых убийствах, а теперь я не могу с ним связаться. Вы не следили за ним, нет? — поинтересовался шериф как бы между прочим.

— Нет, — ответил Хейнс и снова посмотрел на часы. — С чего бы вдруг?

— Да, действительно, нет никаких оснований. Но мне казалось, что Ласки собирается сюда, в Вашингтон. По крайней мере, я думаю, он был здесь в прошлую субботу. В тот самый день, когда у вас произошла эта история с террористом в здании Сената.

— Ну и что? — Хейнс равнодушно пожал плечами.

— Просто у меня такое ощущение, что этот парень пытается кое-что расследовать самостоятельно. Я думал, он здесь появлялся.

— Нет-нет, — быстро ответил Хейнс и вздохнул. — Шериф, я бы с радостью еще поболтал с вами, но через несколько минут у меня назначена встреча.

—  — Конечно, конечно. — Джентри поднялся, комкая кепку в руках. — Вам надо обратиться к кому-нибудь.

— К кому? — не понял Хейнс.

— По поводу вашего синяка, — пояснил Джентри. — Могут быть осложнения...

Джентри спустился вниз по Девятой улице, пересек Пенсильвания-стрит и миновал здание Министерства юстиции. Затем свернул по улице Конституции, прошел по Десятой мимо здания Службы внутренних доходов, снова свернул на Пенсильвания-стрит и взбежал по ступенькам старой почты. Похоже, за ним никто не следил. Он дошел до Першинг-парк и посмотрел на крышу Белого дома. Интересно, там ли сейчас находится Джимми Картер и чем он занимается? Может, размышляет о заложниках и винит иранцев в своем поражении ?

Джентри сел на скамейку и вынул из кармана свой блокнот, перелистав страницы, плотно заполненные его почерком, закрыл блокнот и вздохнул.

"Тупик.

А что, если Сол был не в своем уме? Является ли он параноидальным психом?

Нет.

Почему нет?

Просто нет.

О'кей, тогда куда он провалился? Надо пойти в библиотеку Конгресса, просмотреть газеты за прошлую неделю, сообщения о смертях и несчастных случаях. Обзвонить больницы.

А что, если он находится в морге под именем пуэрториканца Джона Доу?

Глупо. Какое дело оберсту до советника сенатора?

Какое он имеет отношение к Кеннеди и Руби?"

Джентри потер глаза. В Чарлстоне, когда он сидел на кухне Натали Престон и слушал рассказ Сола, все выглядело очень правдоподобно. Все вставало на свои места — разрозненные, на первый взгляд, убийства выстраивались в цепь финтов и выпадов, которыми обменивались три маньяка, обладающих действительно невероятными возможностями. Но теперь все казалось глупостью. Если только...

«Если только их не было больше».

Джентри выпрямился. Сол должен был с кем-то встретиться здесь, в Вашингтоне. Но, несмотря на всю свою откровенность, он не сказал с кем. «С членами семьи?» Зачем? Джентри вспомнил, с какой болью Сол рассказывал об исчезновении нанятого им детектива.

Френсиса Харрингтона. Может быть, Сол обратился к кому-нибудь за помощью? К племяннику из израильского посольства? Может, кто-то еще вмешался в это дело? «Кто?» Правительство? Но вряд ли Сол мог подумать, что у правительства есть какая-то причина оберстать бывшего эсэсовца. А что, если таких, как Уильям Борден, Фуллер и Дрейтон, было больше?

Шериф вздрогнул и поплотнее запахнул пальто. День был ясным, солнечным, температура воздуха — где-то градусов тридцать по Фаренгейту. Слабое зимнее солнце золотило колючую поблекшую траву.

Джентри нашел платный таксофон на углу рядом с гостиницей «Вашингтон» и воспользовался кредитной карточкой, чтобы позвонить в Чарлстон. От Натали по-прежнему не было никаких известий. Тогда Джентри набрал номер израильского посольства, который он переписал из телефонного справочника в гостинице. Интересно, работает ли кто-нибудь там в субботу?

Ему ответил женский голос.

— Алле, — промолвил Джентри, с трудом справляясь с внезапно возникшим желанием сказать «Шалом». — Могу я попросить Арона Эшколя?

На другом конце провода возникла небольшая пауза, затем женщина спросила:

— Будьте любезны, кто его просит?

— Это шериф Роберт Джентри.

— Секундочку.

Секундочка превратилась в две минуты. Джентри стоял, сжимая двумя руками телефонную трубку, и взирал на здание казначейства на противоположной стороне улицы.

Если таких людей, как, оберет, мозговых вампиров... было много, то это объясняло все. Тогда понятно, зачем Бордену потребовалось инсценировать собственную смерть. Понятно, почему за шерифом графства Чарлстон в течение полутора недель велась слежка. И почему, беседуя с известным агентом ФБР, Джентри поймал себя на остром желании врезать ему по зубам. И что случилось с замусоленными газетными вырезками, которые в последний раз видели на месте убийства...

— Да, — послышался в трубке мужской голос.

— О, привет, мистер Эшколь, это шериф Бобби Джентри...

— Это не мистер Эшколь, меня зовут Джек Коуэн.

— А, мистер Коуэн... Я бы хотел поговорить с Ароном Эшколем.