Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн - Страница 580

— Вилли пишет, что единственное, чего он хочет, — это вступить в клуб и отдохнуть этим летом на каком-нибудь острове.

— Ха! — только и смог воскликнуть Хэрод.

— И, знаешь, я ему верю, — продолжал Кеплер. — Думаю, его обидело то, что мы не пригласили его раньше.

— К тому же его могло вывести из себя то, что вы подстроили ему авиакатастрофу и подзуживали против него его старую подружку Нину, — предположил Хэрод.

— Возможно, это тоже, — кивнул Кеплер. — Но мне кажется, он готов забыть старые обиды.

— А что говорит Барент?

— Мистер Барент не знает, что я нахожусь в контакте с Вилли.

— О Господи! — выдохнул Хэрод. — А не слишком ли ты рискуешь?

Кеплер ухмыльнулся.

— Он действительно обработал тебя, Тони? Нет, я не слишком рискую. Барент не сделает ничего страшного, даже если узнает об этом. После исчезновения Чарлза и Нимана коалиция К. Арнольда потеряла былую силу и прочность. Не думаю, что Барент хочет один развлекаться на острове.

— Ты собираешься сказать ему?

— Да, — ответил Кеплер. — Я думаю, после того что произошло вчера, Барент будет только благодарен, что мне удалось связаться с Вилли. Барент согласится на включение старика в летние забавы, если удостоверится в том, что это безопасно.

— А разве это может быть безопасным? — удивился Хэрод. — Неужели ты не понимаешь, на что способен Вилли? Этот старый сукин сын не остановится ни перед чем.

— Вот именно, — согласился Кеплер, — но думаю, мне удалось убедить нашего бесстрашного вождя, что гораздо безопаснее иметь Вилли при себе, где за ним можно наблюдать, чем где-то в тени, откуда он, как царь пауков, будет выхватывать нас поодиночке. К тому же Барент продолжает тешить себя надеждой, что ни один человек, с которым он вступил в... э-э... личный контакт, не представляет угрозу для него.

— Ты думаешь, он сможет нейтрализовать Вилли?

— А ты как думаешь? — с искренней заинтересованностью переспросил Кеплер.

— Не знаю. — Хэрод пожал плечами. — Способность Барента представляется мне уникальной. Что же касается Вилли... я не уверен в том, что он обычный человек.

— Это не имеет никакого значения, Тони.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что, возможно, Клуб Островитян нуждается в смене исполнительного руководства.

— Ты говоришь о свержении Барента? Как же это можно сделать?

— Нам ничего не надо будет делать, Тони. Единственное, что мы должны, — это продолжать поддерживать связь с нашим корреспондентом Вильгельмом фон Борхертом и постараться убедить его в том, что мы займем нейтральную позицию в случае каких-либо... неприятностей на острове.

— Вилли будет участвовать в проведении летнего лагеря?

— В последний вечер общих мероприятий, — кивнул Кеплер. — А затем пробудет с нами всю следующую неделю, чтобы поучаствовать в охоте.

— Сомневаюсь, чтобы Вилли вот так просто отдался во власть Баренту, — заметил Хэрод. — У Барента... сколько там... сотня охранников?

— Скорее, две сотни, — поправил его Кеплер.

— С такой армией даже со Способностью Вилли не справиться. С чего бы ему идти на такое?

— Барент даст слово чести, что Вилли будет обеспечен безопасный проход. Хэрод рассмеялся.

— Ну, тогда, я думаю, все в порядке. Если Барент даст свое слово, тогда уж Вилли наверняка положит голову на плаху, — съязвил он.

Кеплер свернул вниз по дороге на Малхолланд. Еще ниже виднелось шоссе.

— Но ты же представляешь себе альтернативу, Тони. Если Барент уничтожит старика, мы просто вернемся к своим делам, имея тебя в качестве полноправного члена. Если у Вилли в кармане есть какой-нибудь сюрприз, мы с распростертыми объятиями примем его к себе.

— Ты уверен, что сможешь сосуществовать с Вилли? — поинтересовался Хэрод.

Кеплер свернул на стоянку неподалеку от Голливудской Чаши, на которой стоял серый лимузин с тонированными стеклами.

— Когда ты проживешь с гадюками столько, сколько прожил я, Тони, — заметил Кеплер, — то поймешь: не так уж важно, каким ядом обладает новая, главное, чтобы она не кусала своих соседей.

— А как насчет Саттера?

Кеплер выключил мотор «Мерседеса».

— Перед приездом сюда у меня был долгий разговор с преподобным. Несмотря на то что он с нежностью относится к своей долгой дружбе с Кристианом, он не сомневается в том, что надо отдать кесарю кесарево...

— То есть?

— То есть надо заверить Вилли в том, что Джимми Уэйн Саттер не будет возражать, если портфель мистера Барента перейдет в другие руки.

— Знаешь что, Кеплер, — сказал Тони Хэрод. — Ты не умеешь выразить ни одной простой мысли, даже когда от этого зависит твоя жизнь.

Кеплер улыбнулся и открыл дверцу машины.

— Так ты с нами или нет, Тони? — громко спросил он, голосом перекрывая вой сигнализации.

— Если быть с вами означает тихо сидеть и не влезать в это дерьмо, то да, — с вами, — ответил Хэрод.

— Мысль выражена достаточно просто и ясно, — парировал Кеплер. — Твой дружок Вилли хочет знать, на чьей ты стороне: с нами или нет?

Хэрод окинул взглядом залитую солнцем стоянку, повернулся к Кеплеру и произнес устало:

— Я с вами.

Было уже почти одиннадцать вечера, когда Хэрод решил съесть парочку хот-догов с горчицей и луком. Он отложил в сторону сценарий, переписыванием которого занимался, и отправился в западное крыло дома. В щель под дверью комнаты Марии Чен все еще виднелся свет. Он дважды постучался.

— Я собираюсь в "Пинко. Хочешь со мной? Голос Марии прозвучал приглушенно, словно она говорила из ванной.

— Нет, спасибо.

— Ты уверена?

— Да, спасибо.

Хэрод натянул свой кожаный пиджак и вывел из гаража «Феррари». Он получал удовольствие от езды, от резкого переключения скоростей, проскакивания на, желтый свет и гонки с двумя соперниками, которые имели наглость соревноваться с ним на бесконечном бульваре.

«Пинке» был переполнен. Там всегда были толпы народу. Хэрод съел два хот-дога за стойкой, а третий взял с собой. Между темным фургоном и его машиной стояли подростки. Один из них даже облокотился на его «Феррари», беседуя с двумя девушками. Хэрод подошел к нему.

— Проваливай, пацан, а то тебе не поздоровится, — прорычал он.

Парень был на шесть дюймов выше Тони, но отскочил от «Феррари» так, будто случайно прикоснулся к раскаленной плите. Вся четверка медленно двинулась прочь, время от времени оглядываясь на Хэрода и дожидаясь того момента, когда расстояние станет достаточно безопасным, чтобы можно было облить его потоками ругани. Хэрод оценивающим взглядом посмотрел вслед двум девицам. Та что пониже была шикарной чикано — черноволосая, смуглая, в дорогих шортах и обтягивающей майке, которая, казалось, сдавливала ее полную грудь. Хэрод представил себе, как удивятся мальчики, если эта шоколадка усядется к нему в «Феррари» и он слегка облегчит то давление, в эластике которого задыхались ее пышные формы. «А, к черту, — вздохнул Хэрод. — Я слишком устал».

Сев за руль, он доел третий хот-дог, запил его остатками кока-колы и уже включил зажигание, когда вдруг послышался тихий голос:

— Мистер Хэрод.

Открылась дверь стоящего рядом фургона. Впереди, рядом с местом водителя, свесив длинные ноги, сидела чернокожая цыпочка. Хэрод различил что-то знакомое в ее чертах и механически улыбнулся, еще не отдавая себе отчета в том, где и при каких обстоятельствах он ее видел. Она держала на коленях какой-то предмет, обхватив его руками.

Хэрод захлопнул дверцу и уже дотронулся до переключателя скоростей, когда раздался легкий хлопок, какой издавали глушители в его бесчисленных шпионских фильмах, и в его левое плечо впилось какое-то жало.

— Черт! — воскликнул Хэрод, поднял правую руку, чтобы стряхнуть насекомое, успел сообразить, что это не оса... Но тут перед его глазами все поплыло, и пульт управления врезался ему в лицо.

Сознание окончательно Хэрод так и не потерял, но ощущения, испытываемые им, весьма напоминали беспамятство. Казалось, кто-то запер его в подвале его собственного тела. Звук и изображение смутно доносились до него, будто он смотрел передачу отдаленной дециметровой станции по дешевому черно-белому телевизору, а радио из соседней комнаты передавало искаженную помехами волну. Затем кто-то накрыл капюшоном его голову. Он ощутил легкую качку, словно находился на борту маленькой шлюпки, но это ощущение было каким-то обманчивым, расплывчатым и недостоверным.